Страница 4 из 19
И на этом мы разговор закончили, я побежал домой обрадовать Чапуху возвращением и привести себя после поля в божеский вид. После чего сгонять на «копейке» в пивбар Мирного до пяти часов, когда там начинается столпотворение в связи с окончанием рабочего дня местных горняков, и отсутствием в магазинах в достаточном количестве расслабляющих напитков, а иногда и их полной временной аннигиляции.
Теперь о Мирном: – это поселок золотодобытчиков, от нас в пяти километрах, в котором есть все, включая спортивный комплекс, отличную больницу, школу, пивбар и несколько магазинов. Только в последних раньше можно было купить все, а сейчас уже кое-что, ввиду непонятно откуда возникших сложностей в государственной экономике.
Отовариться пивом успел во-время, когда запредельной очереди еще не образовалось. Чапа от моих ног ни на сантиметр, посторонним позволял себя гладить и вообще вел по джельтельменски. Но это здесь и сейчас, пока никто на меня не кричал – такого человека он враз относил к моим обидчикам, и не смотря на размер (малый пудель), отважно кидался на защиту. На что как правило мужики рядом смеялись ,а «обидчик» на всякий случай от меня отодвигался: вдруг хватит по настоящему?
В пять часов Чапа возле калитки встретил своих друзей – Владимира и Пашу, проводил их до крыльца, на котором уже стояли стаканы, банка пива и тарелка с нарезанной соленой рыбкой. Поговорили, выпили за начало работы на новом месте, Паша предложил тост и за удачу, но Владимир фыркнул как на невозможное, и каждый выпил за что хотел. Я –что бы ребята в выходные не ругались и настроение себе в мое отсутствие не портили – я то рядом не буду, дело нашлось в степи, требующее быстрого решения.
Часть вторая
Вообще-то дел нашлось больше, целых два. И если одно во всех отношениях богоугодное, то про второе сказать такое не могу – из-за определенных моментов в плане соблюдения законности. Хотя считал, что эту законность как раз и собираюсь восстановить.
Рано утром привязал к Минску лопату и небольшой ломик, и приказав Чапе следить за домом, покатил в степь, где в сорока километрах от партии существовал небольшой родничек, из которого попить дикой животине в данный момент было невозможно.
А теперь, пока я добираюсь до нужного места, можно немного пофилософствовать. Насчет браконьеров.
Геологи конечно браконьеры, этого не отнимешь. Только интересно найти человека, который в отряде, за сто-двести километров от ближайшего магазина, согласится питаться сухарями, тушенкой и другими консервированными продуктами. Через месяц любого тошнить начнет при их виде! Да что отряд – сейчас и в Мирном (не говоря о партии) мясо купить невозможно, не доходит оно до простых смертных! А вокруг гуляет дикая животина, которую государство отстреливает десятками тысяч, для услады гурманов за рубежом, и ни одного человека в радиусе не меньше полсотни километров. Вот и приходится сами понимаете что делать, только всегда в меру, исключительно для пропитания.
Но не геологи главные уничтожители. Судите сами: в степи вода – на вес золота, а ее стараются от диких животных оградить, ставя на родники чаще всего бетонные кольца, или что еще хуже – делая бетонную заливку в опалубке вокруг воды высотой около метра. И все, сайге, архару, большинству пернаты в радиусе километров двадцать делать нечего – нет воды, нет и жизни.
Ну и кто главный браконьер? Не хочу даже и подсказывать. Но и не мирюсь с таким положением дел, и каждый год трачу несколько дней, специально навещая такие обетоненные родники и если хватает сил, чертовы кольца с воды сдергиваю всеми возможными способами, при этом постоянно возмущаясь и не понимая для чего они ставятся – чабанов-то с отарми возле них никогда не вижу.
Как правило, после моих незаконных действий тут же начинает ходить сайга попить водички – за ней внутрь кольца она никогда не полезет. А я , видя теперь ее следы, всегда удивляюсь, чем же занимается охотинспекция, и почему никогда – подчеркиваю – никогда не замечалась в подобной моей абсолютно необходимой для выживания и размножения животных деятельности .
