Страница 38 из 43
Маша шла молча. Чтобы справиться с паникой и ни о чем не думать, она сжала зубы и стала мысленно считать. Раз… Два… Три… Четыре… Пять… Шесть-Семь…
Наконец они достигли кирпичного короба и остановились у двери.
— Пришли, — сказал Егор. — Сейчас я открою дверь, и мы спустимся по лестнице к черному ходу. Идти будем молча, хорошо?
Мария кивнула.
Егор ободряюще ей улыбнулся и протянул руку к двери. Не успели его пальцы коснуться ручки, как дверь распахнулась.
В дверном проеме показалась грузная широкоплечая фигура.
— Бросьте оружие! — услышал Егор приказ и в то же мгновение увидел черное дуло пистолета, направленное ему в грудь. — Я сказал: бросьте!
Кремнев повиновался. Пистолет со стуком упал ему под ноги.
— А теперь сделайте три шага назад. Барышня, вас это тоже касается!
Егор взял Машу за руку, и они медленно попятились назад.
— Егор… — проговорила взволнованно Мария, но широкоплечий мужчина ее перебил.
— Добрый день, коллега! — сказал он и перешагнул через порог кирпичного короба.
Голова мужчины была перебинтована, в зубах у него дымилась сигара.
— Вы, — процедил сквозь зубы Кремнев.
Солодов улыбнулся и левой рукой вынул изо рта сигару.
— Не ожидали?
— Но ведь вас…
— Убили? — Солодов усмехнулся и покачал головой: — Нет. Все было подстроено. В нас стреляли мои люди. Однако я не совсем удачно упал и получил сотрясение. — При этих словах он прикоснулся сигарой к перебинтованной голове. — Я был без сознания несколько часов. Да, признаться, и сейчас паршиво себя чувствую. Благодаря этому вы провели на «Перевале» целую ночь.
— Значит, все было подстроено, — сдавленным голосом пробормотал Кремнев.
Солодов виновато улыбнулся.
— Увы. Простите, коллега, но вы не слишком хорошо соображаете. В противном случае вы бы покинули «Перевал» еще ночью.
Солодов вставил сигару в зубы и самодовольно ухмыльнулся. Маша схватила Кремнева за плечо.
— Кто он такой, Егор? — взволнованно спросила она. — О чем он говорит?
— Это связной, о котором я тебе рассказывал, — мрачно объяснил Кремнев.
— Но ведь он…
— Предатель, как видишь. — Егор облизнул пересохшие губы и угрюмо взглянул на предателя. — Вы специально заманили меня сюда, — не столько вопросительно, сколько утвердительно проговорил он.
Солодов чуть прищурил карие глаза.
— Конечно.
— Бомба в радиаторе была липовая?
— Разумеется, — кивнул Солодов. — В радиаторе спрятан резиновый муляж. Кстати, вы провозились с ним довольно долго. Я бы даже сказал, неоправданно долго. Впрочем, я вас понимаю: вы не хотели рисковать жизнью подруги. Ах, женщины! — Солодов бросил на Марию плотоядный взгляд и ухмыльнулся. — Вам некуда бежать, ребята, все выходы перекрыты, — продолжил Солодов. — Послушайте моего совета, коллега: не сопротивляйтесь. Смиритесь с поражением. В конце концов, хотя бы раз в жизни проигрывал каждый. А если не проигрывал, то обязательно проиграет. Так устроен мир.
Егор сжал кулаки.
— Вы нас убьете?
Солодов покачал головой:
— Нет. Вы отдадите мне Шеринга, а я отпущу вас на все четыре стороны.
— Но ведь я знаю, что вы «крот».
— Это уже не имеет значения. Видите ли, коллега, я, некоторым образом, решил уйти в отставку.
— Видимо, вам хорошо заплатят за наши головы?
— Не тешьте себя, — с иронией проговорил Солодов. — За вашу мне не заплатят ничего. А вот голова Шеринга стоит целое состояние. Я бы мог поделиться им с вами, но… — Солодов небрежно пожал плечами. — Не вижу в этом смысла. Ведь я подарю вам гораздо больше, чем деньги.
— Что именно? — прищурился Кремнев.
— Жизнь, — просто ответил Солодов. Он глянул на часы, перевел взгляд на Егора и устало проговорил: — Коллега, давайте поскорее завершим сделку. Гоняться за вами было непросто, и я не прочь отдохнуть. Где Шеринг?
Егор молчал, мучительно соображая, что делать дальше. Кейс он оставил в машине. Пистолет выбросил. А голыми руками с врагом не повоюешь. Тем более с таким матерым волком, как Солодов.
