Страница 162 из 163
Саньке мальчик Игорек враз опять понравился, и они, взявшись за руки, потихоньку стали кататься вдоль бортика. Мишка тепло поздоровался с Алиной и с любопытством посмотрел на плотненькую такую, сбитую девчонку, которая совсем не походила на мать.
"Нда, и она на Тонкова похожа".
Девчонка, немного поговорив с ними, тоже укатила, а Чертов, Минька и Алина, потихоньку двигаясь за своими мужиками, негромко переговаривались, Алина рассказывала про Игорешку, Ванька - про Саньку, время пролетело незаметно.
Раскрасневшиеся, счастливые ребятишки никак не хотели уходить со льда, но Соне надо было что-то повторить из заданного на дом. Пошли сдавать коньки, а на выходе своих встречал...Тонков.
-Папка, ты нас нашел? Я тебе там написал, чтоб ты не переживал.
-Да я по вам что-то заскучал и решил подъехать за... - Тонков странно замолчал.
-Папка, ты чё, заболел? - встревожился Игорешка.
- Да нет, сынок, не заболел... здравствуйте!
-Здорово, Миш! - прогудел Ванька.
-Здравствуй, Миша! - как-то хрипло сказал Тонков.
-Добрый вечер!
Мужики пожали руки и пошли на выход. Игорешка опять уцепил Саньку за руку, и они рванули вперед, о чем-то договариваясь, Алина и Чертов за ними, Соня побежала булочек прикупить, а Мишка и Мишук шли молча.
- Миша, я... - начал Тонков.
-Все нормально, у меня нет на Вас обиды, рад, что такого классного ребенка заимели, пусть у Вас все будет хорошо, честно, без вранья желаю.
-Папка, ты чё плетешься как старый старикашка? - остановился, поджидая его, сынок. - Мы тут с Саньком договорилися встретиться. В как-то парке, ну, где бассейн - там плавать долго можно и всякие крутые горки! Там в воду кааак залетишь, брызгов много, и высОко, не все с них и съехать могут, но надо испробовать, как - поедем? - И тише добавил, - Санька тама уже был. А я чё, совсем что ли слабак?
-Хорошо, сынок, поедем!
Папки - Тонков и Чертов стали прикидывать, когда, а Минька негромко сказал Алине:
-Я Вашу просьбу выполнил, пусть у вас и впредь все будет спокойно, без потрясений. Похоже, Ваш муж на самом деле вами всеми дорожит, я рад. Детки у вас - замечательные!
Распрощались, Тонков весь вечер был задумчивым и неразговорчивым - Игорешка всполошился.
Заварил папке лечебный чай, велел ложиться на диван и подсел к нему читать сказку о мертвой царевне. Папка, слушая такой родной голосок, начал понемногу успокаиваться: -"Младший сынок - золото, дочка - хитрая лисичка, папкина копия, - школу заканчивает, жена... жена замечательная - смогла вот его пакостные дела простить. А Миша? Миша - это и боль, и в то же время радость, что он вырос замечательным. Жизнь все расставила по местам, так что живи, Мишка, береги и радуйся тому, что имеешь!"
Он ухватил своего мелкого ворчуна, прижал к груди и вздохнул:
-Игорешка, ты у нас такой замечательный!
-А ты у нас - самый классный папка, мне в классе вона, вон, даже завидуют!
И через десять лет дед Саша и бабуля Аля, смеясь, вспоминали то время, когда с ними оставался только младшенький - Филюшка. Теперь, имея шесть внуков, они и не помышляли о скуке.
Иван Козырев, как самый старший из внуков - верховодил, строил своих двоюродных братиков, учил их всяким житейским премудростям, как то накачать колесо велика, подтянуть на нем ослабевшую цепь, заколотить вылезшую шляпку гвоздя, чтобы мелкие не запинались, а девятилетний Тимоша и семилетний Матвеюшка - Аверченки старательно ему подражали.
Мелкие - две пятилетние сестрички Козыревы Валюшка и Тонюшка (исполнилась-таки просьба деда Саши о двух детках сразу) и четырехлетняя Аверушка - Полюшка помогали своей любимой бабуле лепить пирожки.
Та неустанно подхваливала девчушек, и они ух как старались, тем более, что ждали родителей. Лешка с Настюшей прибывали к вечеру, а Минька с Машей - в ночь. Аверченки - дети страшно соскучились по своим родителям. Дед Саша увез их к себе ранней весной, ворча, что детки на северах солнца не видят.
Мальчишки заканчивали четвертую четверть уже в Горнозаводске, а Полюшка целыми днями была с дедом Сашей, его неважное здоровье беспокоило всех, и дети решили хитростью его заставить не работать. Особенно напирал на это Минька, у них с Машей были хорошие зарплаты, "чай в Газпроме работаем", и Авеченки - молодые помогали родителям материально. Саша сначала ругался, а потом, когда три Аверушки приехали, а Козыревы добавили своих девчушек, смирился. Ещё бы - каждодневно купаться в детской любви, особенно девчушек, это дорого стоит. А хитренькие лисички Валюшка и Тонечка, постоянно висли на своем любимом дедуле, Полюшка сердилась и отпихивала их:
-Мой деда!
Деда же ловко усмирял своих красавиц, а вечерами, когда их три мужика и три девчушки посапывали в постельках, расплываясь, говорил своей Алюне:
-Подсолнушек, а мы с тобой такие богатые - трое детей, шесть внучат, замечательно как!! Ещё Филюня нам кого-нибудь родит, хорошо!
-Уженишь его, как же, ловелас местный! - бурчливо отвечала его Алюня.
Младшенький вырос не таким высоким, как Минечка, но весь такой изящный, ладненький - постоянно был окружен женским вниманием, не выделяя особо никого. Аверы подозревали, что есть у него сердечная зазноба в Перми, где он учился. Но ребенок стоял намертво, никак не признаваясь.
Алюня ждала Миньку - уж если что и есть, то своему любимому Минечке братец обязательно скажет.
Минечка в свои тридцать четыре года ставший таким мощным мужчиной, обожал свою миниатюрную Машеньку, из него получился внимательный, заботливый и надежный муж и отец.