Страница 6 из 7
София повернулась к бухте, убеждая себя, что все будет хорошо, и старалась успокоиться.
Она любовалась красочным небом, слушала нежный плеск воды. В таком месте следует снимать романтический фильм, в котором герой и героиня уходят в закат. Жаль, у них с Нико такого не будет.
София решила сказать ему, что передумала, но он уже ушел. Сегодня надо быть осторожнее. Если они снова поцелуются, хорошего не жди.
Но невозможно не думать о том, как он обнимал ее в своем бунгало. Сердце забилось чаще. София никогда не целовалась с такой страстью. Никто и никогда не заставлял ее чувствовать себя желанной женщиной.
Ох, как же ей будет трудно противостоять искушению!
Глава 5
Интересно, с каких пор Нико подчиняется приказам?
Он босс и привык командовать.
Нико посмотрел на Софию. Почему эта женщина постоянно заставляет его нарушать правила?
Шорты и рубашка поло, которые он надел, были его единственной повседневной одеждой. Честно говоря, он не совсем понимал, зачем вообще положил их в чемодан. Хотя ему нравилось быть готовым к любым неожиданностям.
– Нико? – Голос Софии вырвал его из размышлений.
Он не слышал ни слова, сказанного ею. Такое поведение ему несвойственно. Он отлично справлялся с множеством дел одновременно, особенно на деловых встречах, отвечал на электронные письма по телефону, делая презентацию. А рядом с ней соображал плохо.
– Что ты сказала?
– Я спросила, как прошла твоя деловая встреча.
– Было бы лучше, если бы мне удалось завершить сделку сразу.
– Почему ты этого не сделал?
Он не хотел уточнять. Им нужно обсудить другие вопросы.
– Это не важно. Мы должны поговорить о нас.
– То есть о моей беременности.
– Да. О ней. Что ты планируешь делать? Если тебе понадобится…
– Мне ничего не нужно. Я уже говорила, что справлюсь.
Нико нахмурился:
– Я предлагаю оплатить медицинские услуги. – Он желал только лучшего для нее и их ребенка. Его поразило ее непреклонное стремление родить. – Когда ты узнала о том, что ждешь ребенка?
– Я же говорила, узнала на этой неделе.
Верно. Он смутно сознавал, что она упомянула об этом сегодня, но был слишком потрясен, и не запомнил.
– Почему ты уверена, что хочешь этого ребенка? Твоя жизнь кардинально изменится.
– Время, конечно, неподходящее, но я всегда надеялась, что однажды стану матерью. – Ее рука коснулась живота. Затем, словно поняв, что делает, она опустила руку. – Но я понимаю, ты не обязан радоваться вместе со мной. И я тебя не осуждаю. Мы можем попрощаться и…
– Подожди! Я не говорил о том, что мы должны попрощаться. – София станет матерью его ребенка – наследника Стравосов. Нравится им это или нет, но теперь их судьбы связаны.
Повернувшись к нему, она сверкнула глазами:
– То есть ты хочешь воспитывать ребенка?
– Это мой ребенок.
– Наш ребенок, – поправила она.
Ему придется многому научиться. Он не привык ни с кем и ничем делиться, единственный ребенок в семье. У него ни разу не было серьезных отношений с женщиной. Судя по упрямому взгляду Софии, придется привыкать, что ребенок принадлежит не только ему, но и ей.
– Почему ты уверена, что сейчас материнство пойдет тебе на пользу?
– Ты в самом деле хочешь это знать?
Он жаждал узнать о ней многое.
– Тебя настораживает мое любопытство?
– Нет. Но я предупреждаю, что рожу этого ребенка не из-за того, кто его отец. Этот малыш нужен мне самой.
Слыша убежденность в ее голосе, он хотел верить. Но можно ли ей доверять?
– Ты не ответила на мой вопрос.
Она вздохнула:
– Все началось, когда я познакомилась с парнем, который показался мне самым замечательным на свете, симпатичным и обаятельным. Просто идеальный мужчина. Он был трудолюбивым, его ждало блестящее будущее в строительной компании дяди.
– Как я понял, он не оправдал твоих надежд?
