Жила

— Влада, ты меня задушишь, — прохрипел он вырываясь из моих объятий. — лучше помоги мне этими пуговицами.

Я вспомнила момент у озера и с трудом сдержала смех, но таки помогла несчастному Кириллу застегнуть рубашку. Когда мы вышли из штаба все уже разъехались, так что мне пришлось ехать на машине Кирилла. Да я была и не против. Дорогая машина, за рулем парень, который мне, несомненно, нравится, весьма неплохая ситуация. Хотя меня все еще немного пугала та мысль, что Кирилл мне симпатичен.

Возле театра собралась немалая толпа, все они ожидали приезда великой оперной дивы Азизы. Как по мне пела она какую-то лабуду, про цветочки, одуванчики, бабочки в животе и тому подобное. Но чем тупее была песня, тем популярнее она становилась.

Мы приехали как раз вовремя, к длинной красной дорожке подъехал золотой лимузин. Из него вывалилась тучная тетка, разряженная в ярко-красное платье-мешок с кучей паеток и стразов, ее шею увивали многочисленные боа всех цветов радуги и тонны украшений (ну прямо идеальная женщина для Педро). Из высокой белокурой прически (скорее всего парика) торчали три огромных страусиных пера.

— Иди к черному входу, тебя там будет ждать Кира, — шепнул мне на ухо Кирилл, когда овации и визги фанатов стихли.

— А как же ты?

— А я буду здесь играть роль верного фаната, если получится, возьму автограф у этой мадам.

— Так не честно, я тоже хочу. Ненавижу Азизу, но она все равно знаменитость, дай хоть посмотреть, я буду вести себя хорошо, — начала упрашивать я.

— Меня в отличии от некоторых не собирались повесить на главной площади. Так что иди от греха подальше, а то еще узнает кто-то, — усмехнувшись, сказал Кирилл.

Я недовольно топнула ногой и показала ему язык, чем сильно рассмешила. Вот черт, его улыбка и смех когда-то, таки, сведут меня с ума.

Пробираясь через толпу, я заметила здесь много наших, все они изображали верных фанатов, Боб вообще нарисовал плакат с текстом «Азиза я тебя люблю», учитывая его рост, плакат было видно далеко. Я бы наверно еще долго торчала здесь и рассматривала народ, но меня кто-то схватил за руку и насильно потащил отсюда. Когда мы завернули за угол театра, и нас уже не было видно, я поняла, что это Кира. Она сняла шарф, которым до этого прикрывала лицо.

— Мало того, что Кирилл тронулся и взял тебя с нами, так еще, и ты даже не пытаешься замаскироваться. А если бы тебя кто-то узнал? — накинулась на меня Кира.

— Да господи, кому я нужна, год уже прошел, об этом никто и не помнит, — отмахнулась от нее я.

— Не помнит? Влада, я лет пять тому назад грохнула одного мудилу из королевской гвардии, а моя рожа до сих пор украшает стенд «Их разыскивает стража». Ты мало того что оскорбила королеву, так еще и сбежать умудрилась, такое не забывается.

— А за что ты гвардейца убила? — поинтересовалась я когда Кира немного остыла.

— А нехер руки распускать было, — призналась она и покраснела.

Я, конечно, всегда верила, что где-то в глубине души Кира скромная и ранимая девушка, но представить, что она будет краснеть, я не могла. К черному входу вскоре подошел и Педро, увидев его, Кира завыла, Педрито тоже не был рад встрече и, скривившись, уселся на огромную деревянную бочку.

Мне было скучно и я от нечего делать просто завтыкала на бочку под Педрито. Не знаю, сколько я смотрела на нее, но в какой-то момент у меня перед глазами все поплыло, и я увидела, как деревянные стенки исчезли, точнее просто стали невидимыми, зато я смогла прекрасно рассмотреть то, что находилось внутри — черное вязкое существо, я представила огонь и оно тут же вспыхнуло. Меня отвлек дикий вопль Педрито. Бочка под ним горела. Так это было не только в моем воображении. Кира столкнула Педро с бочки и пыталась потушить его пылающий зад.

— Влада, мать твою, что ты стоишь как столб, помоги потушить, — крикнула она.

