Страница 55 из 88
Да и потом – разве не интересно опробовать себя в роли амура, сводящего вместе два любящих сердца?
Тим, если и догадался о моих намерениях, на этот раз промолчал и не стал меня останавливать.
Однако книг и свитков с любовными заклинаниями в библиотеке не оказалось. Вообще. По крайней мере, по каталогу я ничего не нашла, а у Берека, конечно, спрашивать не буду. Наверняка все книги изъяли, чтобы такие нерадивые студенты, как я, не швырялись любовными заклинаниями направо-налево.
Я мстительно переставила местами карточки из разных ящиков каталога и вернулась к Тиму. На книжные знания рассчитывать не приходилось, но на то и существует студенческая изворотливость, чтобы узнавать то, чего нет в библиотеке.
Тем же вечером Берек застал меня за изготовлением бумажного лебедя.
– Что это? Решила заняться оригами? – спросил он, входя в комнату и глядя на бумажку, которую я все еще держала в руке.
– Да, вроде того.
Я разочарованно швырнула изделие на свой стол и закрыла за библиотекарем дверь. Зимний Буран, совсем как кот, бросился за бумажкой и начал гонять ее лапами, пока не спихнул со стола, и тогда нырнул за ней на пол. Я даже не стала ее отнимать – все равно наглая бумажка не поддалась на мои уговоры стать лебедем и свернулась каким-то увечным голубем.
Берек опасливо поглядел на играющего дракончика и поинтересовался, как у него дела.
– Все нормально, – ответила я. – Спит, ест, играет. Только стал скучать по улице, после того как я взяла его в город…
– Что-о?! Куда ты его взяла? – охнул Берек. – Ты с ума сошла?
– Оставлять его здесь было еще опаснее! Кто-то приходил за ним, пока меня не было…
Берек поднял ладони, прекращая разговор.
– Нет! Не хочу знать! Не говори мне ничего про дракона и контрабандистов. Я просто помогу тебе с обоями, как и обещал, больше ни во что меня не впутывай.
Я цыкнула и достала купленные обои. Мы отрезали кусок, достаточный, чтобы закрыть подпалину, обмазали тыльную сторону одолженным у завхоза клеем и пришпилили к стене. Берек поколдовал над обоями, скопировал оттенок и прошелся по швам, приглаживая их к стене.
– Ого! – воскликнула я, когда он закончил. – Совсем как было, даже я не найду, где новые обои, а где старые.
Берек снисходительно хмыкнул.
– Ладно, увидимся завтра в библиотеке.
– Может, на чай останешься? – предложила я и закинула удочку: – Динку позовем, она в соседней комнате живет.
– Поздно уже, – махнул он рукой.
Я еще попыталась его уговорить, но он отвязался на меня и слинял. Нет, Динка ему явно не нравится, иначе бы он согласился остаться. Хотя, возможно, я уже в печенках у него сижу, и это со мной он не хочет чаи гонять…
В любом случае, заклинание – последнее средство. Если Берек влюбится Динку, то тут же пригласит ее на свидание, увидит, какая она замечательная и все такое. А когда эффект пройдет, он уже будет очарован самым естественным образом. Надеюсь.
Я вернулась к столу и настрочила новое послание, гласившее, что мне нужно заклинание или рецепт зелья для того, чтобы влюбить Динку в Берека, ибо сил моих больше нет смотреть на это безобразие. Вначале я не хотела указывать имена, но Кристоф, хоть он и немного раздражает, к делу все же подходит ответственно. Уверена, он подберет что-то подходящее именно этому случаю. Да и ставку он, вроде, не делал, так что ему до моих хитростей дела нет.
Закончив послание припиской: «Оплата бонусами» – я постаралась сложить лебедя, и на этот раз вышло не так плохо. По крайней мере, если знать, что это должно быть лебедем, то вполне можно разглядеть его черты.
Удовлетворившись, я оставила лебедя перед дверью блока, где жил Кристоф, постучала и вернулась к себе, не дожидаясь, пока откроют. Если уж ему так хочется играть в шпионов – на здоровье.
Ответ я получила на следующий же день.
Вернувшись днем из библиотеки, где мы без устали приклеивали к форзацам кармашки и вкладывали туда карточки, я обнаружила просунутый под мою дверь листок бумаги. Зимний Буран слегка измочалил его, покатав по комнате, и погрыз уголок.
– Буран, не грызи мои записки, – строго попросила я.
К счастью, квадратная бумажка – не самая удобная игрушка, и дракон ее бросил. Текст был вполне читаем: «Сегодня, 16.30, холл на шестом этаже первого корпуса. Приходи одна и не опаздывай».
Нет, ну он издевается!
На шестой этаж вообще никто не поднимался – надо полагать, из-за количества ступенек, которые необходимо преодолеть. Чем выше поднимаешься, тем меньше концентрация народа. Основная масса всегда толклась на первом этаже – там, где мягкие диванчики, буфет и коридор, ведущий к столовой. За кабинеты на этажах с первого по четвертый каждый год шла борьба – кто на каком будет заниматься, желательно пониже. Пятый этаж был то ли проклят, то ли занят некромантами (а может, это одно и то же), но туда мы не ходили. Шестой этаж пустовал – если не хватало места для занятий, все предпочитали дойти до другого корпуса или заниматься на открытом воздухе, чем подниматься наверх. Любимой угрозой преподавателей была фраза: «В следующий раз пойдем заниматься на шестой этаж» – но до сих пор ее никто не осуществлял.
Вообще-то, снаружи видно, что в нашем корпусе всего семь этажей, но изнутри на седьмой этаж лестницы нет – я сама на первом курсе не поленилась проверить, но с тех пор ни разу не повторяла этот подвиг. Старшекурсники утверждают, что вход на седьмой этаж есть только снаружи, и там в конце года проводится сдача дипломов, а заодно проверяется умение самолевитировать или отыскивать телепорационные искривления. Если это правда, с моими способностями проще будет освоить альпинизм.