Страница 23 из 92
— А я баггейн, и я питаюсь людьми. Что дальше? — безаппеляционно выбросил он из себя, мгновенно поменявшись в лице и интонации. Теперь я ощущала скрытую угрозу в его словах.
— Неправда! Многие из вас охотятся на животную дичь, а людей трогают крайне редко! — воспротивилась я, как ребенок.
— Ну, все мы разные племена. У нас едят только людей. Животными пусть питаются неудачники, которые боятся людей и пресмыкаются перед ними, украдкой выползая ночью, чтобы поохотиться, — идиоты! К тому же животные не такие питательные, как вы, — указал тот на меня когтистым пальцем, состроив гримасу.
— Ты поплатишься за это еще… — пригрозила я ему.
— У меня в руках твоя подружка, так что, не думаю, — нахально заулыбался тот, подпрыгнув игриво на месте. — В общем, как надумаешь, приходи. Я буду ждать тебя сегодня после закрытия метро в том туннеле, в котором ты потеряла бандану, так удачно сведшую нас вместе. Думай быстрее, я очень голоден.
После этой фразы он снова дернулся и исчез так, что я и глазом моргнуть не успела. Шустрый, однако, тип.
Я пришла домой и была полностью убита. Все мои мысли были только о Диане, которая сейчас, наверняка, была еще жива и нуждалась в моей срочной помощи. Как я могла оставить ее там одну? Я даже не представляю, насколько ей сейчас страшно. Бедная моя Диана! Она с ума сходит, наверняка. Нет, я просто обязана вытащить ее оттуда! По-другому нельзя. И пусть меня убьют, сожрут, покромсают, но я вызволю Диану из убежища этих каннибалов. Она не должна страдать за меня, ведь изначально этот упырь охотился за мной, а не за ней, и я виновата в том, что он нас перепутал. Время исправлять ошибки. Я отправлюсь ночью в туннель и встречусь с этим баггейном. Хочет он этого, или нет, но он вернет Диану на поверхность. Я добьюсь этого даже ценой собственной жизни.
Все время до вечера я блуждала по квартире и пыталась придумать план, но в голову мою ничего не шло. Я даже не представляла, где он может держать Диану. Тогда мне подумалось о том, что придется ориентироваться на месте, а это было неимоверно рискованно. Я могла еще больше навредить Диане. Чувство беспомощности давило на меня и заставляло нервничать. Я уже тысячу раз представила себе, как я приду в этот темный туннель совершенно одна, как меня там встретит он, этот психопат, как поведет меня в свое логово, чтобы… убить. Я иду на свою собственную смерть добровольно. Докатились! Но так у меня будет шанс спасти Диану, и, если у меня это получится, то я ни о чем не буду жалеть. Только так я сумею спасти подругу и подарить ей жизнь. Без меня она пропадет и умрет унизительной и болезненной смертью. К тому же она ранена и напугана — медлить нельзя.
Я взглянула на часы — было около десяти вечера. Небо уже потемнело и угрожающе нависло над городом. На улице стало очень душно — идет гроза. Ночью, кажется, разразится гром. Отличный предвестник предстоящей смерти от рук баггейна. Что ж, если это моя судьба, то так тому и быть. Главное, чтобы мама не прознала, а иначе она никуда меня отпустит или — еще хуже — пойдет туда вместо меня, тогда Диане точно не жить. Я не могу допустить, чтобы мама заподозрила меня.
Ближе к одиннадцати часам я тихонько выбралась из своей комнаты и на цыпочках прошествовала в прихожую, неся в руках кеды, а за плечами — рюкзак. Я решила, что будет неплохо взять с собой нож, зажигалку, фонарик, перчатки, газовый баллончик, веревку и еще пару спасительных вещей вроде крючьев, самостраховок, карабинов и оттяжек из альпинистского снаряжения, которое нарыла на балконе. На всякий случай. Все-таки я хочу спасти Диану, но оказываться на ее мете мне не охота. Я не собираюсь добровольно сдаваться и ложиться под нож баггейна. Я заглянула к матери в комнату — она задремала за книгой. Я облегченно выдохнула. Ну, хоть лишних вопросов не будет.
Ночь впустила меня в свои объятия, и я поддалась ей. Было немного прохладно, прежняя духота отступила, но на мне была довольно теплая толстовка, поэтому я сильно не замерзла. Я подумала, что будет лучше, если я отключу телефон. Все-таки мама спохватится, когда узнает, что я пропала из дома. Я полагаю, ей не составит труда понять, что я затеяла, и на какие уловки ради этого пошел коварный баггейн.
Мне пришлось попотеть, чтобы попасть в метро и остаться там после закрытия. Оказывается, там все тщательно проверяют. Я доехала до той станции метро, на которую мы вышли с Дианой и другими пассажирами после аварии. После было самое сложное — нужно было куда-то спрятаться, чтобы меня не сумели найти. Я нашла укромное местечко, похожее на железную нишу между двумя щитами, прикрытую еще одним металлическим пластом. Пролезть сверху не составило огромного труда. Перед этим я убедилась, что не попадаю в поле зрения камер. Удачное, однако, место для пряток. Я залезла в нишу и устроилась там поудобнее, стараясь занять такую позу, чтобы не затекали конечности, а это уже оказалось сложнее. Я просидела почти неподвижно около часа. Я слышала, как кое-где слонялись охранники и работники метрополитена. Иногда мне казалось, что моя затея провальная, что меня в любой момент могут раскрыть, и тогда я уже не смогу спасти Диану, но судьба явно благоволила мне, потому что неожиданно в метро погас свет. Я поняла, что оно окончательно закрылось. Но нельзя было упускать из вида то, что тут ходит охрана, и мне стоит быть предельно осторожной. Я выбралась из своего укрытия, неудачно приземлившись и повредив кисть. Я шепотом выругалась, но тут же спохватилась. Станция была безмолвна. Даже слишком. Это начало угнетать меня, и я впервые в жизни очень сильно испугалась. Страх в сочетании с неким волнением, словно перед первым свиданием, сковали меня по рукам и ногам. Идти было тяжело, но я все-таки сумела дойти до края платформы и замереть, как вкопанная. Туннель отзывался гулким и еле уловимым уханьем. Глухой звук, похожий на шум, стоял в моих ушах. Так страшно мне не было, пожалуй, никогда. Я встала в полной нерешительности, боясь спрыгнуть, но все мои сомнения развеял звук приближающихся неторопливых шагов.