Страница 20 из 37
- Ему нужна помощь. Он ранен, а мы с сестрой в этом не разбираемся. Мы только перевязали ему ногу и остановили кровь.
Господи, да что же там у них произошло? Кого они там перевязывали? Почему они просто не могли вернуться оба: заплаканные и перепуганные, а не перевязывать раненых и просить ее о какой-то там помощи?
- Так! - Сказала Татьяна. - Я никуда с тобой не пойду, пока ты мне все подробно не объяснишь: что с вами произошло; кому нужна помощь и где сейчас твоя сестра?
И вдруг ее посетила простая мысль. Его сестра по-прежнему остается у бандитов заложницей, а брата под этим предлогом отправили за помощью. У них действительно кого-то ранили и им нужны медикаменты. Вот и все решение ситуации. Необходимо срочно заявлять в полицию и брать этих преступников на месте.
- А кто из них ранен? - Начала новый подход к Даниле издалека Татьяна. - Наверное, тот верзила, который меня ударил?
- Нет. - Опроверг самые худшие опасения Татьяны мальчуган. - Я не знаю, как его зовут. Хотя, тот верзила называл его Местным. Так вот, этот Местный выкинул верзилу на ходу из машины, а верзила перед этим хотел его убить и стрелял в него из пистолетов. Только они не выстрелили. Патроны закончились.
Господи, страсти-то какие. Татьяну немного встряхнуло. А она еще жалуется на свой синяк!
- А женщина? Там была женщина?
- Ее убили. За нами гнались и стреляли. Верзила сказал стоять нам возле дверей, а Местный забрал нас к себе и закрыл собой. В него даже попали несколько раз, но он был в бронежилете, и его не убило, а женщине попали в голову.
Господи! В который раз упомянула про себя этого персонажа Татьяна. Чем дальше, тем страшнее.
- А что с четвертым? - Татьяна вспомнила, что грабителей было четверо. - Он тоже с вами?
- Нет. Местный и с ним подрался. Его он тоже победил, но тот успел выстрелить ему в ногу. А потом за нами гнался верзила и Местный нас увез на машине. А потом он остановился и сказал, чтобы мы уходили. Мы сначала так и сделали, но Женька меня остановила и сказала, что без нас он умрет. И мы вернулись. Когда мы снова открыли дверь машины, Местный не шевелился и не разговаривал. Я подумал, что он уже умер, но Женька сказала, что его можно вылечить, нужно только остановить кровь. Она такое в кино видела. Потом мы его вытащили из машины и перевязали ногу, а что делать дальше мы не знаем.
Не знала, что ей делать и Татьяна. Судя по всему, Данила действительно рассказал ей правду. Страшную, ужасную, но все-таки правду. Последнее, что она услышала прежде, чем потерять сознание после удара верзилы - это просьбу не трогать детей. Значит, среди этого квартета грабителей как минимум один имеет чувство совести. Возможно и даже, скорее всего, Данила сейчас рассказывает именно о нем, но сути дела это не меняет. Он по-прежнему остается преступником, и она обязана заявить о нем в полицию.
Решение о полиции было уже почти принято, когда Татьяна сообразила последнюю вещь. Брат и сестра Пономаревы не очень хорошо влились в детдомовский коллектив. Они держались немного обособленно и не спешили заводить каких либо отношений, как с другими воспитанниками, так и с воспитательским коллективом. Именно она, Татьяна Николаевна, стала для них исключением, к которому Пономаревы потянулись с первого дня своего пребывания на новом месте жительства. Что их к этому побудило, Татьяна не знала. Возможно то, что в дальнейшем она и сама прониклась к ним симпатией, просто дети, еще не погрязшие в мире цинизма, раньше заметили в ней родственную душу. Сейчас эти дети проявили явную симпатию к своему похитителю. Что это? Стокгольмский синдром?
После подобного анализа решение Татьяны немного пошатнулось. А есть ли необходимость сразу бежать в полицию. Ну, придет она туда, станет перед этим пузатым полисменом с четырьмя звездочками на погонах...
