Страница 34 из 87
Выражение лица Дрейка было и злым, и немного расстроенным.
Взглянув на своих подчинённых, он сообщил:
– Пятнадцать минут назад, постовая служба остановила машину штаб-лейтенанта Мишель Эрин. На требования остановиться, Мишель не отреагировала, и её останавливали насильно с помощью двух машин постовой службы. Вскрывали автомобиль уже прибывшие на место каратели. Спустя пару минут было выяснено, что водительское место – пусто, а на соседнем сидении… штаб-лейтенант Эрин. Мёртвая. Её застрелили. Выстрел в висок с близкого расстояния достаточно обезобразил левую сторону Мишель. Правая осталась не тронута. Одновременно с этим на терминал карателей пришло сообщение, что взорвана квартира штаб-лейтенанта.
Началось служебное расследование. Практически сразу же было выяснено, что Мишель… начала двойную игру. Во всех служебных машинах и домашних машинах неблагонадёжных сотрудников, стоят записывающие устройства. Нам удалось установить, что Мишель передала всю известную ей информацию о моем личном отряде некой «Рыбе». Больше всего было передано информации о штурм-капитане Алексе Рэде и штурм-капитане Дениз Грей… В первый момент, мы решили, что Мишель предала нас. Но затем, в её квартире, в несгораемом сейфе удалось найти повреждённые голографии, на которых было записано сообщение Мишель. Выяснилось, что она, как и все честолюбивые люди, хотела продвигаться по служебной лестнице. Видя, что ей мало доверяют, а задание с тобой, Алекс, она фактически провалила, Мишель решила рискнуть. К ней давно уже пытались подобраться люди небезызвестного вам Кота.
На этих словах лицо Алекса закаменело, на висках прокатились желваки. Дениз же наоборот, расстроенно опустила голову, пряча лицо.
– И в этот раз она пошла им навстречу. Передала интересующую их информацию, надеясь, что это позволит ей получить выход на Кота. Но… Получив желаемое, Кот не пожелал оставлять хвост. Мишель была убита. Девчонка погибла совершенно напрасно и по-глупому. Мы уже собирались переводить её в другой, менее секретный корпус, где она смогла мы продвигаться, как пожелала. Но… Она погибла до того, как эти планы стали реальностью, подведя очень сильно наш отряд. Вполне возможно, что теперь начнутся попытки убийства уже наших ребят. Коту мы стоим поперёк горла уже давно. С того момента как началась наша война с ним.
– По-глупому погибла, – пробормотал Алекс. – Совсем напрасно погибла? – цинично спросил он. – Или хоть какая-то практическая польза есть?
– Хорошо, – со скрытым удовлетворением кивнул он, довольный тем фактом, что Рэд не стал колотить себя в грудь, укорять себя, что не защитил, не спас Мишель, а перешёл сразу к делу. – Есть польза. Она дала нам ниточку, за которую мы можем теперь потянуть. Осторожно, осторожно, чтобы не подставиться ещё больше, но можем. Пусть не сразу на Кота, пусть на сошку помельче, но мы будем теперь продвигаться. К тому же, Алекс, ИК своих не бросают. Мы отомстим за всех, кто отдал жизнь из-за этого психа. Но – не сейчас и не переходя черту… Мы не должны уподобляться этому пирату. Мы – не он. Мы имперские каратели, которые стоят на страже закона.
И на удивление даже Дениз ничего не сказала.
Немного помолчав, Дрейк добавил:
– Я, в общем-то, что ещё хочу добавить. Первое. Вы должны быть очень осторожны. Предлагать дополнительную охрану не буду, – взглянув на дочь, полковник сказал: – Я хорошо помню, как ты в прошлый раз с ними расквиталась, поэтому ресурсы переводить не буду. Второе. У вас ровно двадцать минут, чтобы прийти в себя. Третье, через полчаса начнётся допрос. Служба дознавателей корпуса карателей прибудет прямо сюда. Вопросы?
Алекс равнодушно пожал плечами.
– Придерживаемся какой-то линии, или не делаем секретов?
Дениз, ещё немного бледная, о чём-то сожалеющая, взглянула на напарника.
– Не делаем секретов, – отозвалась она, опередив полковника. – Дознаватели – это двое из отряда папа?. С их помощью мы сможем найти что-то… ещё какие-то ниточки в этой ситуации.
Полковник просто кивнул.
