Страница 61 из 87
– И где они сейчас?
– Разбрелись по лесу. Не знаю, кто где. Но вы, вроде встречали Миха? Он приносил всякие зверье лечиться, а сам всегда отказывался горло лечить. Даже посмотреть не давал.
– Вот как… И куда утащили?
– Не знаю.
– А еще через три месяца пропала твоя кладка?
– Через два с половиной. Потом я встретила вас.
– Светает. Побежали? – предложил Арен.
– Ты не спал, Арен.
– Справлюсь. До того, как вы нас нашли, мы не спали по несколько дней – ждали, пока нас добьют.
Я колебался, но дети уже развернулись в нужную сторону. Ладно, главное присматривать за ним.
– Можно с вами? Я не знаю, чем заняться. К детям лететь не хочу – они уже взрослые, – запричитала Ринна.
– Кстати, а что ты имела в виду, когда говорила, что твои последние птенцы выбрали Мастеров? – заинтересовался Стип.
– Мастер Локер организовал сеть в нашем регионе для других Мастеров Зелий с одобрения местного правления Гильдии. Я выступала на том собрании. Все Мастера часто охотятся в лесу за нужными ингредиентами, типа перьев кукушки или затылочной иглы ежа. В последние полгода животные стали все чаще страдать и обращаться за помощью. Многих приглашали оставаться: ты мне ингредиенты, а я тебе сытую жизнь и безопасность. После твоей естественной смерти я забираю внутренние органы на зелья, останки хороню. Большинство соглашалось: в лесу опасно, и это не то, к чему мы привыкли.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Арен.
– Ловушки, самозаряжающиеся заклятья, телепорты... Охотники, которые не съесть нас хотят – именно разумных выслеживают. В общем, многие переезжают к Мастерам. Договор, который мы заключили с Гильдией, предполагает, что наше потомство, родившееся в городе, может выбрать себе любого мастера в регионе, как только достигает возраста осознания.
– То есть отправляются к другому мастеру помогать на таких же условиях?
– Да. Местный Старейшина хотел вынести это предложение на собрании в следующем месяце, но начались исчезновения в регионе и он, скорее всего, останется здесь. Так мы идем?
– Мы бежим. А ты летишь вперед. Предупредишь нас, когда до башни останется меньше десяти минут нашего хода, – распорядился я.
Мы двинулись вперед, постепенно набирая скорость. Уже через пару часов лес начал редеть, а Ринна стала спускаться и предупреждать о людях.
Еще через два часа мы обогнули последнюю деревню и остановились на привал. В этот раз мы сразу нашли воду – спокойная полноводная река. Там же мы выловили себе рыбы, которую я снова поджарил. Ринна выловила себе пару жирных кузнечиков. Хруст, с которым она их поедала пугал меня.
Когда мы наелись и напились, а братья даже залезли в воду, чтобы освежиться, начало вечереть. Но до башни оставалось всего ничего, и мы решили поторопиться.
Через пару часов показалась башня. А к ней, как и говорила Чура, привалился дом. В окнах темно, дым из трубы не курится. Сад зарос до невозможности – ни одна знахарка так свои травы не запустит.
– Дети, обследуйте сад. Ринна, оставайся на границе леса – предупреди, если кто придет. Я – в дом.
Все молча разошлись делать, что велено.
Я подошел к дому – пахло ужасно еще на подходе.
Толкнул дверь – меня обдало душной вонью. В доме явно давно никого не было. Из горницы я прошел на кухню.
Там на столе лежала женщина лет сорока с развороченным брюхом. Кишки, сильно погрызенные мышами, свисали на пол.
Я постарался себя перебороть и запрыгнул на скамью. Осмотр внутренностей показал, что вынули из нее почти все – только кишки и оставили.
Вокруг было темно и пахло затхлостью. Если Чура была здесь последний раз где-то семь месяцев назад, а смерть не была естественной – установить время почти невозможно.
Я вышел во двор.
– Зарья мертва. Никак не меньше двух недель. Скорее, дольше намного.
– Судя по саду – около трех месяцев. Она растения Магией накачивала. Без подпитки природа быстро взяла свое, – Арен появился из-за дома.
Стип обследовал самое подножье башни.
– От нее мы явно ничего не узнаем, – я кивнул на дом. – Предложения?
– Да пойти посмотреть, кто там стонет в верхних комнатах башни, – Стип все-таки к нам подошел.
– В смысле, стонет?
– В прямом – стонет. Там кто-то есть, и этот кто-то, возможно, умирает.
– Ладно, идем.
Мы стали подниматься по полуразрушенным ступенькам наверх. Это заняло неожиданно много времени, но где-то в середине пути и я услышал стоны. Когда мы, наконец, поднялись наверх, источник шума был найден сразу же: в углу небольшой комнаты, заваленная тряпьем, лежала девушка.
Я начал лепить вестника – девушке была нужна помощь.
Ребята, не спрашивая, двинулись к ней. Осторожно понюхали и стали зубами растаскивать тряпки.
Когда дело было закончено, нашим глазам предстала очень высокая девушка с ярко-рыжими волосами. Она лежала, сжавшись в тугой комок. Глаза были плотно закрыты, ее лихорадило. Видимых ран я не нашел, но это мало что значило.
На окно села Ринна.
– Это был ваш вестник? Ох, ты ж, тухлое яйцо! Что с ней?
Она определенно должна была родиться сойкой.
– Вестник наш. Что с ней еще не знаем – сами только нашли, – ответил за всех Стип.
– Надо найти воду и отнести ее туда. Ринна, поищешь? – птичка кивнула и улетела. – Ищите носилки или что-то похожее.
Мы разбрелись по комнатам.
Я отправился осматривать нижние этажи.