Страница 80 из 122
Мальчик для пробы улыбнулся. Темные волосы, темная кожа, светлые глаза. Полукровка, подумал я. Но определить родителей не смог.
— Где можно устроиться на ночлег? — спросил я.
Глаза мальчика расширились.
— Где угодно, — ответил он. — Здесь много-много домов. Комнат гораздо больше, чем людей. Устраивайтесь где хотите, — он заметил рукоять моего меча. — Ты танцор? — спросил он.
Я кивнул в подтверждение.
— Тогда ты захочешь танцевать, — мальчик махнул рукой. — В том конце города круги и танцоры.
— И много их там?
— Много, — кивнул он. — Они приезжают каждый день и танцуют. Стараются произвести впечатление на танзиров.
— А где танзиры?
Мальчик улыбнулся.
— В домах, где есть крыши.
Ну конечно. Искандар строили так давно, что деревянные перекладины в домах давно должны были сгнить. Крыши могли остаться только у построек этажа в два. Такие дома танзиры и заняли.
Сила на их стороне.
От мальчишек часто можно узнать то, что не узнаешь от взрослых.
— А сколько их? — спросил я. — Сколько приехало танзиров?
Он пожал плечами.
— Пока немного, но за ними пришли танцоры мечей… и многих танзиры нанимают, — глаза мальчика сверкнули. — Ты легко найдешь работу.
Что-то он недоговаривал.
— А ты не знаешь, зачем им так много танцоров?
Мальчик пожал плечами.
— Защищаться от племен.
В том, что он говорил, был смысл. Племена и танзиры друг друга недолюбливали. Если обещанный мессия собирался помочь племенам — а именно такой вывод можно было сделать из слов Оракула — танзиры не могли спокойно наблюдать за происходящим.
Я выкопал монетку в кошельке и бросил мальчику. Он поймал ее, снова ухмыльнулся и посмотрел на Дел. Бросив несколько слов на языке Пустыни, он повернулся и побежал на площадь.
Тоже ухмыляясь, я сжал коленями бока жеребца и мы поехали прямо через базар к окраине города, туда, где по словам мальчика, были круги.
— Что он сказал? — спросила Дел. — Ты знаешь, о чем я.
Я засмеялся и посмотрел на нее через плечо.
— Он сказал, что у меня хороший вкус, потому что я выбрал отличную баску.
— Но этому мальчику не больше двенадцати!
Я пожал плечами.
— На Юге взрослеют рано.
Нелегко было пробиваться через площадь. Прилавки стояли вплотную, проходы между рядами извивались, заканчивались тупиками или заворачивали назад. Дважды я разворачивал жеребца, пока наконец не нашел дорогу. По узким улочкам снова на плато.
Мы выехали из города, как мне показалось точно напротив того места, где расположились племена. С этой стороны Искандара не было ни хиортов, ни повозок, только лошади, постели и круги.
— Больше похоже на войну, — заметил я, — чем на встречу джихади.
Дел остановила мерина рядом с моим жеребцом и окинула взглядом плато.
— На несколько войн одновременно, — согласилась она. — Разве у вас так много танзиров?
Я медленно покачал головой.
— Я не понимаю, что происходит.
— А в чем дело?
— Танзиры действительно нанимают целую армию… армию танцоров мечей. Обычно каждый танзир действует сам по себе — нанимает людей, чтобы воевать с соседом и уничтожить его — они никогда ничего не делают сообща. Изначальный принцип существования пустынного домейна — каждый сам за себя… И просто очень странно, что так много танзиров собрались вместе и вместе нанимают людей.
Дел пожала плечами.
— Это нам чем-то грозит?
— Может быть, — неохотно сказал я. — Может и грозит.
В кантине Харкихала Аббу сказал, что благодаря джихади танцорам мечей не придется бродить по всему Югу в поисках работы и денег, и то, и другое можно получить в одном месте. Хотя это и не по-Южному, но удобно и конечно многие танцоры поняли свою выгоду и пришли в Искандар.
— Мы могли бы разбогатеть, — задумчиво сказал я. — Если с умом выбрать танзира, можно стать очень богатыми.
— Я пришла не ради богатства. Мне нужно убить человека.
— А ЕСЛИ ты найдешь его, — тихо начал я, — что ты будешь делать? Вызовешь его на танец?
— Он недостоин такой чести.
— А, значит ты просто подойдешь и вырежешь ему кишки?
Выражение лица Дел не изменилось.
— Еще не знаю.
— Тогда может подумаешь?
Дел перевела взгляд на меня.
— Я думала шесть лет. Теперь я буду действовать.
— Но ты не сможешь просто подойти и убить его, — я поерзал в седле и перенес вес на руки, упираясь в переднюю луку седла. — Судя по твоим рассказам, не только у тебя должны быть к нему счеты. Думаю, многие мечтают отправить его в другой мир, а значит вряд ли он ходит без охраны. Если все, что ты говорила правда, вряд ли он даже мочится один.
— Я найду способ, — ровно сообщила Дел.
Я снова опустился в седло.
— А может сначала поедим? Или подумаем, где нам остановиться?
Дел вытянула руку, показывая на плато.
— Остановиться можно там.
— А я вот подумывал, не найти ли нам комнату. Может крыши у нее и не будет, но мы же не танзиры. И дождь вроде бы не собирается.
Дел машинально посмотрела на небо. Над нами поднималась чистая, сияющая голубизна. Нигде не было ни облачка. Но я не забывал, что мы приехали в пограничную страну, в странную страну, где все было неправильно, где перемешивались растения, климат, люди.
— Песчаный Тигр! Тигр! Дел!
Я оглянулся, нахмурился, осмотрел круги, но не увидел ни одного знакомого лица.
— Там, — Дел показала рукой в другом направлении. — Это не… Алрик?
Алрик?
— А-а… точно, он, — Северянин, который помогал нам в Русали, ближайшем к Джуле домейне. Я прищурился.
Алрик шел к нам, приветственно махая рукой. С ним была невысокая полная женщина, в впереди бежали две девочки. На одной руке Алрика сидела третья. По крайней мере мне показалась, что и это девочка — с детьми сразу не разберешься.
Дел соскользнула с седла.
— У Лены еще один ребенок.
Я остался на жеребце.
— И глядя на нее, можно догадаться, что скоро снова будет пополнение.
Малышки кинулись к Дел, она наклонилась, чтобы обнять их. Про себя я удивился, что они ее помнили. Им было года по три и четыре — или четыре и пять, кто знает этих детей? — а мы с Дел прожили с ними недолго. Алрик пригласил нас в свой дом когда меня по глупости ранили. Но Дел прекрасно ладит с детьми и даже за такое короткое время девочки успели влюбиться в нее.