Страница 112 из 256
– А утром отправимся в путь?
Дея помедлила секунду, но всё внутри потянулось навстречу новой дороге, даже ноги начали ныть от нетерпения.
– Да, – сказала она. – Да, Ойло. Сделаем так.
Рисковать – так уж всем: судьбой, собой и настоящим, тем более что прошлое не оставила следа, а будущее заволокло чернотой…
…Трудный выбор. Она и не ждала, что всё пройдет гладко. С утра пораньше на работу, значит, нужно было встать засветло. Впрочем, в городе день и ночь не зависели от солнца, только от района проживания. Накрытый куполом Северный почти не видел света.
Ойло отказался есть паек из переработанных продуктов, и девушка сочла за благо не настаивать. Она понемногу откладывала еду и теперь поспешно просматривала запасы. Должно хватить на несколько дней, если питаться в меру, хотя новый знакомый и уверял, что в лесу не пропадешь. Он без восторга оглядел её жилище и покачал лохматой головой:
– Лучше уж в шалаше жить, чем здесь.
– Кто бы говорил! – раздраженно буркнула Дея.
– Верно, – хмыкнул Ойло, нисколько не обидевшись. – Но дом у меня есть. Точнее, он там, где мои друзья.
– Значит, столица, – решительно сказала она, запихивая в рюкзак теплую куртку.
– Думаю, мы найдем место получше.
Дея напряженно замерла.
– В лесу? – нахмурилась девушка.
– Как скажешь. Можно на берегу… эм… реки. Можно и в лесу, или в городе. Тебе что больше по душе?
– Если там нет эпидемий, есть работа, можно найти дешевое жилье, – перечислила она, – тогда я согласна на лесное поселение.
– Там всё есть, – сказал Ойло, но она не поверила. Да и кто бы не усомнился в его словах, произнесенных так небрежно и легко?
– Тогда немного отдохнем и в путь, – сказала девушка. Спать в одной комнате с едва знакомым парнем значило рисковать шкурой, но, с другой стороны, на что может сгодиться её потрепанная персона?..
…На еду. Прямо сейчас её схватят, порвут на кусочки и обглодают остатки нездорового мяса. Монстрам-мутантам не было разницы, кого жрать – худых, толстых, женщин, мужчин или детей. Дея бежала просто потому, что страх гнал. Сил давно не осталось, надежды на спасение тоже. И если бы Ойло не держал её за руку, она бы давно упала и сдалась.
Но парень бежал за них обоих, тащил за собой, заставляя жить мгновение за мгновением.
– Сюда! Давай! Еще немного, и будем в безопасности.
Дея не верила ему. Она знала, что спастись не получится. Ни сила, ни скорость, ни ловкость их не выручат. И даже невиданное оружие не поможет, каким бы мощным оно не оказалось. Стая жутких существ слишком огромная, а они малы и бегут через бесконечную чащу. Скоро всё закончится, и такой конец едва ли лучше уготованного ей – умереть, захлебнувшись кровью, или ещё год страдать, медленно загнивая. Шлеп, хлоп. Она слышала свое тяжелое дыхание, а вокруг был густой туман. Тело казалось помятым, но не более того. И цветной купол небес, звезды, которые она прежде не видела над головой…
…Светло, больно глазам, и веки не спасают от алого сияния. Невозможно лежать на чём-то столь мягком! Она потрогала кровать: нежные простыни прекрасного цвета. Как он называется? Дея не знала цвета, разве что красный и желтый… А подушка! Подушку она видела только у своей богатой знакомой, которая была девушкой победителя боёв. Они жили в квартире в центре города. Там было меньше заразы, и поговаривали, что можно купить противоядие. Стоило оно, правда, баснословно дорого.
Она поднялась на постели и сразу увидела Ойло: парень безмятежно дремал возле кровати, развалившись на широком кресле. Волосы падали ему на лицо, и удивительное, сочное солнце заливало комнату золотом. Она восхищённо уставилась в окно: правда или греза?
Дея неслышно поднялась, прошла мимо парня, тронула абсолютно прозрачное стекло. Прекрасный, огромадный кусок синей-пресиней воды в обрамлении деревьев, и они не были серыми. Разве листва такой бывает? А небо? Кто его выкрасил в этот неведомый оттенок? И земля, похожая на свежую кашу, которой кормили гибких домашних зверей – белых в черных пятнах пушистых кошек… Возле воды она увидела людей: они о чём-то болтали, кажется, даже не замечая красоты вокруг себя.
Дея снова и снова вглядывалась в незнакомый пейзаж, вдыхала воздух, от которого кружилась голова, чувствовала тепло, к которому тело не привыкло. Она гладила стекло, пытаясь прильнуть к нему как можно плотнее, чтобы слиться, стать частью сна. Ибо реальность такой прекрасной просто не могла быть.
Она почувствовала, как на её плечи легли нежные и осторожные руки.
– Эй, ты чего ревёшь? От радости, что ли?
Он был вполне материален.
– Я сплю, – сказала она, пытаясь справиться с прыгающими губами. – Или умерла, что вероятнее…