Страница 7 из 15
– Тоша, смотри! Наши буквы!!! – закричала Влада и показала на пол пальцем, в ноготь которого был вделан страз.
– Вау! – восхитился жених. – То, что мы и хотели! Понимаете, мы с Владюшей мечтали украсить мебель общими инициалами: АВ, то есть Антон и Влада.
– Думали еще надпись заказать: «Вместе навек», – добавила она.
Я принялась беззастенчиво разглядывать мадам Тод. Неужели Владлене пятьдесят? Ей и тридцати не дать!
– Скажите, а пол можно купить? – засуетилась Влада.
– Понимаете, вензель нам очень дорог… это инициалы сына и невестки… – замямлила Рина, – его продавать бы мы не стали, но дети решили сделать ремонт… хотят поменять золото с белыми камнями на платину с изумрудами…
– Я не стану торговаться, отдам любые деньги, – перебила Владлена. – Плюс двадцать процентов к объявленной вами цене. Пойдет?
– Э… э… – пробормотала Рина.
– Тридцать процентов, – тут же добавила Влада и повернулась ко мне с Иваном: – Согласны?
– У нас все решает мама, – хором заявили мы.
– Сначала посмотрите квартиру целиком, – вкрадчиво предложила Ирина Леонидовна.
Следующий час мы гуляли по апартаментам, слушая восхищенные ахи-охи «сладкой парочки».
– Забираем все! – закричала Владлена, когда экскурсия завершилась. – Пол, потолок, кафель, паркет…
– Мебель, занавески, светильники, – дополнил Антон.
– Федю не отдам, – неожиданно сказал Иван, – хочу его в своем кабинете поставить.
Я едва удержалась от смеха. Кажется, в Иване Никифоровиче ожил маленький мальчик.
– Кто такой Федя? – не поняла Влада.
– Сын шутит, – быстро вставила Рина.
– Нет, – уперся мой муж, – я серьезен как никогда. Торшер мой. Не расстанусь с ним ни за какие деньги.
– Федя – это тот светящийся гибрид из кучи животных в шляпе, – объяснила я.
– Но мы хотим его тоже, – заныла Владлена, – уже полюбили этого зверя.
– С детства обожаю этот светильник, – не сдавался Иван.
– Тоша, – жалобно пропищала Влада, глядя на своего спутника, – он не отдает торшер.
– Берите все, но Федя мой, – уперся Иван Никифорович.
– Антоша, – всхлипнула Влада.
– Если не отдадите светильник, срежем общую сумму на двадцать процентов, – пригрозил жених.
– Эй, эй, мы уже договорились, – занервничала Рина, – первое слово дороже второго.
– Это наше слово, – объявил парень, – хотим даем, хотим назад забираем. Если не все скопом, тогда даем меньше денег.
– Отлично! – кивнул Иван.
Владлена подумала, что глупый Иван Никифорович не разобрался в сути вопроса, и повторила:
– Эй, мы меньше заплатим.
– Прекрасно! – потер руки мой муж.
– Хочу торшер, – топнула ногой Влада.
– А я хочу его себе оставить, – уперся Иван.
– Антоша… – заканючила госпожа Смерть, – а-а-а-а-а… лампа-тигренок – моя…
– Федя – медведь, и он мой, – отрезал Иван.
Я с большим изумлением слушала их диалог. Похоже, они никогда не договорятся.
– Стоп, стоп, стоп! – зачастила Рина. – Предлагаю вам чудесное решение проблемы – надо сделать копию.
– Вау! – завопила Влада и бросилась обнимать мою свекровь. – Иришка, ты гений.
– Супер! – заорал и Антон. – Потрясающе! Все, завтра в семь утра придет мастер. Двадцать процентов возвращаются назад.
– Рано утром человеку, который будет работать над дублем торшера, приезжать не надо, – попросила я, – лучше ему в десять появиться.
– Но сначала проведите оплату, – предусмотрительно потребовала Ирина Леонидовна, – сейчас сброшу вам банковские реквизиты.
Владлена вынула телефон, быстро потыкала в него сверкающим ноготком и велела тому, кто ответил на вызов:
– Сережа, поднимись в квартиру. Но предварительно прочитай эсэмэску. Я тебе там сумму написала.
– Разбирать эту красоту будут наши люди, – начал обсуждать деловые вопросы Антон.
– Может, кофе? Или чай? – вспомнила я о гостеприимстве.
