Запретная Родина

Они снова заговорили о том, как лучше вести себя при встрече с главой города, а я молча стояла, чувствуя тепло знакомых пальцев. Хотелось погулять по лесу, послушать новые звуки, увидеть что-то важное. Я снова уходила от дел, доверяя чувствам, но желания не всегда к месту, и пришлось подчиниться установленному порядку. Тем более бродить по чаще, где тебя могут съесть, не слишком умно.

Между тем каждый из нас знал, что должен делать. Хорошо, что не пришлось разделяться – мы с Алеардом собирались на границу леса, чтобы увидеть город и проверить силовое поле, созданное Зубаном. Сам вожак отправился к стае поведать о нашем согласии. Мне почему-то казалось, что он прекрасно знал, как будут развиваться события. Был Видящим, как и Ойло?

– Надеюсь, до драки не дойдёт, – сказал штурман, проводив волка взглядом.

– Я тоже, – кивнул Алеард.

– А я надеюсь во что бы то ни было сохранить эту красоту, – произнёс Ойло. – даже если придется сражаться за неё. Но синяков наставить мы всегда успеем. Да, Фрэйа? – и он поглядел на меня, улыбаясь.

– В моём случае это будут скорее ожоги.

– Или отправишь злодеев в полет, – хмыкнул он. – Вот согласитесь, ребят, у дара Фрэйи вообще нет ограничений! Разве можно ограничить чувства? Та же любовь обширна, как… – он задумался. – Вселенная!

– Согласен, – серьезно отозвался Алеард и так посмотрел на меня, что я икнула. Трог весело рассмеялся, а Крис смущенно хмыкнул.

– Чтобы узнать этот простор, нужно быть вами. В смысле, оставаться собой, но испытать похожую радость.

– Короче, девушку найти, – сказал Ойло. – А это непросто, учитывая, что во многих мирах привыкли играть в любовь. Вот уж этого она точно не любит, тем более если кто-то считает, будто правила просты. У такого сильного чувства не может быть простого состава, там всё запутано.

– Это ты о чем? – спросил Крис.

– Любовь не есть лишь страсть, так говорил дед моему брату. Думал, наверное, что я маленький, не запомню. Любовь складывается из привязанности, нежности, чувства спокойствия, уверенности в любимом человеке. Желания иметь семью, детей, свое логово. Жажды беречь избранника, быть ему верным как в поступках, так и в словах. Любить сложно и легко одновременно.

– Ты не только поэт, но и философ! – улыбнулся Кристиан. – Согласен абсолютно. Готовность быть собой и меняться – тоже важная составляющая. Оба партнера должны принять то, что на протяжении совместной жизни станут немного другими.

– Или много, – хмыкнул трог. – Это от человека зависит.

В хижину зашёл Зубан.

– Волки получили последние указания. Нам пора, друзья.

Кристиан поднялся. Он должен был отправиться искать Рару и других разведчиков.

– Будьте осторожны, ребят.

– И ты береги себя, – ответила я. Алеард обнял друга, мы с Ойло тоже не остались в стороне.

– До скорого, – и штурман вышел. Снаружи его ждали проводники – два матерых волка.

Мы вышли следом, и Ойло спросил, почему они не могут воспользоваться Промежутком.

– Главам кланов это не понравится. Волки… как это говорят? Старомодны.

Трог кивнул. Я знала, что он хочет задать ещё множество вопросов, но небо понемногу светлело, а путь предстоял длинный. Со слов Зубана было ясно и ещё одно: звери предпочитали ночь, именно в радужной темноте вершились все важные дела.

– Пока доберемся, – сказал вожак, – будет уже темно. Ойло, – обратился он к парню, – ты поедешь на мне верхом.

Парень поднял брови, но спорить не стал. Он ещё раз обнял нас и сказал:

– Удачи!

– Удачи, – эхом отозвался Зубан. – Пусть луна благословит наш путь.

 

Земли клана Ночных упирались в окраину леса. Волки поставили караулы вдоль всей границы, а мы с Алеардом залезли на высокое дерево и наблюдали окрестности. Я напряжённо вслушивалась в звуки чащ, следила за движением каких-то летучих аппаратов, светящимися точками снующих в серой дали. Наверное, это были машины вроде летунов на Белве. Вспоминая снежный мир, я неизменно думала о друзьях, и не знала, гнать эти печальные мысли или цепляться за них, чтобы не потерять снова.  

Город был уродлив. Над ним висело колышущееся черное облако, которое наверняка не давало разглядеть прекрасное звездное небо. Хотя он лежал за много километров от леса, в низине, а все же гадостные запахи долетали до защитного поля, и, частично сдерживаемые невидимыми потоками, опадали на землю. Волки рассказали, что земля вблизи городов изнывает от засухи, и людям приходится поливать немногочисленную растительность, устраивая «искусственный» дождь.

– У меня дурное предчувствие, – вдруг сказал Алеард. Я тотчас вцепилась в его протянутую руку. – Нужно спускаться.