Страница 14 из 23
ПОЙМИТЕ юного школяра из испанского монастыря и оцените его смятение правильно.
Во-первых, получается, что император всей римской империи вполне официальным путём назначил короля варваров императором её Западной части. Причём случилось это в 493 году, когда все возможные сроки, отведённые в нашем сегодняшнем представлении на падение Римской империи, уже давно истекли.
Во-вторых, надо ведь представлять себе, что в Испании по сей день (в нашем XXI веке) историки пишут, например в рассказе о своих христианских древностях, следующим образом:
Из-за преследований… христиане из северной Африки мигрировали в королевство визиготов, которые, хотя и были ариане, существование христианских общин у себя разрешали… cabeceras (самые древние базилики — А.Б.)… (это группа, к которой относятся) Cabeza de Griego и Recopolis, церкви, построенные в 6-м веке, то есть по правилам арианского ритуала, а также церкви 7-го века, уже очевидно христианской принадлежности.
Не удивительно, что в представлении испанского юноши ариане (и уж тем более варвары) никогда христианами не были. То, что у них могли быть какие-то святилища («церкви») и свои священнослужители (друид ведь тоже — священнослужитель), юноша вполне допускал и ничего удивительного в этом не видел. Язычники они и есть варвары. Но Священное Писание! Библия! — они-то откуда? Ведь Библия может быть священной книгой только у православных христиан?
Ум юноши ещё ищет спасительных подсказок. Разве могли эти варвары быть христианами, коли они предали мечу и огню христианский мир? Но тут же он сам себе возражает: да нет, вот же Шарль де Монталамбер сказал в своём знаменитом письме Виктору Гюго «Вандализм во Франции», клеймя в нём тогдашние французские власти за уничтожение и поругание памятников Средневековья:
Такого ведь даже готы — остроготы — не вытворяли. История сохранила нам памятный рескрипт их короля Теодориха, который своим победоносным подданным предписал строжайше блюсти все гражданские и религиозные памятники завоёванной Италии.
Но хоть христиан-то варвары в «Риме» избивали, насиловали, грабили? Тоже нет:
Одоакр (в 476 г.) подарил Италии тринадцать лет внутреннего и внешнего мира. Он осуществил реформы, благодаря которым солдаты-варвары получили землю в Италии в качестве обычных федератов …мы не знаем ни об одном случае недовольства или сопротивления римлян его действиям в этом направлении.
…Одоакр оказался бо́льшим защитником свобод римского сената, нежели любой другой римский император… Можно было бы ожидать, что положение католической церкви осложнится с приходом монарха-еретика, ведь Одоакр был христианином арианского исповедания. На самом деле жизнь церкви никогда еще не была так легка, по крайней мере во всем, что зависело от Одоакра. Можно сказать, что жизнь в Италии шла своим обычным чередом… Общий упадок городов, вероятно, не ускорился заметным образом в годы правления Одоакра.
СОЗНАВАТЬ тотальную озлобленную предвзятость, привитую Церковью в мировоззрение православных по отношению к христианам же, но просто иного толка, тем более обидно на фоне мировоззренческой щедрости этих якобы варваров.
Вот в Вестготском королевстве на рубеже V–VI веков король Аларих II провозгласил Римский закон вестготов (т. н. «Бревиарий Алариха», Lex Romana Visigothorum), закрепивший, наравне с правами собственной арианской Церкви, права Церкви ортодоксальной (православной, как тогда именовалась официальная государственная Церковь Константинополя и всей Римской империи, включая Папский Престол). Сразу следом в Агде собрались на местный собор организовывать свои дела по новым законам 24 православных епископа Королевства, и затем, до 546 г., в готском королевстве православные иерархи провели такие соборы ещё пять раз. По признанию историков вся цепь 22-летнего правления Алариха II была — управлять и римлянами-православными, и вестготами-арианами, как двумя полностью равноправными христианскими народами.