— Коллега, не стоит так напрягать мозги, — с усмешкой сказал Солодов. — Вы не стратег и не военачальник, а простой боец. Скажите мне, где Шеринг, и мы разойдемся.
Егор продолжал размышлять. Когда он выглянул в окно подъезда, черная «ауди» с Шерингом внутри все еще стояла у подъезда. Пропустить машину эти парни не могли. Не такие они идиоты. А это значит, что Шеринга в машине нет. Куда же он мог деться? Неужели сбежал? Оглушенный, со скованными руками, из закрытой машины. Трюк, достойный Дэвида Копперфильда.
— Уважаемый, мы теряем время, — поторопил Солодов. — Давайте разрешим нашу стандартную ситуацию стандартным способом. Я буду считать до пяти. На счет «пять» я выстрелю… ну, хотя бы в ногу вашей подруге. Стрелять я буду в коленную чашечку. Поскольку стрелок я отличный, вашей подруге придется всю жизнь ходить с импозантной тросточкой. Вряд ли это добавит ей шарма.
— Мне нужны гарантии, — сказал Егор, в упор глядя на Солодова. — Гарантии, что вы нас не убьете.
Солодов насмешливо поморщился.
— Коллега, перестаньте. Никаких гарантий, кроме своего слова, я вам дать не могу.
— Это не ответ, — отрезал Кремнев.
— Правда? — Солодов пожал могучими плечами. — Может быть. Но другого у меня в любом случае нет. Итак, я начинаю считать. Один… Два… А, к черту!
Солодов схватил Машу за руку и рывком притянул к себе. Егор ринулся было на него, но Солодов приставил ствол к виску женщины:
— Стоять! Знаете, коллега, я передумал. Я просто продырявлю ей череп. А потом сам найду Шеринга. Я хорошо умею искать, и ему от меня не скрыться.
— Хорошо, — сказал Егор и примирительно поднял руки. — Ваша взяла. Я оставил Шеринга в машине.
— Вы про черную «ауди»? — вскинул брови Солодов. — Мои парни ее уже обыскали, там никого нет.
— «Ауди» здесь ни при чем. Я угнал старую развалюху с базарной площади и припарковал ее на безлюдной улочке. Она может простоять там хоть десять лет, и никому не придет в голову ее украсть.
— Гм… — Солодов подумал о чем-то, усмехнулся, затем убрал пистолет в сторону и понюхал шею Марии. — «Шанель», — определил он с улыбкой. — Любите классические ароматы?
— Люблю, — ответила Маша. — А вы?
— Я их обожаю. Знаете, моя милая, многие люди моего возраста собирают коллекции. Кто-то собирает картины, кто-то вино, кто-то… да хоть почтовые марки. А я коллекционирую женщин. Вы будете одним из лучших экземпляров в моей коллекции.
— Вряд ли, — сухо сказала Мария.
— Почему?
— Потому что ты отправишься в ад!
Маша резко подняла правую руку и нажала на кнопку распылителя. В лицо Солодову ударила струя стеклоочистителя, который Мария прихватила в коробке с инструментами.
Стеклоочиститель попал на дымящуюся сигару и вспыхнул. Огонь мгновенно перекинулся на щеки и подбородок Солодова.
Егор одним прыжком преодолел расстояние, отделяющее его от предателя, и ударом кулака вышиб из его пятерни пистолет.
Голова Солодова вспыхнула, как раздутая ветром головня. Он закричал, схватился ладонями за пылающие волосы и с безумным воплем закружился на месте, затем, потеряв равновесие, упал и покатился по скату крыши к козырьку.
Егор подхватил пистолет и легонько толкнул Машу к двери:
— Бежим!
Они забежали в подсобное помещение, оттуда — на лестницу и понеслись по ступенькам вниз.
Дверь черного хода оказалась заперта. Егор вскинул руку и дважды выстрелил в замок. — Затем отошел назад и изо всех сил ударил по двери ногой. Замок отлетел, и дверь распахнулась.
Перед Егором, как черти из табакерки, выпрыгнули две фигуры с пистолетами в руках. Однако, несмотря на молодость, парни оказались медленнее Кремнева. Первому он прострелил плечо, второго ударил рукоятью пистолета по голове.
— Маша, не стой!
Мария перепрыгнула через тело поверженного врага и побежала за Егором.
Им хватило полминуты, чтобы добежать до стоянки машин. Егор вырвал из пальцев какого-то толстяка ключи и отшвырнул его от бежевой, видавшей виды «мазды».