Родник на месте, кольцо на воде стоит, и вода из под него ручейком не вытекает. Рядом никаких следов, ни диких животных, ни человека. На моей памяти чабаны здесь никогда не останавливались по причине простой: воды из родника не хватит и небольшую отару напоить, мало ее – согласно топографической карты, приток меньше десяти литров в час.
Огляделся, приготовил инструмент, и с большим трудом, загнав конец лома под углубленное в суглинок со щебенкой кольцо, немного его приподнял и сдвинул в сторону. Уфф!! Дальше пошло полегче – на уровне поверхности ломом работать сподручнее,и за несколько приемов кольцо с воды сдвинул полностью. Передохнул, поднес к нему несколько камней разного размера, и поднимая ломом одну сторону кольца, в появившуюся щель между ним и землей ногой затолкал вначале небольшой камень, затем чуть больше, потом уже приличный, наконец еще усилие – и кольцо полетело на бок. Осталось откатить его на десять метров, на большее не хватало сил – во все стороны от родника начинался хоть и пологий, но подъемчик.
Немного поработал лопатой – сгладил спуск к воде, от поверхности с пол метра, поплескал водички на лицо, сполоснул руки. И начал рабочий инструмент привязывать к технике – впереди в почти десяти километрах ждало второе место, требующее еще большего приложения физических сил.
Добираться пришлось по бездорожью, потому что никакого родника там не было, а стало быть никаких к нему следов техники. Но между двумя невысокими буграми, в данном месте с крутыми обрывами, рос шикарный куст камыша, высотой метра три, а диаметром всего два. Откуда то камыш тянул водичку, и учитывая его сочный внешний вид, влаги хватало с лихвой. Вот я и решил попытаться до нее добраться, с помощью лома и лопаты.
Для начала ножом камыш срезал под корень – что бы не мешал махать железякой. И за час выкопал яму до коренных пород глубиной с метр, которая на глазах начала наполняться водой. Попробовал на вкус – солоновата, но для диких животных пойдет.
Перекусил, и до пяти часов яму расширял, делал пологий спуск к воде, выброшенную на поверхность землю и щебенку разравнивал. Водички за это время набралось прилично, попить стаду сайги голов в десять хватит с лихвой. Посмотрел на творение своих рук, похвалил себя, и конечно запланировал через неделю вернуться с ружьем. А буду я браконьером или нет – это уж пусть каждый решает, согласно внутреннему убеждению, и оценки проделанной мною работы.
В партию вернулся как раз к ужину, на который после долгой и тяжелой работы ломом и лопатой очень рассчитывал. А когда, поставив мотоцик в гараж и удивляясь, что Чапа не встречает, подходил к крыльцу, из дома выскочила подруга жены Наташа, с ведром для отходов в руках и в старом халате, много раз виденном на моей супруге. Молодая женщина, поровнявшись со мной, подозрительно хихикнула, отвела в сторону глазки и поскакала дальше к калитке, за которой находилась яма для мусора. Я удивился, увидев Наташу в непривычном для глаза одеянии, и уже заинтригованный, поднялся на крыльцо, открыл дверь коридора, а по совместительству летней кухни – и застыл истуканом, с перекошенной физиономией и открытым ртом: дальний конец кухни-коридора блестел свежей побелкой, а ближний – побелкой тусклой старой, усеянной множеством коричневатых пятен самого разного размера. И возле этого безобразия Света в одеянии маляра счищала пятна тряпкой. Увидев меня, тряпку швырнула на пол, как говорят, «в сердцах», и первый раз в совместной жизни возмутилась моим долгим отсутствием:
«Целый день пропадал где-то! Лодырничал! А я должна кухню ремонтировать! Одна! Слава богу Наташка помогает!»
«Так ты же ничего ремонтировать не собиралась», – тихонечко я прокашлял, удивляясь чем это женушка ухитрилась так красочно заляпать стены.
«Не собиралась», – согласилась Света, – «только меня бог наказал, за то, что тебя всегда отпускаю непонятно куда!»