Все! После воспоминания о полисмене встреченным ею утром Татьяна полностью откинула мысль идти в полицию. Еще неизвестно, кто из них лучше: грабитель, говоривший, не трогайте детей или полисмен, назвавший ее малолетней алкашкой и обещавшим поставить второй фингал. Окончательное решение она примет позже, а сейчас она должна сходить с Данилой к раненому и сама разобраться в ситуации. Сейчас ей терять уже нечего. Все равно увольнение не за горами, даже если она и приведет обоих детей назад.
- Хорошо, если все, что ты рассказал, правда, - наконец согласилась Татьяна, - я схожу с тобой, веди меня.
- А может, вы сначала возьмете что-нибудь из медикаментов? - Данила кивком головы указал на детский дом и напомнил ситуацию. - Он раненый. А насчет правды... вот что есть у меня. - И Данила достал из кармана выкидной нож и нажал на кнопку пружины, демонстрируя нешуточное лезвие.
- Откуда это у тебя? - Испугалась, увидев подобную "игрушку" у десятилетнего мальчика Татьяна. - Выбрось его.
- Он выпал из кармана убитой женщины, когда Местный доставал ее из машины. Не переживайте Татьяна Николаевна, я его обязательно выброшу, но только потом. Я знаю, что еще маленький для игр с ножом и не наврежу им ни себе, ни кому другому. Но пока все не закончится, пусть он побудет у меня. С ножом я чувствую себя намного уверенней.
- Хорошо. - Сказала и удивилась собственным словам Татьяна. - Насчет лекарств не переживай, мы их возьмем, но не в детдоме, а в аптеке. Не нужно, чтобы меня видели в детском доме берущей медпрепараты. Это вызовет лишние вопросы, и к тому же будет считаться воровством.
Татьяна не была сильна в медицине, но суть проблемы уловила. Грабителя ранили в ногу, и если пуля осталась в ноге, то достать ее она вряд ли сможет и ему потребуется профессиональное медицинское вмешательство. Если же пуля прошла навылет или по касательной то потребуются спирт, бинты, антисептики и антибиотики. Все это она приобрела, используя собственные денежные сбережения, которых у нее и на себя с трудом хватало. Помимо аптеки она зашла в продуктовый магазин и приобрела еды. Ее детей вряд ли кто-то покормил, да и грабитель наверняка голодный.
Закупив все необходимое, они выдвинулись в путь.
***
Звук шагов приближался, и на удивление Игоря в нем не было агрессивных ноток. Идущие, не пытались скрывать своего присутствия, шаги звучали ровно: без остановки для изучения ситуации и последующей за ней короткой перебежки. Либо группа захвата настолько уверенно себя чувствовала, либо...
Первым в помещение зашла маленькая девочка Женя. За ней, ее брат. Теперь Игорь знал, что брата Жени зовут Даниил. А следом за ними вошла...
Игорь не сразу признал в последнем вошедшем, ту самую женщину, стоявшую рядом с детьми около музея. Он ее и тогда не успел слишком хорошо рассмотреть. Сложившаяся на тот момент ситуация не благоприятствовала знакомству. А, кроме того, сейчас ее лицо украшала приличная гематома - "подарок" от Монгола.
На короткое мгновение в затхлом помещении насосной станции повисла неловкая тишина, и Игорь почувствовал, что именно он должен ее нарушить.
- Мы, кажется, с вами сегодня уже встречались?
- Да, - согласилась с Игорем женщина. - Но я бы не назвала нашу первую встречу приятной.
Игорь, из положения - лежа, снизу вверх продолжал изучать эту женщину. Да какая она женщина! Максимум девушка, если даже не взрослый ребенок. Ей, наверное, чуть больше двадцати и возможно именно поэтому она пришла сама, а не с группой захвата. Она не менее наивна, чем ее малолетние воспитанники. Все, что ее делает сейчас старше - это как раз, оставленный Монголом на память синяк.
- Я, наверное, должен сейчас перед вами извиниться.
Эти слова пришли сразу после того, как Игорь акцентировал свое внимание на синяке. Подобные вещи и мужчину не украсили бы, а что говорить о девушке, более тщательно следящей за своей внешностью.
- Но не буду. Мои извинения ничего не изменят. То, что произошло - уже произошло и останется с нами навсегда. Вы пришли одна, без полицейского сопровождения и признаюсь честно, меня это удивило. Впрочем, если вы захотите изменить свое решение и прямо сейчас вызовете представителей закона, я не буду вам мешать. Вы вправе сделать все, что посчитаете нужным.