Страница 36 из 122
Аиды, как же больно.
Я прислонился к стене, вытер пот со лба, откинул с глаз влажные волосы. Давно не стриженная борода цеплялась за шерстяную ткань. На мне была шерстяная туника — рабам не дают одежду.
Скалы вокруг меня ждали с безмерным благодушием. Слабый красный свет обмывал стены сиянием и поливал клинок кровью.
Я пошевелился, задержал дыхание и очень осторожно уселся поудобнее. Болели даже уши, наполненные сварливым звоном. Я вдыхал резкий, тошнотворный запах и чувствовал, что от меня пахнет не лучше — страхом и напряжением. Не мешало бы мне помыться. И хорошо бы выбраться отсюда.
Из глубин тоннеля донесся вой.
Я не в шахте Аладара.
Тогда где я… аиды.
Теперь я знаю.
Когти скрежетали по камням. Тяжелое дыхание разносилось по всему тоннелю.
Что-то мне здесь совсем не нравилось.
Завывания неслись в пустоте.
Аиды… где Дел?
Конечно у Аладара… нет, нет, ты не в шахте Аладара, ты даже не на Юге. Ты в драконе, и гончие могут появиться в любую минуту.
Звуки приближались. Я слышал клацанье зубов и рычание.
Определи, с какой стороны они идут, и беги от них.
Я не мог выпрямиться во весь рост, тоннель был низкий. Я бежал согнувшись, сжимая Северный меч и стараясь не споткнуться о сталь. Меч был слишком длинным, чтобы отбиваться им в узком тоннеле. Острие скрежетало о камни. Если я пытался приподнять его, дело кончалось тем, что я ударялся локтем. Приходилось двигаться очень осторожно.
Трудно быть осторожным когда бежишь, спасая свою жизнь. Осторожность может тебя погубить.
Делила, где же ты?
Ты же не позволишь ей снова умереть.
Вой прорезал полумрак. Я не смог разобраться, откуда он шел.
Я ударился головой, прикусил губу, сплюнул кровь и выругался. Почувствовал покалывание в шее, удар страха в живот и врезался в тупик, добравшись до конца тоннеля.
Аиды, как же мне выбраться отсюда? Здесь совсем как в шахте Аладара…
Но о шахте я забыл быстро. Я почувствовал запах гончих.
Конец тоннеля.
Но не конец мира. Тоннель кончался пещерой как раз достаточно большой, чтобы стоять выпрямившись, достаточно широкой для меча. Я встал в стойку, проклиная занывшую рану.
Я не входил в круг после танца с Дел. После того проклятого боя я даже ни разу всерьез не тренировался. Выражение «быть в форме» давно уже ко мне не относилось.
Но раньше бывало и хуже.
Конечно тогда я был моложе…
Гончая ворвалась в пещеру через узкий проход.
Вернее попыталась прорваться. Я отсек ей голову одним ударом.
Схватка с кровожадными хищниками в небольшой пещере имеет свои плюсы. Случись это на открытом солнечном пространстве, я бы потерял все преимущества, потому что каждый раз, когда я убивал гончую, тело падало на пол, передо мной образовывалась куча, закрывавшая вход, и у меня появлялось время, чтобы перевести дыхание, чтобы сэкономить мои убывающие силы.
Изнемогающая от жажды яватма хотела крови.
В конце концов атака прекратилась. Не дождавшись очередного хищника, я опустил меч и понял, что гончих больше нет. По крайней мере в тоннеле. Остальные были где-то в другом месте.
Чуть выровняв дыхание, я глубоко вздохнул, надеясь разогнать туман в голове. Перед глазами плясали искры. Я наклонился, упираясь ладонями в согнутые колени, и начал старательно выравнивать дыхание. Кровь гончих стекала с моих ботинок.
Когда я смог, я выпрямился, осторожно прогнул поясницу, стараясь расслабить мышцы, пытаясь растянуть выпуклый шрам, который грозил снова разойтись от напряжения.
Странное эхо звучало в тоннеле.
Я снова встал в стойку, поморщившись от боли, с яватмой наготове. Передо мной возвышалось заграждение из окровавленных тел. Через проломы и трещины в стенах изгибающихся каменных тоннелей я услышал далекие голоса.
— …сколько я ждал?
Ответил мягкий голос Дел:
— Шестьсот сорок два года.
Молчание, а потом с удивлением:
— Откуда ты знаешь?
— О тебе ходит много историй, Чоса.
Чоса? Чоса Деи? Но он только легенда. Создание из сказок.
— Что еще говорят обо мне?
— Что ты честолюбивый и мстительный.
Ну баска, нашла что сказать.
— А что говорят о тебе?
— Что я похожа на тебя.
Я услышал смешок.
— Но я не женщина, а ты не мужчина, так?
— Я танцор меча, — спокойно ответила она, — и певец меча. Я училась в Стаал-Уста, Чоса… Ты конечно знаешь Стаал-Уста?
— О да, знаю. Конечно знаю. Я многое знаю, так? Я знаю Стаал-Уста, я знаю яватмы, я знаю много чего, так? Я хорошо знаю кто ты. Именно тебя я ждал. Ты мне просто необходима, ты и твоя яватма. Я ждал вас столько лет…
Мой выход, подумал я. Но дорогу закрывали тела гончих.
Я торопливо обтер клинок о мою грязную тунику и положил меч у входа. Не обращая внимания на слизь и вонючую кровь, я хватал и оттаскивал тела, сваливая их одно на другое. Не все они были целыми, куски я отбрасывал в сторону. Я разгреб завал, схватил меч и побежал.
Вот только мне не повезло. В тот момент, когда я перебрался через гончих, голоса растворились в тоннелях и пещерах. Я застыл, чуть согнувшись, чтобы не удариться головой, и прислушался. Тишина. Слышно только мое хриплое дыхание. Ни голоса Дел, ни Чоса Деи.
Но Дел НЕ МОГЛА разговаривать с Чоса Деи.
Я выругался и пошел вперед, проклиная узкий тоннель. Проклиная себя за свой рост. Мечтая обладать силой, способной разнести эту гору на куски и Чоса вместе с ней. Чоса и его гончих.
— …и мне пришлось добыть свисток, так? Мне необходима была его охрана. Мне нужна ВСЯ магия. Этим я и занимаюсь: собираю ее. Магии должно быть много, конечно много, так? А иначе в ней нет смысла. Иначе цели не добиться, так? Магия ничего не стоит, если ее мало.
Я застыл, тяжело дыша, но Дел ничего не ответила, или ее ответ затерялся в лабиринте драконьих внутренностей. Я втянул побольше воздуха и снова побежал. Ботинки со стуком опускались на каменный пол.
— …были средством, не более. Я никогда не пылал страстью к животным, я не сторонник домашних любимцев, но мне нужно было с чего-то начать, так что я придал вид… гончей, ты кажется сказала? Ну значит гончей. Сильной и преданной собаки, готовой умереть по моему приказу. Конечно это было только началом, собирать яватмы тяжело и мне пришлось достать другого человека, а тот, в свою очередь, принес мне еще одного, тоже жителя деревеньки недалеко отсюда, так? А когда я набрал их достаточно, я послал их за яватмами.