Страница 11 из 151
В Убежище 72 сложилась довольно не простая ситуация. Из-за нездорового увлечения судом и законами тотальная власть, которая обычно принадлежит Смотрителю, разделилась на несколько влиятельных фракций. Академия Юридического Искусства была одной из таких фракций, также как и Суд. Смотритель также обладал властью, он управлял вооружённой охраной в Убежище, которая следила за порядком и служила исполнительным органом наказаний. Эти фракции конечно же конкурировали между собой, и со стороны могло показаться что это создаёт множество неприятностей и ненужной борьбы для жителей Убежища. Но правда в том, что именно эта борьба и привносила какой-то смысл в их жизнь.
Бенжамин был особо близок к Генриху, можно сказать, что он был его настоящим другом, вот только общение это, как и общение большинства других в Убежище, показалось бы пришлому человеку каким-то искусственным, лишённым полного комплекта искренности и чувств. Он был выше Генриха и заметно крупнее, светловолос и светлоглаз, и обладал звонким голосом. Эти двое сдружились ещё будучи молодыми во время обучения в Академии. У них было много общего, хотя внешне и по характеру они разнились. Оба слыли женскими угодниками, но в отличии от Генриха, его друг остепенился намного раньше. Бен положил руку на плечё Генриха, тому стало немного не по себе от этого, ведь Генрих не любил подобные проявления дружбы, но сейчас он чувствовал, что нужно было удержаться.
— Что бы ты не думал Генрих, но я искренне восхищаюсь тобой! Выиграть это дело… Это просто… Невероятно. Даже я перестал верить, что у тебя получится.
Генрих улыбнулся, излучая благодарность, и сказал:
— Я рад, что ты поддерживал меня Бен. Если бы не проявил свои эмоции сам мистер Фишрод, всё могло закончиться по-другому.
— Но ведь именно ты своими вопросами заставил его. Если надумаешь однажды преподавать, я твой первый ученик, договорились?
— Перестань Бен, ты меня смущаешь. — говорил Генрих, а сам самодовольно улыбался. Он любил, когда его хвалят. — Ты был почти на всех моих делах, жаль не могу похвастаться тем же, ведь у тебя тоже есть немало таланта. Я уже много раз говорил, никакого секрета нет. Попробуй просто меньше задумываться, ты должен победить, и это главное друг мой!
— Не всё так просто. — ответил Бен тщательно всматриваясь в Генриха. — В тебе есть секрет, пусть даже ты сам этого не понимаешь. Ну да ладно, однажды может и я смогу обрести этот же секрет. Скажи, а что там насчёт Мередит, в Убежище уже начинают поговаривать… — сказал Бен и ехидно заулыбался.
— Мередит?! Я её предупреждал, теперь она проиграла. Хотя признаю, она знает своё дело, и была интересным соперником, с учётом того, что она женщина.
— Нееет дружище, я не об этом. — заговорил Бен совсем тихо. — У меня есть свои каналы в твоём отсеке, говорят, она была ночью у тебя. Что, неужели она пришла выполнить условия спора? Мне даже не верится. — говорил Бен посмеиваясь.
— Ты плохо разбираешься в женщинах дружище. На самом деле они простые как…документы. Их нужно уметь читать и манипулировать ими.
— Оооо, ну манипулировать ты умеешь, мы все умеем. Иначе мы не были бы в совете. — сказал Бен и оба мужчины дружно засмеялись шутке, которая в принципе была очень правдивой.
— У тебя есть шпионы в моём отсеке?
— Ха. А что ты так заволновался?
— Да нет, это естественно для тебя. Но я бы не хотел, что бы в Убежище начали трепаться о нас с Мередит.
— Уже многие говорят, и поверь это не моих рук дело. Она знаешь ли яркий персонаж в нашей истории. Ты должен гордиться этим. Или боишься потерять несколько любовниц? Или погоди… Неужели ты переживаешь за неё? — спросил Бен хитро улыбаясь.
— Ну, я бы так не сказал конечно…
— О Боже не могу поверить! Она всё-таки поставит тебя на колени. — говорил Бен сквозь смех. Генрих улыбался ему в ответ, словно тоже радуясь шуткам, но на самом деле он был бы не против стукнуть Бена чем-то тяжёлым. — Я видел, как ты на неё смотришь. Неужели пришёл и твой час? Никогда не мог бы подумать.