А историческая судьба этого очень современного ввиду его веротерпимости «Бревиария Алариха» и вовсе уникальна. Римский закон вестготов, составленный на латинском языке, был принят и введён в действие в вестготском королевстве предположительно в 506 г., параллельно с уже действовавшим готским сводом законов (Кодекс Евриха — Codex Euricianus; принят в 475 г.). Таким образом на территории королевства начали сосуществовать законы для готов-ариан и новый Римский закон для православных римлян, который включил в себя большую часть сборников законов нескольких недавних императоров что Западной части римской империи, что византийских, а также институции Гая Папиниана, «Сентенции» Юлия Павла (сборник императорских декретов; III век) и Кодексы Грегория и Гермогениана, «долгое время бывшие частными, неофициальными собраниями императорских конституций». Но самое главное — в него вошёл в несколько усечённом виде Кодекс Феодосия, который на тот момент и был в «Риме» действующим законодательством (вступил в силу на территории обеих частей империи в 438–139 гг).
А дальше случилось вот что:
…(от Кодекса Феодосия и Кодекса Грегориана) сохранились лишь небольшие фрагменты. Однако Кодекс Грегориана частично восстановлен на основе эпитом (5-ти первых книг Кодекса Феодосия — Л.Б.), содержащихся в Бревиариях отсготского и бургундского королей конца V — начала VI вв….
Говоря простым языком, перечисленные римские законы известны нам сегодня только благодаря тому, что когда-то варвары включили их в свои юридические бревиарии и тем самым сохранили их для потомков — для нас. И ещё благодаря законотворчеству вестготов до нас дошли пять книг из «Сентенций» Юлия Павла и основная часть институций Гая Папиниана — наш главный источник римского частного права.
Часть римского правового наследия не погибла только потому, что варвары — христиане арианского толка — включили его в свои законы, приглашая тем самым римлян — христиан православного толка — жить в мире и на равных.
И КАК православные христиане откликнулись?
О простолюдинах и об их реакции аскетичный римский кафолик из знатной семьи, (живший как раз в середине 400-х гг. и как раз в тех краях), написал, обращаясь к правителям «Рима» от имени римской бедноты, вот что (курсив мой):
Но вот обстоятельство ещё более вопиющее… Над нами тяготеют подати, определённые вашими декретами. Мы желаем не больше как того, чтобы подати были общи и для нас, и для вас. Что может быть несправедливее и недостойнее, как то, что вы освобождаете себя от податей, вы, которые других осуждаете на плату… Где и у кого, как не у римлян, можно найти такое зло?.. Ничего подобного у вандалов, ничего подобного у готов. Это зло чуждо готам до того, что даже римляне, живущие среди них, не испытывают его на себе. Единственное желание всех римлян состоит в том, чтобы не пришлось опять когда-нибудь подпасть под римские законы. Единственная и всеобщая мечта римского простолюдина относится к тому, чтобы жить с варварами. И мы ещё удивляемся, что не можем победить готов, когда сами римляне предпочитают быть с ними, нежели с нами …наши братья не только не желают перейти от готов к нам, но ещё к ним бегут и нас покидают.
Римляне бегут к варварам — ради жизни по справедливости. По-христиански… Чем на это и на веротерпимость, как государственную политику го́тов, ответили православные христианские элиты (курсив мой)?
В заключение скажем несколько слов о церковной политике Юстиниана (правил с 527 по 565 г. —А.Б.). Стоя на страже церковного единства, он должен был вести борьбу с двумя главными еретическими течениями своего времени: монофизитством и арианством. Арианство было представлено двумя нациями германского корня, и оба народа были стерты, сметены с лица земли: в Африке и на некоторое время в Италии Церковь вернула себе прежнее единство …все дела о религии и о всем с нею связанном подлежали церковному суду… Особенно монашество заняло в V и VI столетиях руководящее положение в области церковной политики, и его влияние было направлено в сторону крайних мер против еретиков.