Страница 3 из 41
— Вам нужен вкус сухих листьев, обданных кипятком?
— Ну… да. С молоком.
— Выжатым из коровы?
— Ну, я бы сказал по-другому…
— Мне понадобится помощь, — вдруг деловито заявил автомат. Из его голоса исчезло жизнерадостное бульканье, зато появилась решительность.
— Помогу, чем смогу, — сказал Артур.
— Вы уже помогли, — сообщил ему жаждоутолитель.
Он вызвал главный корабельный компьютер.
— Всем привет! — первым делом заявил главный компьютер.
Жаждоутолитель объяснил, что от него требуется, главному компьютеру. Тот подумал, объединил все свои логические цепи с системами жаждоутолителя, и они вместе погрузились в мрачное молчание.
Артур посидел немного, подождал, но больше ничего не случилось.
Он пнул жаждоутолитель ногой, и все равно ничего не случилось.
В конце концов он сдался, и поднялся обратно в рубку.
В пустынных глубинах космоса замер корабль Золотое Сердце. Вокруг него яркими точечками сверкала Галактика. К нему медленно подбирался отвратительный желтый вогенский крейсер.
Глава 3
— Есть у кого-нибудь чайник? — спросил Артур, поднявшись в рубке, и удивился тому, что Триллиан кричит на компьютер, требуя, чтобы он ответил, Форд стучит кулаками по клавиатуре, Зафод лягает главный системный блок, а нечто отвратительное на вид, мерзкого желтого цвета, медленно увеличивается на экране внешнего обзора.
Артур поставил на столик пустую чашку, которую держал в руках, и подошел к остальным.
— Эй, — сказал он.
В этот момент Зафод бросился к мраморному столику, из которого появилась панель управления обычными фотонными двигателями. Он что-то включил, выключил, переключил, и выругался. Фотонный двигатель передернулся и снова затих.
— Что-нибудь не так? — спросил Артур.
— Эй, все слышали, — пробормотал Зафод, тщетно пытаясь отыскать выключатель невероятностного полета, — обезьяна заговорила!
Невероятностный двигатель передернулся, еще раз передернулся, и тоже отключился.
— Войдешь в историю. — злобствовал Зафод, лягая Генератор Невероятности. — Говорящая обезьяна!
— Если ты чем-то расстроен… — начал Артур.
— Вогены! — оборвал его Форд. — Нас атакуют!
Артур так и подскочил.
— Так чем же вы занимаетесь? Надо сматываться!
— Не можем! Компьютер подвис.
— Подвис?
— Он говорит, что вся его память занята. Корабль абсолютно неуправляем.
Форд отошел от терминала, вытер пот со лба и прислонился к стене.
— Мы ничего не можем сделать, — сказал он, уставился в пустоту и закусил губу.
Еще когда Артур ходил в школу, задолго до гибели Земли, он играл в футбол. Футболистом он был весьма посредственным, и единственное, что ему хорошо удавалось в игре — это забивать мячи в свои ворота на важных матчах. Всякий раз, когда это случалось, он чувствовал странное покалывание, начинающееся с затылка, и медленно распространяющееся на щеки, а потом на лоб. Сейчас Артур ясно увидел большое футбольное поле и толпы маленьких мальчиков, которые размахивали руками и кричали ему что-то издевательское.
Странное покалывание началось с затылка и медленно распространилось на щеки, а потом и на лоб.
Он открыл рот, и снова закрыл его.
Потом еще раз открыл, и опять закрыл.
Наконец, ему удалось выдавить из себя какой-то звук.
— Э-э, — сказал он, и откашлялся.
— Скажите, — продолжил он, и это прозвучало настолько нервно, что все обернулись и уставились на него. Он взглянул на все увеличивающееся желтое нечто на экране внешнего обзора.
— Скажите, — повторил он, — а компьютер объяснил, чем именно он занят? Мне просто интересно…
Они не отрывали от Артура взглядов.
Зафод протянул руку и сгреб его за воротник.
— Что ты с ним сделал, Обезьян? — проговорил он сквозь зубы.
— Да, в общем, ничего, — промямлил Артур. — Просто, кажется, некоторое время назад он пытался выяснить, как…
— Ну?