— Ты прав, она не просто нравится мне. Но я свободный мужчина, и не позволю какой-то девке управлять собой, особенно такой предприимчивой как Мередит.
Бен снова рассмеялся и сказал:
— Вот теперь я узнаю тебя дружище! Но поверь, избрать свою спутницу это не так уж плохо. Конечно, желательно что бы она не была членом «Женской Силы», но ты же умеешь влиять. К тому же Мередит… Ты же знаешь, на твоём месте многие хотели бы оказаться. — закончил он шёпотом.
— Да ты прав дружище, и не только в вопросе Мередит. — сказал Генрих и они вместе с Беном опять рассмеялись. — Мы так и не отметили, может зайдём сегодня в бар? Возьмём совет и кого-то из карапузов, что бы нас не осудили за то, что мы от них отгораживаемся.
— Ты знаешь, я не против. — согласился Бен, изображая на лице довольное предвкушение. — Кстати, в эти выходные мы устраиваем приём с женой, в честь дня рождения младшего. Будут разные влиятельные люди. Приходи и ты, пригласи Мередит. Я знаю, ты не любишь подобные собрания, а они порой не любят тебя… Но теперь всё может измениться.
— Ты знаешь, я подумаю. Нет, я действительно подумаю, но обещать не стану.
Генрих хотел рассказать Бену, о своих непонятных переживаниях, ведь раньше он подобного не испытывал. И только с Беном он и мог поговорить о подобном, ведь больше в списке друзей у него никого не было. Но зашипел внутренний коммутатор и пожилой голос сказал:
— Уважаемые члены совета, говорит Магистр. Вы можете пройти в зал совещаний.
И дверь перед ними открылась. В комнате стоял длинный стол с комплектом вращающихся кресел, изысканной работы. На стене слева от них была прикреплена огромная объемная картина, изображающая древние великие здания, которые достигали ста этажей в высоту. Эта картина всегда восхищала Генриха, он словно переносился в тот мир, которого он не знал, и которого уже давно нет. «Когда я уберу этого старого дурака и займу его место Магистра, я выкину всё его барахло, но эту картину оставлю», — каждый раз думал про себя Генрих, когда входил в зал совещаний. Обычно на этих совещаниях присутствовали только члены совета и Магистр, иногда приглашали и других важных людей, но это была редкость. Сегодня же в зале уже присутствовали двое чужих, девушка и какой-то темнокожий мужчина, а также робот-прислужник. Девушку Генрих раньше видел, а вот мужчина был ему малознаком. Члены совета сели за стол, Бен как обычно сел рядом с Генрихом. Магистр дождавшись, пока все комфортно расположились, сказал:
— Начнём с хорошего. Вчера славу нашей академии поддержал и укрепил, наш не побоюсь этого слова, герой — Генрих. Поздравляю тебя, это была блестящая победа. Ты превзошёл себя. Ты не только прославил себя, но поистине оказал услугу всем нам. Мы придумаем, чем вознаградить тебя. Но есть и плохая новость, эта сука решила нам отомстить, в общем мы проиграли дело по членам совета. — в зале послышался лёгкий ропот. — Да, теперь членов совета будет не пятеро но шестеро, более того, по решению суда о нарушении женских прав, место шестого члена совета займёт женщина.
Мужчины явно не скрывали своего разочарования, как и Магистр, хотя ему на самом деле это было уже не важно. Он уже занял своё место, его конечно когда-то сместят, но это может произойти не скоро. А вот членам совета получить ещё одного конкурента — это весьма морально болезненно. Конечно, все ощущали, что следующая должность Магистра достанется Генриху, но как любили говорить в академии: «Жизнь — непредсказуемая штука». В любом случае, чем больше конкурентов, тем меньше шансов. Магистр продолжил:
— Мисс Салливан, представьтесь пожалуйста.
Русоволосая девушка, весьма хороша собою, встала. Было заметно, что она чувствует себя очень неловко и волнуется.
— Меня зовут Аманда Салливан. Я адвокат первой категории, на моём счету двенадцать выигранных дел. Мне очень приятно, что выпала такая честь вступить в совет и доказать силу нашей академии.
— Простите мисс Салливан. — сказал Бен вставши и обращаясь ко всем присутствующим. — Не примите пожалуйста слишком лично или близко к сердцу, но как мне кажется раз уж нужен шестой член совета, почему бы нам не принять кого-то более опытного в нашем деле.