– В то время я работала экономкой в нью-йоркской гостинице «Гламур». Очень часто наши с ним рабочие графики не совпадали, и мы подолгу не виделись. Время шло, он работал все больше и больше.
Нико понимал, как легко увязнуть в работе. Он все время так делал. Но что-то подсказывало, что история Софии намного сложнее.
– Моя семья сразу же полюбила Бобби. Мать планировала нашу свадьбу, да и я в то время думала, что хочу выйти замуж.
– Родственники, несмотря на лучшие намерения, не всегда правы.
– Ты говоришь о своем дедушке?
Нико кивнул:
– Он в чем-то похож на твою мать, за исключением планирования свадьбы. Он бы этим не занимался.
– Видимо, он считал это женской прерогативой?
– Нет. Это отвлекло бы его от работы.
– Во всяком случае, приходя домой, Бобби был слишком уставшим, чтобы проводить время со мной. Мать уверяла меня, что все прекрасно. В конце концов я переехала к нему.
Не то чтобы Нико не интересовался прошлым Софии, просто внезапно почувствовал, что дальше разговор пойдет гораздо откровеннее, чем он предполагал. Чем больше она расскажет о себе, тем ближе они станут друг другу, тем труднее ему будет держать дистанцию.
– Какое это имеет отношение к твоему материнству?
София нахмурилась:
– Дай мне договорить.
– Прости. – Он нисколько не раскаивался, не хотел увязнуть в неприятных подробностях. И не желал ей сочувствовать.
– Я верила, что, когда к нему перееду, все изменится. Так и было поначалу. Потом опять началась рутина. Он работал сутками, включая выходные дни. Ситуация стала странной.
– Ну, не все дела успеваешь сделать с девяти утра до пяти вечера.
Она уперлась руками в бока:
– Кто кому рассказывает?
Она упрекнула его? К такому Нико не привык. В офисе все съеживались в его присутствии. С таким, как он, нельзя не считаться. Дед пугал людей, только взглянув на них.
– Я просто пытался объясниться, – оправдывался он. София одарила его взглядом, говорящим: «Ты еще не угомонился?» – Ладно. Продолжай.
– Бобби убеждал, что так лучше, говорил, у нас впереди вся жизнь, и ему просто нужно время, чтобы сделать карьеру. А мне следует заниматься готовкой, уборкой и стиркой, потому что у него нет на это времени. Вскоре я забеременела. Бобби обрадовался. Мы отметили помолвку. Он стал чаще бывать дома и хотел, чтобы я бросила работу, дескать, мое место в доме. – Недовольная гримаса омрачила ее красивое лицо. – Я отказалась. Мне нравилось заниматься делом и быть финансово независимой.
Это нисколько не удивило Нико. Он сразу понял, что София очень независимый человек. Очевидно, у этой истории несчастливый конец. Он нутром чуял, что не следует торопить Софию.
Они шли по берегу, волны касались их ног.
– А потом я потеряла ребенка, – с болью в голосе обронила она. – Бобби не сказал, что обвиняет меня, но я постоянно видела упрек в его взгляде.
Нико остановил ее нежным касанием руки:
– Я ничего не знаю о беременности, но понимаю, что иногда в жизни случается непоправимое, и уверен, ты ни в чем не виновата.
Их взгляды встретились.
– Ты меня совсем не знаешь.
– Я знаю достаточно.
– И что ты обо мне думаешь?
– Ты честный человек с добрым сердцем и сделаешь все возможное, чтобы защитить своего ребенка.
Шмыгнув носом, София быстро заморгала:
– Ты слишком проницательный.
– Я говорю о том, что вижу.
Неудивительно, что ей хочется кардинально изменить свою жизнь. Нико считает, что она будет любить ребенка.
– А что случилось с твоим парнем? Он бросил тебя из-за того, что ты не подчинялась его требованиям?
– Нет. Но так было бы намного проще.
– Что ты имеешь в виду?
– Не важно. Я уже наговорила слишком много.
Как только они добрались до самой интересной части, София умолкла. Нико испытал жуткое разочарование, не понимая, что расстроило его сильнее: то, что София не до конца поведала ему свою историю, или то, что он вдруг захотел ее оберегать.