– С удовольствием выпью капучино, – облизнулась Владлена. – И не откажусь от сладенького. Тоше чаю и кусок торта.
– Давайте поднимемся на этаж выше, – предложила Ирина Леонидовна, – в этой квартире сейчас никто не живет.
Глава 6
– Ой, какие собачки! – восхитилась Владлена, когда мы уселись в столовой. – Тоша, хочу таких. Сейчас!
– За сколько отдадите псов? – деловито поинтересовался ее друг.
– Они продаются только вместе со мной, – совершенно серьезно ответила Рина.
Влада приоткрыла рот.
– Вы очень милая, но мне нужны только собачки.
– В зоомагазине легко найдете похожих, – улыбнулась я, – порода называется французский бульдог.
В кармане задрожал мобильный, я вышла в коридор и сказала:
– Да, Эдита, слушаю.
– Я получила информацию на Мартину Столову, – полился мне в ухо голос нашего компьютерного чуда. – Она служила в Институте истории мировых цивилизаций. Вуз коммерческий. Мартина была лаборантом, подавала чай, кофе и отвечала на телефонные звонки. У нее не имелось высшего образования, только школьный аттестат с тройками.
– Почему ты говоришь о Столовой в прошедшем времени? – насторожилась я.
– Потому что на днях она на тот свет отбыла, – ответила Дита.
– Что случилось с молодой женщиной? Несчастный случай?
– Суицид, – уточнила Эдита, – выпила яд.
– У нее же маленькая дочь, – удивилась я.
– Да, Анфиса, – уточнила Булочкина, – пять лет и несколько месяцев.
– Где сейчас ребенок? Почему мать решилась на самоубийство? – принялась я задавать вопросы.
– Про малышку ничего не знаю, – расстроилась Дита. – Мартина оставила записку, зачитываю: «Как прекрасна жизнь среди тех, кто тебя всегда ждет. Как радостно встречать с ними рассвет и закат. Мой мир полон любви. Ухожу в страну вечного счастья». Невероятно романтичная особа! Обычно записки самоубийц другие. У нее есть тетка, Воронова Галина Леонидовна, возможно, она знает, от кого племянница девочку родила. Выслала тебе телефон Вороновой.
– Танечка, тут мужчина пришел, – крикнула из прихожей домработница Надя, – говорит, что его ваши гости позвали.
– Пусть направляется в столовую, – велела я, пряча телефон, вернулась в комнату и услышала слова Влады:
– Хороший кофе.
– Не согласен, – возразил Антон. – Ни на секунду не похож на тот, что делаешь ты. Нет нужной крепости, сахар живет сам по себе, не «поженился» с арабикой, пена пузырчатая, не плотная, отсутствует упругость. Напиток приготовили с помощью машинки?
– Да, – обиженно согласилась Рина.
Моя свекровь вдохновенная кулинарка, и ее сильно задели критические замечания Антона.
– В агрегате барахло получается, – кивнула Влада, – настоящий кофе только в пакуче готовится.
Ирина Леонидовна прищурилась. Я редко вижу свекровь растерянной, поэтому решила прийти ей на помощь.
– Простите мое невежество. Что за зверь этот пакуче?
– Специальная емкость для создания настоящего напитка… – начала было объяснять Владлена. Но заметила входящего в комнату крепкого мужика и сказала ему: – Сергей, ставь на стол.
Незнакомец, смахивающий на громоздкий гардероб, который когда-то стоял у моих родителей в спальне, молча выполнил приказ.
– Свободен, – скомандовала Влада.
Великан испарился. Мадам Тод подняла крышку кейса, и я увидела тесно уложенные пачки долларов.
– Здесь аванс, – объяснила Влада, – вторую часть получите завтра.
– Хотите расплатиться наличкой? – удивилась Рина.
– Ну да, – пожала плечами Владлена.
– Немного странно… – заметила свекровь. – Хотя почему нет?
Я подошла к столу возле окна и включила чайник. Все понятно – пятидесятилетняя Влада богата, молодой Антон беден, юность в обмен на деньги. Не раз о таком слышала. Мне стало жалко Тошу. Наверное, не очень весело постоянно поддакивать избалованной даме, исполнять все ее прихоти, зависеть от перепадов ее настроения. Влада выглядит чудесно, скорей всего, она тратит целое состояние на уколы красоты, филлеры, ботокс… но ведь молодости души не вернуть.