У меня, как назло, вылетели из головы все заклинания вызывающие воду или хоть что-то, что могло потушить огонь. Но раз уж у меня получилось воспламенить бочку, только представив огонь, то возможно так же я смогу ее и потушить. Я попыталась опять сконцентрироваться на бочке. В мыслях, я брала ведро воды и выливала его на бочку. Но с первого раза не получилось ничего, пламя лишь на миг уменьшилось и затрещало. Я собралась и попыталась еще раз, я была уверенна, что должно получиться, я смогу… Я снова сконцентрировалась на горящей бочке и представила, как заливаю ее водой, вскоре послышалось шипение испаряющейся воды, и я пришла в себя. У меня таки вышло. Залила я не только бочку, но и Педро, и Киру и прибежавшего на крик Кирилла. Все трое уставились на меня с неким ужасом.

— Я нечаянно, честно, — попыталась оправдаться я.

— Знаешь Влада, я, кажется, понял, почему тебе так плохо даются заклинания, — сказал все еще шокированный Кирилл. — Ты интуитивный маг, причем достаточно сильный.

— А это как? — хором спросили мы с Кирой.

— Маги обладающие этим даром встречаются крайне редко, если мне не изменяет память последним был Родион Отшельник, он жил лет пятьсот назад и прославился тем, что силой мысли уничтожил целый город, из-за того что жители этого города сожгли его любимую девушку, обвинив в использовании черной магии. После этого случая, Родион удалился в отдаленный скит, где и прожил всю свою жизнь вдали от людей.

— Ты хочешь сказать, что это исчадие ада может сжечь весь город? — вмешался в разговор Педрито.

— Теоретически да, на практике лучше не пробовать. Но для такой мощной волшбы ей нужен сильный всплеск эмоций.

— Кирилл, а разве не этого Родиона называли сыном дьявола и ангела? — спросила Кира.

— Именно его, но это скорее просто легенда, чтобы сделать его персону еще больше устрашающей.

Я даже не знала радоваться мне или плакать. С одной стороны я все-таки обладала неплохим магическим даром, но с другой — я оказалась каким-то мутантом. Был еще один плюс, теперь Педрито ко мне не сунется, он поклялся, что не подойдет ко мне ближе, чем на десять метров. От моих мыслей меня отвлек шум, доносившийся из-за угла театра. Дверь черного входа с грохотом вылетела, и из нее вышел, здоровенный мужик в дорогих одеждах. Он тащил за собой растрёпанную королеву. Увидев нас, он малость удивился, а потом резко приставил к горлу королевы нож.

— Один шаг и я ее прикончу, — злобно прошипел он.

— Дяденька, я не знаю кто вы, но если вы прямо на моих глазах убьете эту старую пекинесиху я тоже умру, от счастья, — ляпнула с дуру я, чем не мало сбила с толку мужика.

— Так вы из общины, значит это, правда. Жалкие, ни на что не способные маги собрались в кучку и решили спасти королеву, — мужик рассмеялся.

Кирилл сделал шаг к нему, но мужик тут же испарился, напустив кучу едкого дыма. Вместе с ним пропала и королева. Через несколько секунд из театра выбежал Данил.

— Мы не смогли ее защитить, внутри полно людей верховного магистра, Демьян, Боб и наставник Дориан пытаются их задержать, но силы неравные. Большая часть гвардейцев перешла на сторону магистра, — отрапортировал Даня.

— У де Плона есть какой-то источник энергии, он только что прямо на наших глазах телепортировался. Не будь у него дополнительного резерва, он бы не разбрасывался магией на лево и на право, — сказал Кирилл.

— Педро собери наших и надерите зад этим козлам в театре, а мы во дворец, я кажется знаю, откуда у него столько энергии, — злобно сказала Кира.

Мы все на нее уставились, ожидая объяснений, но она только схватила Данила за воротник и потащила в припаркованную рядом машину, мы побежали за ней. Кира еще никогда не водила с такой скоростью, мы буквально летели по направлению к королевскому дворцу.

— Может объяснишь, зачем нам во дворец? — спросил Кирилл.

— Без проблем. Знаешь, из-за чего убили моих родителей? За месяц до своей смерти они заполучили артефакт невероятной силы. Выглядел он заурядно, обычный сапфир в оправе из белого золота, но своему владельцу он давал невероятное количество энергии. Тот кто обладал этим камешком не нуждался в Жиле. По него-то эти твари к ним и приходили. Когда отец отказался отдать камень по хорошему они на его глазах забили до смерти мать, а потом убили и его. Меня, мелкую, прячущуюся под столом девчонку, они даже не заметили. Зато я прекрасно видела как какой-то здоровяк забрал шкатулку с сапфиром. Я узнала его, никогда не забуду это лицо. Это де Плон убил моих родителей.