Страница 291 из 301
Пронзая облака и дым, стрелой к земле летел золотой дракон, его крылья были раскрыты, но он не летел, а падал, кружась в воздухе, но, главное, — на его спине был человек, и не Волдеморт… Это был Гарри… Гермиона истошно закричала, когда дракон упал на землю, и кинулась к нему, но её остановила сильная рука. Это был Чарли, и он отрицательно качал головой:
— Не стоит, это опасно…
— Но… Гарри… он… ранен… — задыхаясь, говорила девушка.
— Тебя к нему не подпустят другие драконы.
И, действительно, золотые драконы, все, как один, стали снижаться и опустились на землю, образовав плотное кольцо вокруг Аврелеуса, только один дракон завис в воздухе, на его спине сидел человек в чёрной мантии, и он смеялся на всю долину. Все вокруг замерли на месте, сражающиеся внимательно смотрели на эту картину. Гермиона, удерживаемая рукой Чарли, смотрела на Гарри. Её любимый был жив и даже встал, а потом…
— Когда сородич дракона ранен, а особенно это относится к золотым, остальные всё бросают и почитают его уход, — объяснил Чарли и почувствовал, как его ладонь сжала тонкая рука, Флёр прижалась к нему и мелко дрожала.
— Но разве они не могут его спасти, ведь драконы это умеют?
— Гермиона, они под заклятием и не смогут ему помочь, а почтить память и проводить его они смогут в любом случае, и здесь заклятия подвластия не помешают…
— Боже, неужели Аврелеуса не спасти… — из глаз девушки хлынули слёзы.
— Он может попытаться сам себя вылечить… — Чарли не договорил.
— Что делает Гарри? — пробормотал Рон.
— Не может быть! — голос Чарли звенел. — Такого быть не может… Неужели… об этом мир не знал тысячи лет…
— ЧТО?! — сказали все присутствующие в один голос.
— Он его лечит…
Когда Аврелеус стал стремительно снижаться, Гарри вцепился в толстую чешую и пытался заговорить с драконом, но не смог. Они продолжали падать, пронзая облака, ветер свистел в ушах, а земля была всё ближе. Что же могло случиться? Юноша всем телом прижался к спине дракона, это могло бы его спасти при падении. Так и случилось… Аврелеус рухнул на землю на живот, распластав крылья по траве и приподнимая к верху пыль и землю. Волшебник всё ещё лежал на его спине и слышал прерывистое дыхание. Набрав в себе силы, Гарри сполз на землю и в ужасе замер, когда увидел под крылом друга кровавое пятно… Кровь дракона была красной и очень горячей, падая на землю, она выжигала траву и дымилась. Юноша боялся подойти ближе, его охватил ужас. Его друг умирал и был сильно покалечен, в крыльях зияли большие дыры, кое-где вздёрнуты чешуйки, а из-под них текли струйки алой жидкости. Юноша ничего не видел вокруг, он не мог оторвать взора от золотого сияния дракона. Он не видел, что его окружило плотное кольцо сородичей Аврелеуса, он не слышал криков Гермионы, он вообще ничего не мог ощущать — кроме боли. Да, он чувствовал его боль, боль дракона. Ведь он был сродним с ними. Их боль — его боль. И тут в голове раздался тихий и натянутый голос:
"Тот-Кто-Слышит, вот и пришёл мой час".
"Нет, Аврелеус", — юноше казалось, что он это говорил ещё и в слух.
"Я выполнил то, что успел, я спас тебя, и не раз, ты показал мне, что человек ещё может быть сродним с драконом. Но я ушёл слишком рано…".
"Ты ещё не ушёл! Неужели тебя ничто не сможет спасти?!"
"Сейчас, да. Драконы могут лечить своих собратьев, но все мои друзья заколдованы и не могут мне помочь…".
"То есть тебя может вылечить другой дракон?"
"Да, отдав часть силы, используя магию Огня…".
"Но я могу попробовать…".
"Нет, Гарри! Ты не сможешь, ты — человек, тебе не хватит сил. Ты ещё нужен миру…".
"А ты нужен мне!" — юноша прижался щекой к его уже не такой горячей чешуе.
"Из меня уходит Сила Огня… Прощай…".
"Нет, я тебя вылечу!" — упрямо подумал Гарри, но дракон его уже не слышал.
