Страница 18 из 88
– Никуда ты не пойдешь, – заключила Тиффани. – Праздники еще будут, и принц приедет, а второй пересдачи может и не быть. Ты что, хочешь лишиться стипендии и таскаться за профессором Смоликом хвостом, пока он тебе не поставит еще одну пересдачу?
– Не хочу, – пробурчала я.
Приставать к Смолику мне не сложно, доставать людей – буквально мой талант. Но деньги мне нужны. Институт, богатый на спонсоров, и так лояльно относится к студентам, выплачивая стипендии направо-налево. Одним побольше, одним поменьше, конечно, но даже я получаю свою долю. Но вот если завалю пересдачу, то не уложусь в срок и лишусь материальной поддержки, а значит, перспективы, обрисованные Тиффани, станут реальными.
– Но там ведь будет принц Арленсии! – выложила я свой единственный аргумент.
Тиффани мой довод не впечатлил. Конечно, у нее-то на родине свои принцы есть – Гарри, Уильям, кто там еще. А у нас они только в сказках. Естественно, хочется посмотреть на самого настоящего принца. Увидеть, светятся ли его глаза королевской мудростью, и сыплется ли золотая пыль с благородных кудрей.
Но Тиффани невозмутимо надела прелестную белую курточку, поправила волосы и заявила, прежде чем уйти:
– Принц или не принц – а ты остаешься здесь повторять материал перед завтрашней пересдачей. И убери уже куда-нибудь тыкву.
Дверь закрылась с назидательным хлопком, и я осталась в гордом, но тоскливом одиночестве. Учебник затаил дыхание, ожидая моих дальнейших действий, и мне не оставалось ничего иного, кроме как взять его в руки и продолжить зубрежку.
Поначалу все шло неплохо, многие заклинания мне были знакомы, а незнакомые я усердно повторяла. Но страниц через двадцать я вдруг обнаружила, что вместо слов в моей голове пляшут человечки, и среди них – Тиффани и прекрасный принц. Я потрясла головой, отгоняя лишние мысли, но буквы в учебнике упорно не желали складываться в слова, словно их кто-то заколдовал. Тогда я решила немного отвлечься и сходила на общую кухню за чаем, встретив там Тима. Он медленно пил клюквенный сок, не горя желанием возвращаться обратно в комнату.
Ким запретила ему идти на праздник, а также учить предмет вместе со мной, а Тиффани запретила мне учиться с ним, так что мы только сочувственно поинтересовались друг у друга, как дела, и дружно решили, что все преподы – мстительные лешие, особенно по практической магии, а Ким и Тиффани – деспотичные ведьмы.
Чай не помог, даже после третьей кружки и добавления к нему русальей травки, повышающей концентрацию внимания. Количество прочитанных страниц увеличилось до пятидесяти, объем усвоенного материала оставался под вопросом.
С кровати на меня призывно смотрела тыква. Вспомнив наказ Тиффани убрать куда-нибудь овощ, я решила не откладывать дело в долгий ящик. Хотела положить на окно, но решила, что там тыкве будет холодно, да и соседство мухомашки не очень приятно. Сунула было под кровать, но там слишком темно и неуютно. После некоторых раздумий я полезла убирать тыкву на шкаф. Но все свободное место было уже занято, и все нужное и ненужное барахло существовало там в таком немыслимом и хрупком равновесии, что я не осмелилась его нарушить.
Оттянув таким образом минут пятнадцать, я со вздохом положила тыкву на свободный стул и вернулась к учебнику, но уже через пять минут, простонав, уронила голову, пребольно стукнувшись о стол.
– Вот бы мне попасть на бал… – пробормотала я.
Кто-то постучал.
Я отправилась открывать дверь, хотя она и не была заперта на щеколду. За дверью никого не оказалось. Стук, тем не менее, вновь повторился, и я поняла, что он исходит из другого конца комнаты. Из-за окна, если точнее.
Закрыв дверь и подойдя к окну, я протерла глаза, но галлюцинация не исчезла: там маячило нечто большое и розовое.
– Открывать будем, нет? – нагло спросило нечто пьяным басом.
– Нет, – тем же тоном ответила я, зрительно вычленяя у существа небритую морду, руки, ноги и нежные трепещущие крылышки.
Существо мой отказ не смутил. Оно, волнообразно паря в воздухе, не без труда вытащило из интересного места палочку со звездой на конце, помахало ею перед щеколдой, и та сама собой поднялась, и окно открылось. Существо, не вписавшись в оконный проем с первого раза, вплыло в комнату и приземлилось на подоконник, непрочно встав на копытца, венчающие шерстистые ноги. Мухомашка хищно потянулась к нему, но не достала, а существо «солдатиком» бухнулось на верхний ярус кровати, потеряв при этом маневре свою палочку – та покатилась по полу.
Я закрыла окно, пока поднявшийся морозный ветер не сдул все, что плохо лежало, и при свете рассмотрела в стельку пьяного создание мужского пола, покрытое жесткой черной шерстью, в розовом платье с оборочками, приделанными сзади заколдованными крылышками и кокетливо выглядывавшим из-под юбок черным львиным хвостом.
– Ты кто такой? – Я без удовольствия рассматривала неожиданного гостя, но вышвыривать его пока не собиралась. Что ни сделаешь – лишь бы к экзамену не готовиться.
– Фей, – просопел мужик.
– Какой еще фей?
– Крестный – ик!
Крестные у меня были, но точно не феи, и жили они на Земле. Чьим бы крестным ни был этот чудак, явно не моим.
– А чего это ты такой рогатый, фей? – Я с подозрением поглядела на его голову. Из-под шерсти торчали два небольших конусовидных рожка, как у молодого козлика.
– Дак ить… – Он с трудом сфокусировал на мне взгляд. – Я аще-то черт, самый настщий, но эта гадина фея Фифина обыграла меня в карты – и, грит, иди, исполняй за меня обязанности на сегодня. – Он снова рухнул головой на подушку Тиффани. – Те фея-крестная нужна, нет?