Страница 71 из 87
Икен обучался в Керомате, пока его не выкупили родители Гелаты для охраны одного из своих служащих, занимавшего высокий пост. Правда этот выбор был обусловлен бесконечными просьбами Гелы и Оры. Больше – Оры.
– Наши родители в ярости, – сообщил Марк. – Особенно усердствует бабушка.
Я ужаснулся: старшая леди Карцера была очень сильным и неприлично хорошо обученным Магом. Там, где Гела могла вымести пространство под чистый лист силой – леди Адель за тот же промежуток времени уничтожала необходимое хитростью.
Леди Адель за время своего главенствования в семье «натворила» немало дел: заключила договор с Ведьмами Шессола; заручилась поддержкой нескольких кланов наследственных вампиров (то есть разумных существ, которые никак не перекликаются со сказками, которыми пугают детей); получила безоговорочную защиту всех фей, окружающих поместье, и соответствующей нечисти; создала огромную торгово-политическую сеть на континенте, вынудив большинство Великих Родов (не в стране, а на континенте), либо сотрудничать с Карцера, либо подчиняться; практически лично предотвратила дворцовый переворот после смерти предыдущего короля и посадила на трон его сына.
Она – одна из самых влиятельных людей королевства и одна из самых сильных Магичек (чтобы пересчитать Магов сильнее – хватит пальцев одной руки).
В общем, если леди Адель Карцера «особенно усердствует» в своей ярости – у тех темных, что засели в Эмиральс – огромные проблемы.
– Что будем делать? – дрожащим голосом спросила Ора.
– Я изучил отчеты. Вы, девушки, будете делать не там, а здесь. Вам предстоит лечить людей и животных, которые пострадают там.
– И Ведьм, – подсказал Марк. – Я уже вызвал Шессола, – пояснил он в ответ на недоуменные взгляды присутствующих.
– Мы, спасибо, сами, – раздался голос с потолка. – Дайте войти, пока мы не пошли сразу к месту действия.
Ора махнула рукой.
Ведьма материализовалась прямо на кухне. Вообще, красиво: легкий доспех слегка искрится от Магии, очень длинные медные волосы самопроизвольно изгибаются (очевидно, тоже напитанные Магией), в руках копье, в глазах огонь…
В общем, любой мужик, увидев, влюбится бесповоротно, один раз и до самой Грани.
– Наши отряды ждут команды. Для начала мы выдвинули боевые семерки и дюжины, а так же – лекарские тройки. Две таких тройки и одну дюжину мы бы разместили здесь у вас.
– Отлично, – Марк ненадолго задумался. – Под лечебницу используем соответствующую башню Университета.
– Эм… – подал голос Ройс. – Я в кармане нашел пробирку, – он потряс записывающую жидкость в ней.
Ора поставила на середину стола миску, и Ройс вылил жидкость туда. Над миской тут же появилось мутное изображение...
...Мы с Гелой сидим в кресле в тот вечер, когда она изучала боевые приемы некромантов и ведем диалог: «Не могу находиться рядом с некромантом такой силы, если мне нечего ему противопоставить. – Когда тебе нечего кому-то противопоставить, ты замораживаешь ему сердце. Что в этот раз не так? – Я не хочу его убивать!»...
Картинка была... Будто подсмотренная снизу. И она продолжалась:
– Они предназначены друг другу. И их встреча – тоже предрешена, – лепетал маленький человечек, стоявший к нам лицом над растворяющейся лужицей записывающей жидкости. – Как же вы не понимаете! Она жизнь – он посмертие! Как бы она не ненавидела его сейчас, но лишь вопрос времени, когда все переменится. Вы недооцениваете силу родственной души! – под конец лепет перерос в визг.
–Знаешь, почему ты до сих пор жив, ничтожество? – вопросил знакомый голос, но человечек молчал. – Потому что не закончил разработку. У тебя неделя. Потом я найду другого...
Картинка пропала, жидкость начала испаряться.
Все молчали. Я думал. Марк бесился.
Речь, несомненно, о Гелате и Ценоте. И, судя по тому, что происходит, маленький человечек был прав. Первые полгода нашего с Гелой общения она так поносила Ценоту, что икалось ему, наверное, круглосуточно. Потом обида истерлась, и после новой встречи Гелата старательно не давала старым чувствам вспыхнуть. Она расценивала Ценоту, как новое знакомство, а мы с Терой следовали ее примеру. Остальные такого отношения не разделяли, но с Гелой не спорили.
Родственные души, значит? Интересно, Ценоту тоже отметил кто-то из Богов?
– Кто подкидывает пробирки? – наконец спросил Мит.
– Какая разница? Мы знаем, что тому, кто засел в Эмиральс, нужен не просто Ценота, а Ценота вместе с Гелой, – резко ответил я.
– С чего ты взял, что речь именно о них? – тихо спросил Икен.
Меня всегда немного пугал его голос: тихий и вкрадчивый. Как у дознавателя.
Но я ответил:
– Ты знаешь много Магов близких к Геле по силе? – Икен мотнул головой. – И я не знаю. А еще я не знаю никого, кто настолько фанатично относится к выбранной профессии, как относится Ценота. Все в Университете прочат ему великое будущее.
– Господин Райхотт действительно проявляет редкие способности к некромантии, – добавил Ректор. – Я даже задумывался о том, чтобы поставить ему в пару Гелату для курсовой в этом году. Получилось бы что-то очень необычное, – Ректор мечтательно прищурился.
Мы еще немного помолчали.
Пока молчали, к Ректору прилетел вестник. Он аккуратно его принял и возвестил:
– Королевская гвардия готова. Башню лекарей тоже подготовили. Остался последний вопрос: как мы собираемся действовать.
Голос подала Ведьма: