Страница 15 из 34
Тенденция концентрации производства была очевидной на протяжении всего XIX в. Сама логика рыночных отношений создавала предпосылки для увеличения размера предприятий, как важного показателя их конкурентоспособности. Дополнительным фактором концентрации производства в тот период была и достаточно узкая отраслевая структура, обусловленная медленным ростом платежеспособного спроса и небольшими темпами накопления капитала. В ее условиях реинвестирование сосредотачивалось преимущественно в уже сложившихся отраслях, в рамках действующих производственных единиц. Наконец, укрупнению предприятий способствовал растущий отрыв ведущих стран Запада в экономическом развитии, их господство на мировом рынке – мелкие предприятия имели меньше шансов самостоятельно действовать на внешних рынках сбыта. Однако все эти факторы не могли превратить концентрацию производства в крупномасштабное явление, способное стать основой для формирования новой экономической модели. Ситуация коренным образом изменилась в результате технологической революции конца XIX в.
Широкое внедрение в производство новейших технических достижений и конвейерной системы, стандартизация продукции, создание принципиально новой энергетической базы и разветвленной транспортной инфраструктуры, стабилизировавшей поставки сырья и облегчившей доступ к новым рынкам сбыта, обеспечили крупным предприятиям необычайно высокую рентабельность. Но препятствием для дальнейшего наращивания темпов концентрации производства являлся одновременный рост его капиталоемкости. На прежних стадиях развития капиталистической экономики инвестирование осуществлялось преимущественно индивидуальными предпринимателями. Отсутствовала и развитая система долгосрочного кредита. Теперь же создание промышленных гигантов и постоянное обновление технологической базы производства требовало такой финансовой мощи, которая превосходила возможности даже наиболее состоятельных инвесторов. Это стало причиной широкого распространения в конце XIX в. акционерных обществ, позволявших аккумулировать капиталы мелких и средних собственников, направляя их на развитие ведущих отраслей экономики. Значительно изменились и методы рыночной политики банков. Обладание контрольным пакетом акционерного общества позволяло банку определять стратегию развития производства, масштабы и характер инвестиций. Тем самым, происходило реальное сращивание банковского и промышленного капитала (возникшую новую форму капитала марксистские исследователи назвали «финансовым капиталом», в дальнейшем в экономической науке закрепилось название «промышленно-финансовая группа»). Прямое или косвенное участие банков в промышленных инвестициях увеличивало динамичность самого банковского капитала. Как следствие росла дифференциация банковского сектора экономики, происходило выделение крупнейших банков в элитарные группы, контролирующие большую часть инвестиционного рынка. Постепенно ведущие банки начали аккумулировать и бо́льшую часть мелких вкладов. Захват финансовых рынков сопровождался быстрым вытеснением или поглощением более мелких банков.
Результатом концентрации производства и централизации капитала стало образованием монополий. Само стремление к вытеснению конкурентов и монопольному положению на рынке всегда было присуще капиталистической экономике. Но только в последней трети XIX в. возникли условия для образования монополий как особой формы организации производства и капитала. Укрупнение производственных единиц сокращало число конкурирующих предприятий и повышало возможность согласованной политики производителей на рынке сбыта. Стремительно растущая капиталоемкость современного производства создавала высокий инвестиционный барьер для организации новых предприятий, что также сокращало конкуренцию. Важным фактором монополизации стала уязвимость крупных предприятий с большим основным капиталом – горнодобывающих, нефтеперерабатывающих, металлургических, машиностроительных. Они оказались недостаточно маневренными по отношению к быстрым изменениям рыночного спроса, ориентированными на стабильное расширенное воспроизводство и нуждались в дополнительных гарантиях конкурентоспособности. Именно отрасли тяжелой индустрии с меньшей степенью специализации производства и его массовым, стандартизированным характером оказались основным очагом образования монополий. Наконец, большую роль в монополизации сыграли банки, заинтересованные в получении контроля над целыми отраслями и способные обеспечить для этого необходимую финансовую базу.
Технически и организационно монополии далеко не всегда представляли собой некие крупные предприятия. Монополия конца XIX в. – это прежде всего соглашение об особой политике на рынке, договор, заключаемый с целью обеспечения контроля над рынком сбыта или сферой производства. Соответственно, различалось несколько типов монополий. Низшей формой являлись картели – договоры о регулировании объема производства, условий найма рабочей силы и сбыта продукции, заключаемые при сохранении полной производственной и торговой самостоятельности их участников. При ликвидации торговой самостоятельности и создании единой структуры сбыта монополистическое объединение приобретало форму синдиката. Трест формировал уже фактически единую систему производственного и торгового управления, но не ликвидировал финансовую самостоятельность его участников. Высшей формой монополистических объединений являлся концерн, создававшийся вокруг головного предприятия (холдинга) и связывавший своих участников системой финансирования, скоординированной производственной деятельности (хотя не обязательно совместной), единой рыночной стратегией. В рамках концернов часто сохранялась организационно-управленческая децентрализация, но интеграция капитала обеспечивала наиболее тесные связи по сравнению с другими формами монополистических соглашений.
В отличие от других типов монополий («закрытых» – защищенных юридическими ограничениями, и «естественных» – возникших в силу специфики использования тех или иных ресурсов), новые монополистические объединения являлись «открытыми» – порожденными стихийными рыночными факторами, логикой конкурентной борьбы на рынке. Закрытые и естественные монополии существовали в капиталистической экономике перманентно, но являлись скорее исключением, нежели широкой практикой. Возникновение же открытых монополий отражало формирование особой модели организации производства, переход всей капиталистической экономики в стадию монополистического капитализма. Производственная и технологическая система, основанная на монополистической конкуренции, являлась принципиально новой модификацией индустриальной экономической модели. В то же время она представляла собой результат всего предшествующего развития капиталистической системы, закономерный итог абсолютизации принципов свободного, неограниченного рынка.
Динамика развития монополистической экономикиПроцесс монополизации протекал неравномерно, рывками, что прежде всего было связано с влиянием циклических кризисов перепроизводства. Каждый из них приносил образование новой волны монополий и сокращение немонополизированного сектора экономики. Отправной точкой существования монополий как широкомасштабного экономического явления можно считать мировые экономические кризисы 1873 и 1882 гг. С этого времени начинает формироваться новый тип рыночных отношений – на смену свободной конкуренции приходит монополистическая. Ее основу составила особая производственная стратегия – создание массового производства. Эта экономическая модель была не столько ориентирована на реальный рыночный спрос, сколько подчинялась логике максимального производства. Убытки, связанные с производством товарной массы, превышающей платежеспособный спрос, компенсировались вытеснением конкурентов – производственные гиганты получали возможность широко использовать демпинговые методы рыночной ценовой борьбы. Сокращению издержек массового производства также способствовали стандартизация и автоматизация производственного процесса, ускоренное внедрение новейших технических разработок. Конечной целью создания системы массового производства было полное вытеснение конкурентов, т. е. достижение монопольного преобладания на внутриотраслевом рынке. Когда эта цель оказывалась достигнута, монополисты могли уже перейти и в «наступление на потребителя» – вводить так называемые монопольные цены, нарушающие естественный баланс между предложением и спросом в пользу производителя.