– Значит, быть посему… – как относился ко всей этой ситуации Алексей, так и осталось непонятным. На лице капитана не отражалось практически никаких эмоций. Только спокойствие, только уверенность в том, что однажды все виновные понесут наказание.
Дрейк поднялся.
– Надеюсь на вас… – с каким-то замученным видом полковник ушёл, на прощание растрепав причёску дочери чисто отеческим жестом.
Проводив его взглядом, Дениз рухнула на диван, закрывая глаза.
– Как ты? – мягко спросил Алекс, пересаживаясь к ней.
– Если честно, – тихо отозвалась Дениз. – То мне её жаль…
– Мне тоже, Дени… – ненавязчиво мужчина приобнял девушку за плечи.
Она доверчиво прижалась к Алексу, пытаясь сдержать слезы.
– Я в этом виновата…
– Нет, никто не виноват… кроме спустившего курок, – Алекс прижал девушку чуть крепче. – Не держи в себе…
– Кэп, ты моя нянька, да? Предлагаешь поплакать на твоём широком плече, а затем встретить дознавателей с красным носом и красными же глазами?
– Дени, вот скажи, что мне надо сделать, чтобы ты перестала звать меня нянькой? Ну, кроме очевидного… А по поводу слез и плеча… это уже как ты хочешь. Я предлагаю не мучить себя.
– Пока ты так злишься и сердишься, – Дениз неожиданн коснулась губами щеки Алекса, – буду называть.
– Чудо ты… – взлохматил девушку Алекс и подмигнул ей. – А если я начну предпринимать меры?
– Какие? – заинтересовалась Дениз.
– Ооо… коварные. Например – такие, – сверкнув глазами, Алекс запечатал губы девушки поцелуем.
«Давно следовало», – мысленно отметила девушка, обвивая шею мужчины руками. Потом думать просто не захотелось…
Впрочем, далеко зайти парочке не удалось. Дознаватели появились раньше назначенного времени. Двое мужчин, не близнецов, но очень похожих, в черных плащах, черных костюмах, черных очках и гротескных шляпах.
И если в первый момент казалось, что они просто выдают из себя клоунов, то уже во второй становилось понятно, что запомнить тех, кто прячется под этим камуфляжем, просто не удаётся.
Вместе с дознавателями приехал и Лонгвей.
Без приглашения рухнувший в кресло, он сказал.
– Дениз, прости, что так нагло заявились и прервали вас. Я осматривал тело, так что я тоже на допросе. А ближайшее безопасное место – именно здесь. Как ты?
Девушка, не торопясь покидать колен Алекса, только разве что повернулась и прижалась к нему спиной:
– Спасибо. Нормально.
– Вы, капитан? – перевёл взгляд Лонгвея на мужчину.
– В норме, – пожал плечами Алекс.
– Это радует, – врач потёр виски. – Вы начнёте?
Дознаватели переглянулись.
– Меня зовут Тол. Мой напарник Тин, – глуховато представился один из мужчин. – У нас в принципе немного вопросов. Доктор. К предварительному осмотру добавить что-то можете?
– Вполне, – кивнул Лонгвей. – Дениз, милая, не угостишь чашечкой кофе?
Девушка, взглянув на лицо доктора, соскользнула с колен Алекса и исчезла в соседней комнате.
– Осмотрев тело, я обнаружил, что Мишель трижды за сорок семь минут перед смертью вкалывали наркотик. Его состав не известен ещё пока, анализ структуры распада только начался, но могу предположить, что это – наркотик, развязывающий язык. Также на теле нашлись следы пыток. Подозреваю, что применяли бионику. Класса – молний.
Алекс прищурился, но – промолчал. Ударить молнией, при нужде, он тоже мог… в его руках много чего стояло. Впрочем, для себя он решил, что его бионика – последний козырь. Пока есть иные варианты, он не активирует её…
Лонгвей взглянув на Алекса, скупо кивнул.
– Если бы дело обстояло с официальными источниками, то было бы легко отыскать тех, у кого стоит подобная бионика. Она не только неимоверно дорогая, она производится в очень малых количества. А вот неофициальные…
Не дав договорить Лонгвею до конца, в комнату вошла Дениз. Бедром прикрыла за собой дверь, поставила на стол на подносе чайник, тарелочку с пакетиками чая, кофе и шоколада, и тарелку с аккуратно нарезанными бутербродами. На краю подноса лежали пакетики с сахаром и маленькие ложечки.