Страница 2 из 6
- И ты, стало быть, с ними заодно. Ну, знаешь...
- Да нет же, - перебил его Кейси. - Смотри, кого принесло...
Мерфи поднял голову - и тут же стих.
Вошедший уже занял место за стойкой и теперь, насупившись, заказывал выпить. Он был высокий, худощавый, с длинным лицом. Едва кивнув сидящим ближе к нему, он тут же отгородился от них газетой. Это был Хемпенстолл непосредственный начальник Мерфи. В "Пулбег" он заглядывал крайне редко. Если он и пил, то исключительно в медицинских целях. Чихнул поутру и испугался - как бы не заболеть. А может, почувствовал колики в желудке. Или потекло из носа. Он никогда не умел веселиться, а после трагической смерти жены и вовсе впал в мрачность. Единственной отдушиной для него было изучение уставов, всевозможных уставов, и он рьяно стремился их соблюдать. Тут он был настоящий педант. Говорил он мало и только о делах.
- Думаешь, он слышал? - понизив голос, спросил Мерфи.
- Если и не слышал, ты в этом не виноват, - недовольно ответил Кейси.
Кейси тоже непосредственно подчинялся Хемпенстоллу. Журналист поспешно наклонился к ним:
- Кто это?
- Мой начальник, - прошипел Мерфи сквозь зубы.
- Парик, - добавил один из актеров.
- Что вы сказали?
- Никто не должен знать его настоящего имени, - объяснил актер. Поэтому мы зовем его "Парик".
- Ага! - воскликнул журналист - мол, все понятно.
Это было уже слишком. Мерфи пытался говорить тихо, но волнение не давало умерить голос:
- Слушайте! Хватит, черт возьми! Когда я говорю, что это мой начальник, значит, это мой начальник. Я не собираюсь сидеть здесь и...
Хемпенстолл чуть опустил газету.
- Да не ори ты! - взмолился Кейси. - Он прямо на нас смотрит.
Журналист, делавший свои выводы, спросил:
- Как вы считаете, будет неудобно, если я обращусь непосредственно к ... э-э ... Парику?
Мерфи даже переменился в лице, и это было самым красноречивым ответом. Журналист тут же добавил:
- Извините, мистер О'Меркыо. Я все понимаю. Глупость сморозил.
Он совсем понизил голос и попросил, чтобы его хотя бы, как он выразился, навели. Фотография подразделения, занимающегося военной подготовкой, - и его задача будет выполнена. Фото подадут так, что оно пойдет только на пользу этой смелой и сильной организации.
- По-моему, можно ему сказать, - заметил один из актеров.
- Душой он с нами. Я читал его статьи. Но журналист решил внести уточнение. Возможно, свою роль сыграли четыре порции подогретого виски.
- Сказать, что душой я с вами, - это не совсем верно, - возразил он. Мое правило - первым делом понять друг друга. Потом дать оценку. Изложить суть. И чтобы все было объективно. Такой подход я и мои коллеги с гордостью называем британской беспристрастностью.
- Британская беспристрастность, - одобрительно повторил актер с видом человека, великодушно воздающего должное противнику.
Его товарищ в порыве чувств произнес:
- Позвольте пожать вашу руку.
Журналист удивленно посмотрел на протянутую руку, потом с неподдельным волнением схватил ее.
- Ну, теперь скажите ему, - обратился к Мерфи первый актер.
Мерфи тревожили две вещи. Во-первых, присутствие Хемпенстолла, который вполне мог их слышать. Во-вторых - журналист и актеры. Ос никак не мог выбрать, кого бы порешил в первую очередь представься такая возможность. Пожалуй, журналиста. Взгляд Мерфи скользнув по окнам слева от него бесчисленные хлопья снега налипали на них и тут же таяли. Снег натолкнул его на мысль о мести. Милях в семнадцати от города находится горная долина заброшенная деревушка, там только и есть что две улицы, речка с хорошей рыбалкой да бар. Летом они с Кейси иногда наведывались туда на автобусе немного подышать воздухом и как следует выпить. А зимой это и вовсе богом забытое место, часто снежные заносы вообще отрезают его от мира.
- Только тихо, - прошептал Мерфи. Все наклонились к нему. - В семнадцати милях к югу есть долина Сливефада, - продолжал он. - Езжайте туда завтра и зайдите в бар Джона-Джо Флинна.
- Как туда попасть? - спросил журналист.
- Любая прокатная фирма вам поможет. Просто скажете им, что вам надо в Сливефаду.
- А как мне обратиться к Флинну? Один из актеров подхватил игру:
- Когда войдете, скажете "Dia Dhuit'.
- Все ясно - пароль.
На такую удачу актер даже не рассчитывал.
- Точно. Если Флинн отвечает: "Dia's Muire Dhuit", - все в порядке.
- Можно сказать, что меня прислал мистер Меркью?
- Нет. Если он спросит, от кого вы, скажете - от Маски.
- От Маски.
- Вот и все, что требуется.
Некоторое время они обучали журналиста, как правильно здороваются по-ирландски - то, что он принял за пароль, - потом написали на бумажке транскрипцию обычного ответа, чтобы он смог его узнать. Тем временем Хемпенстолл вышел. Оказалось, что и журналисту пора прощаться. Ему долго жали руку. Когда массивная фигура журналиста скрылась за дверью, Кейси почувствовал - необходима эмоциональная разрядка.
- Ну, братцы, скажу я вам... - начал он. Но продолжить фразу не сумел не нашел слов. Он взглянул на остальных, и те принялись смеяться - актеры до упаду, а Мерфи довольно сдержанно. Он боялся последствий и жалел, что поддался соблазну.
День шел на убыль, а Мерфи все больше сожалел о содеянном. Министерство экспортной торговли являло собой гнетущий лабиринт коридоров и кабинетов, освещенных лампочками, скрытыми под древними колпаками. После виски во рту был неприятный привкус. На душе скребли кошки. Жизнь без видимой причины вдруг ощетинилась, замаячили какие-то смутные, но угрожающие перспективы. В такие дни Мерфи часто посещала мысль о том, что он становится слишком стар для дурацких шуток и пьянок, и эту мысль он время от времени обсуждал с Кейси. Подобные настроения они называли "происками костлявой". А иногда думали: не лучше было бы жениться, даже при зарплате, которую они получали по их скромным способностям. На его столе лежали письма, от которых тоже только и жди неприятностей. Некая леди Блантон-Гоф развернула кампанию против экспорта лошадей во Францию, где их употребляют в пищу. Она основала комитет под названием "Спасите лошадей". С протестом по поводу экспорта лошадей к министру обратились и профсоюзы, Леди Блалон-Гоф вначале похвалила рабочий класс за проявленный гуманизм. Но, как выяснилось, преждевременно. Профсоюзы вскоре дали понять: они вовсе не против того, чтобы французы ели ирландскую конину. Они просто хотят, чтобы экспортировались не лошади, а мясо в консервных банках, - это позволило бы открыть новые рабочие места на скотобойнях и консервных фабриках. В результате леди Блантон-Гоф схлестнулась с профсоюзами. Работа Мерфи заключалась в следующем: составить первый черновик письма леди Блантон-Гоф, в котором сообщить, что ее протест тщательным образом рассматривается; кроме того, надо было отписать профсоюзам в том смысле, что, учитывая уровень безработицы в стране, министр с большим вниманием отнесется к их предложению. Оба адресата обязательно предадут ответы министерства гласности. Мерфи бился над этой малоприятной проблемой пятый день кряду, как вдруг на его столе загудел зуммер Хемпенстолл вызывал его к себе.