Юноша знал, что нужно делать. Он выпрямился, прикоснулся руками к ране, чувствуя тепло крови, закрыл глаза. Вспомнил мир глазами драконов, вспомнил солнце, переливы радужной энергии, огонь… Вот он сам парит под облаками… Голова закружилась, перед глазами замелькали яркие точки… и он вновь зашептал… Странные слова и древние заклятия срывались с губ, стало жарко, ноги подкашивались, но юноша продолжал шептать их, прижимаясь ладонями к ране…
Он не мог видеть, что происходило в этот момент, не могли видеть и люди, но это видели драконы и были поражены. Руки юноши переливались огнём, он катился от его волос к пальцам и вонзался в тело дракона всё сильнее и сильнее, свет вокруг них разрастался. Золотое сияние окружило огромного дракона и юношу, оставив у всех на глазах только контуры, сияющие, как солнце. Гермиона зажмурила глаза, Чарли был настолько поражён, что не смог их закрыть, Рон стоял с открытым ртом… И даже директор смотрел во все глаза, и его палочка выскользнула из пальцев.
Гарри ощутил существенный толчок и яркую вспышку, а потом темноту, она поглотила его и унесла в даль покоя и тишины. Юноша упал на грудь дракона, но там уже не было раны. О текшей из тела крови напоминала только выжженная трава и всё. Дыры на крыльях затянулись, дракон шевельнулся, Гарри бессознательно пошатнулся и упал, словно в гамак, на мощные перепончатые крылья Аврелеуса. Один зелёный глаз раскрылся и внимательно осмотрел всё вокруг, потом второй, нога выпрямилась, и он встал, держа крыло горизонтально, чтобы его спаситель не упал. Гарри лежал без сознания, откинув голову, на лбу выступила испарина, взмокшие волосы прилипли к лицу.
Гермиона, наконец, вырвалась из ослабевшей руки Чарли и, не обращая внимания на величественных драконов, побежала к Гарри. Да на неё и не обращали внимания эти существа, их глаза были устремлены на юношу, но эти глаза блестели, они были живыми. Девушка подбежала к Аврелеусу, который изучил её внимательным взглядом и только потом опустил крыло. Гермиона сжала руку Гарри и чуть потянула его на себя, он качнулся и уткнулся лбом ей в плечо. Она чувствовала его прерывистое дыхание и частый пульс. Он был жив, но пока без сознания.
— Гарри! Любовь моя! Очнись! — шептала она, сжимая его в объятьях, но он молчал.
Девушка не видела, как все драконы расправили крылья, приподняли головы, и по долине разнесся странный свист, но он не резал уши. Дракон, что ещё парил в небе, взмыл выше, уже не управляемый своим наездником, потом резко перевернулся и… Тёмный Лорд полетел к земле, но этого никто не заметил, все смотрели на Гарри. Юноша словно светился изнутри, по его телу бегали мелкие искорки огня, а потом они все исчезли, растворившись в нём.
— Гермиона! — девушка услышала над ухом тихий голос.
— Боже, Гарри, — она чуть отстранилась и посмотрела в его лицо.
На секунду замерла, потому что с ним было что-то не так, на лице не отражалась мука или боль, и даже усталость. Его лицо словно светилось изнутри, оно было удивительно ясным и необычайно красивым. Через его крепко сжатые на талии руки шло тепло, согревая её. Он стал другим, в его теле сила десятка драконов, внутри бушует огонь.
— Аврелеус! — даже голос звенел и, словно песнь феникса, озарял душу.
— Ты сотворил чудо, — произнесла девушка.
Только сейчас Гарри выпустил её из объятий и понял, что сидит на крыле дракона. На него смотрят два зелёных глаза: Аврелеус был жив. И только сейчас юноша заметил плотное кольцо драконов и ошарашенные лица друзей и учителей. Не так далеко от него спикировал огромный золотой дракон, на котором сидел раньше Тёмный Лорд. Дракон опустил голову и приклонил колени перед юношей, так же поступили и другие. В голове раздался другой, твёрдый и уверенный голос:
"Теперь ты наш Брат!"
"Наш Брат!" — в голове зазвенел хор голосов.
"Брат?!" — даже мыленный голос юноши дрогнул.