— Сделать мне чашку чаю.
— Именно, ребята, — внезапно ожил компьютер, — уже почти разобрался с этой проблемой. У, это круто. Скоро буду с вами. — И он снова умолк, и его молчание по напряженности можно было сравнить только с молчанием Зафода, Форда и Триллиан, которые уставились на Артура.
И, словно чтобы снять напряжение, вогены выбрали именно этот момент для начала обстрела.
Внутри корабля все тряслось и грохотало. Снаружи защитное поле в дюйм толщиной героически пыталось противостоять обстрелу батареи 30-мега-в-ад-фотразонских пушек конструкции Наверняк-Умертвяка, но, судя по тому, как оно выглядело, долго продержаться оно не могло. Четыре минуты максимум, по мнению Форда Префекта.
— Три минуты и пятьдесят секунд, — сказал он немного позже.
— Сорок пять секунд, — добавил он еще немного позже. Он поигрался с бесполезными кнопками и взглянул на Артура. Взгляд его не был полон тепла и братской любви.
— До смерти чаю захотелось, да? — спросил он. — Три минуты сорок секунд.
— Да прекратишь ты? — рявкнул Зафод.
— Да, — ответил Форд. — Через три минуты тридцать пять секунд.
В рубке вогенского корабля озадаченно сидел Простетник Воген Джелц. Он ожидал погони, он ожидал будоражащей перестрелки, он ожидал, что ему придется применить специально установленный на его корабле недоцикличный кнорметрон, предназначенный для противодействия невероятностному полету Золотого Сердца. Но недоцикличный кнорметрон бездействовал, потому что противник просто висел в пустоте. Он висел в пустоте и безропотно сносил огонь 30-мега-в-ад-фотразонских пушек системы Наверняк-Умертвяка, а они стреляли непрерывно.
Простетник Воген Джелц подумал, что может быть, это просто очень хитрая ловушка. Он еще раз самым внимательным образом просмотрел все данные, и не заметил никакой очень хитрой ловушки.
Он, конечно, не знал про чай.
И, конечно, он не знал, как именно пассажиры Золотого Сердца проводят свои последние три минуты и тридцать секунд.
Как именно Зафоду в этот момент пришло в голову провести спиритический сеанс, он так и не понял.
Видимо, загробный мир был просто у всех на уме, но скорее как нечто, чего следовало бы избежать, как нечто, навстречу чему нужно сделать еще один шаг.
Возможно, тот ужас, который Зафод испытывал перед близким соединением со своими покойными родственниками натолкнул его на мысль, что они со своей стороны могут разделять его чувства и, что гораздо более важно, могут помочь отодвинуть эту встречу на некоторое время.
А может быть, это была опять-таки одна из странных мыслей, что иногда появлялись на свет из темных отделов его мозгов, которые он сам неизвестно зачем замкнул накоротко, прежде чем стать Президентом Галактики.
— Ты хочешь вызвать дух прадедушки? — пролепетал Форд.
— Угу.
— Именно сейчас? Все внутри корабля продолжало сотрясаться и грохотать. Становилось все жарче. Свет мерк — вся энергия, которая оставлась от приготовления чая, шла на поддержание тающего силового щита.
— Да, — настаивал Зафод. — Я думаю, он сможет нам помочь.
— Ты уверен, Зафод, что именно думаешь? Выбирай выражения.
— А что еще ты можешь предложить?
— Э-э, ну…
— Именно. Давайте живее — вокруг пульта. Ну же! Триллиан, Обезьян, шевелитесь!
Все сгрудились вокруг пульта, расселись, и, чувствуя себя исключительно глупо, взялись за руки. Зафод выключил свет третьей рукой.
Корабль погрузился во тьму.
Наверняк-Умертвяки продолжали вгрызаться в силовой щит.
Зафод прошипел: — Сосредоточьтесь на его имени.
— А как его звали? — спросил Артур.
— Зафод Библброкс Четвертый.
— Что?
— Зафод Библброкс Четвертый. Сосредоточься!
— Четвертый?
— Угу. Я Зафод Библброкс, мой отец был Зафод Библброкс Второй, мой дед — Зафод Библброкс Третий…