Страница 71 из 108
- Думаю долго. Физически с ним все в порядке. Но ты же сам знаешь. Из-за Грани еще никто не возвращался. Потому, что с его душой и сознанием не знает никто.
- Ты выяснил, как удалось его вернуть?
- Нет. Уснувший в палате целитель утверждает, что кто-то вошел, и после этого он больше ничего не помнил.
- Найди мне того, кто вытащил моего мальчика. Может он и вернет мне его.
- Ищу, друг мой. Ищу. Только знаешь что интересно?
- Что? – Император слегка повернул голову, чтобы видеть генерала.
- Кто-то каждую ночь вливает в него силу.
- И ты еще не поймал этого таинственного целителя?
- Не поверишь, ночую уже тут. Но так никого и не видел. Словно кто-то выключает сознание на краткое время.
- У всех?
- Вот именно что у всех.
- Ищи.
Генерал молча кивнул головой. Незаметно подошел Станис.
- Никаких изменений, пап?
- Нет, сын.
Генерал повернулся и тихо, чтобы не мешать, пошел к выходу. Почувствовал на себе горящий ненавистью взгляд и остановился. Посмотрел в темный проем пустой палаты, вошел туда, закрыл за собой дверь.
- Тамирес… Поговорим?
Оборотень сжал руки в кулаки и пристально уставился на генерала.
- Ну и поговорим. Хотя какой смысл?
- Смысл? Сынок, смысл в том, чтобы я не боялся поворачиваться к тебе спиной, и мог доверять тебе жизнь и здоровье моих людей.
- Не смейте называть меня «Сынок». – прошипел парень, с трудом удерживаясь от того, чтобы не принять звериную ипостась.
- Хорошо, Тамирес, как скажешь. – Генерал поднял ладони в примирительном жесте. – Скажи мне, в чем ты меня обвиняешь?
- Вы знаете сами лучше меня. В смерти моей маленькой сестры. Это ваши боевики гоняли ее по полигону как мишень, это из-за них она погибла. И ни один, вы слышите?? Ни один не был наказан! - Тами трясло от негодования, когти прорезались на кончиках пальцев и вспороли кожу на ладонях.
- Тамирес, что именно ты знаешь о том дне, когда случилась беда?
- Зачем мне это вам говорить? Вы уже обвинили мою семью во всех грехах…
- Значит, ничего не знаешь… Хорошо, Тами. Ведь так тебя называют твои друзья? Тами? Сейчас я покажу тебе мыслезапись со следствия. Ты знаешь, что нельзя ее подменить, изменить или извратить.
- Знаю. – Тихо и со страхом проговорил Тамик.
Генерал вынул кристалл мыслезаписи из кулона, висящего на его груди, последовательно нажал несколько граней и в темноте засветился шар, в котором появилось изображение. Высокий плотный оборотень с проседью потеряно смотрел в пол и тихо рассказывал:
- Мы ждали оборот Лирилейи только через неделю. К этому времени и готовили бал в честь принятия ипостаси. Жена уехала в город к портнихе, а я ушел с Миной и Леей к озеру. Лея бегала и ловила бабочек, а мы с Миной…
- Мина это няня девочки?
- Да.
- Так что вы с Миной?
- Мы с Миной занялись друг другом…
- Как долго продолжались ваши отношения с няней вашей дочери?
- Почти два года до этого случая.
- Что случилось дальше?
- Я не знаю как, но Лея увидела нас, разозлилась, обиделась и у нее вырвалась ипостась из-под контроля. Она сбежала.
- Вы сразу обнаружили ее пропажу?
- Нет. – он опустил голову еще ниже, а голос стал еще тише. – Только когда стало темнеть. Мы слишком увлеклись…
Пока менялось изображение, генерал добавил:
- Я не знаю, как она умудрилась пробежать почти тридцать миль. Одна, ночью и в темноте. Думаю, что и на полигон она побежала, потому что там пахло теплом и едой.
Второй кусочек мыслезаписи был уже с генералом в главной роли. Он сидел на допросе ровно и спокойно, прямо глядя на записывающий кристалл, лежащий на столе следователя.
- Тренировка была запланирована заранее у боевиков первого года обучения. Ребята совсем необстрелянные. Поэтому огневые стрельбы для них были в новинку. Тренировались три отряда. Стрельба шла перекрестная. В темноте. Объяснимо, что перепуганного волчонка просто никто не заметил. Когда утром на полигоне обнаружили тело девочки, я не сообщил ни одному обучающемуся об этом. На теле огненных повреждений не было. Смерть наступила от естественных причин.
- Почему вы не сказали ученикам о смерти на полигоне?
- Потому что эти боевики по своей сути сопливые мальчишки, которым такое известие могло просто поломать жизнь. Как они должны были готовиться защищать страну после того, как узнали бы, что их действия пусть не напрямую, но косвенно причинили смерть ребенку?