Страница 6 из 87
Гела продолжала петь. На исходе был третий час, она охрипла и устала.
Я сбегал за одеялом в караулку. Потом – еще за одним. Потом кто-то из студентов, проникшись, отдал ей теплый плащ, спешно накинутый сверху на пижаму.
Потом я подумал и попросил одну из кухарок, у которой недавно просил инструмент, сообразить хоть какой еды, но мяса. Желательно горячего, с кровью и ключевой воды. Не прямо сейчас – у Гелы еще три листа – но минут через тридцать можно подавать.
И вдруг до меня дошло: на нее смотрит весь Университет. Кто-то вылез во двор, те, кто туда не поместился – свешивались из окон, галерей и даже крыш. Интересно, как играющий всеми красками чертеж, смотрелся сверху? Так или иначе, но примерно к половине пятого утра девушка все же закончила петь, а башня полностью восстановилась. Причем, теперь она выглядела намного лучше остального старого замка – была, как только отстроенная. С нуля.
Гела тяжело дышала.
К нам подбежал поваренок с подносом. Принес он огромный кусок зажаренного мяса, щедро сдобренный соусом, отварной картошки, каких-то свежих овощей, а еще – с десяток горяченных пышек. За ним прибежал еще один и поставил два кувшина: с водой и с молоком.
Воду Гела, недолго думая, вылила на себя и выдохнула: «Ледяная!». Выпила полкувшина молока, остальное поставила поближе ко мне. Найденным на подносе ножом отрезала мне треть мяса (получился кусок толщиной в полтора пальца и шириной в ладонь – представьте размер оставшегося куска!) и беззастенчиво вгрызлась в мясо, наплевав на предложенные благородной леди столовые приборы.
Тишина стояла мертвая, слышно было только, как Гела чавкает.
Башня светлела в предрассветных сумерках. Люди смотрели на нее и молчали. Ректор тоже смотрел. И не дышал. Он пока не понял, что произошло.
Гела доела через десять минут, сытой она не выглядела, но и есть никого не станет. Вытерлась найденной тут же салфеткой, встала и развернулась к Ректору.
Ректор подошел к ней на негнущихся ногах и протянул руку. Пощупал волосы.
– Можете и башню пощупать – все настоящее, – хихикнула Гела.
Звуки голоса, видимо, вернули Ректора к действительности. Он прочистил горло и посмотрел на девушку.
– В мой кабинет. Немедленно.
Гела повиновалась. Вслед за нами стали расползаться и люди.
На входе в кабинет меня попытались не пустить, на что Гела сказала, что партнер должен знать все. Я проникся к Гелате искренним уважением и, гордо задрав хвост, вошел следом за ней. Об этикете я тогда и не подозревал, потому нахально занял второе кресло перед столом Ректора (хотя тот еще и Гелу сесть не пригласил).
Ректор посмотрел на меня, на Гелу и махнул рукой: садитесь, мол.
– Объяснитесь? – ледяной взгляд, меня проняло, а Геле – хоть бы что.
– Ваше задание для поступления в Университет по восстановлению башни успешно выполнено. Башня в точности как новая.
– Это я понял. Что это был за ритуал?
– Эльфийский ритуал. Они склонны давать зданиям, тем более замкам, собственную душу. В этом замке она тоже есть, он ведь построен эльфами одиннадцать веков назад во время царствования эльфийской династии.
– Да, так и есть.
– Так вот, если правильно подобрать к душке ключик, замок сам все сделает. А в нашем случае, тело было покалечено – разрушена башня. В общем, путем привлечения стихий и целой прорвы Магии из меня, я сумела выполнить задание.
– То есть Вы, мисс Карцера, провели ритуал Герке? Одна? – Ректор смотрел скорее с уважением и непониманием, нежели – с удивлением.
– Именно, – девушка явно очень собой гордилась.
– Одна? – еще раз уточнил Ректор.
– Ромуль был на подхвате.
– Вот как…
Сейчас мы уже знаем, что родители Гелы подсуетились, и её приняли бы в любом случае. Просто Ректор не ожидал, что та справится в последний день. Ритуал сложный и опасный для жизни и здоровья Магов. Даже сами эльфы выполняют его командой не менее чем из восьми сильных и сработанных особей. И то всегда стараются избежать его до последнего. А тут…
– Вы, разумеется, приняты. Но сможете ли Вы завтра начать занятия? – Ректор смотрел с сомнением.
– Я приложу все усилия, – лучисто улыбнулась уже студентка.
Мы отправились домой, где Гела отправилась напрямую к Лэм. Попытки разбудить ее ничего не давали, пока Гела не сказала: «Лэм, я только что провела ритуал Герке, и если ты не дашь мне что-нибудь поесть – к утру вынесешь мое холодное тело из комнаты».
Лэм подскочила на кровати как ужаленная, обругала сперва Гелу – за самонадеянность, потом меня – куда смотрел (а я откуда знал?), потом себя – за нерасторопность, потом весь мир – за несправедливость. Все это говорилось попутно с метаниями: из комнаты – в запасник, прилегающий к спальне, оттуда – к Гелате, и так по кругу. Я сидел в оцепенении, изображая мебель и не мешая.
Через сорок минут Гела улыбалась и просила еды, а Лэм ругалась. Еще через час мы втроем спустились на кухню кусочничать, а застали там Ору и завтрак.
– Сегодня важный день. Так что – жевать и собираться. Гела, ты тоже с нами? Я же говорила, тебя возьмут.
Ора трещала, мы трое сосредоточенно жевали. Занятия для первокурсников начинались в девять тридцать, время еще было в некотором количестве.
Скоро мы вышли из дома. Уж не знаю, чего увязался…
В Университете первокурсников распределяли по специальностям и отправляли на первые вводные лекции. Я заметил и некоторое количество животных в этом потоке.
Такие же как я?
Оказалось, это я такой же как они. Партнер у Мага – это разумное животное, помощник и советчик, а где-то и оплот знаний. И учат их так же усердно, как и самих Магов.