Страница 4 из 73
– Один из этих саквояжей ваш, мэм? – обратился к ней незнакомец.
– Да, вон тот, – показала Джудит. – А рядом лежит и мой ридикюль. – Хотя в нем было мало денег, но все же отец позаботился о том, чтобы его дочь купила себе чаю и хлеба с маслом во время своего однодневного путешествия. Джудит ужаснулась собственной безалаберности: она чуть было не забыла про кошелек.
– Подай-ка сюда вещи, приятель, – потребовал незнакомец от кучера. – Саквояж миледи доставишь позже вместе с остальными вещами.
Как только ридикюль оказался в руках у Джудит, всадник коснулся свернутым хлыстом края шляпы и тронулся с места. Девушка рассмеялась. Началось великое приключение ее жизни.
Первые несколько минут она пыталась привыкнуть к мысли, что сидит верхом на лошади довольно далеко от земли – раньше Джудит не часто удавалось покататься верхом – и что земля внизу представляет собой сплошное грязное месиво. Но радость ее длилась недолго: было что-то интимное в ее близости к незнакомцу, и это пугало девушку. Левым боком она тесно прижималась к всаднику, чувствуя тепло его тела. Джудит оказалась сидящей между его мускулистых ног, обтянутых плотными бриджами и обутых в сапоги из мягкой кожи. Колено девушки соприкасалось с его левой ногой, а правая прижималась к ней сзади. Джудит чувствовала запах лошади и кожаной сбруи, смешанный с ароматом мужского одеколона. Опасности путешествия померкли перед этими новыми, неведомыми ощущениями.
Джудит поежилась.
– Холодновато сегодня для летнего дня, – заметил всадник и обхватил ее свободной рукой, подтянув поближе к себе, так, что ее рука и плечо оказались тесно прижатыми к его груди. Девушке ничего не оставалось, кроме как опустить голову на плечо незнакомца. Это было одновременно пугающе и притягательно. Джудит тут же почувствовала, как ей не хватает любимого чепца. Кроме того, боковым зрением она заметила, что волосы у нее растрепались и несколько запыленных прядей рассыпались по плечам.
Как же ужасно она, должно быть, выглядит! Что он подумает о се внешности!
– Ральф Бед…ард к вашим услугам, мэм, – представился незнакомец.
Сказать ему, что ее зовут Джудит Лоу? Но ведь она все время вела себя недостойно полученного воспитания. Может быть, выдать себя за другую, вымышленную героиню?
– Клер Кемпбелл, – выпалила она первое пришедшее на ум имя. – Как поживаете, мистер Бедард?
– В данный момент просто отлично, – хрипловато произнес oнl, и спутники одновременно рассмеялись.
«Да он флиртует со мной, – подумала Джудит. – Какой скандал!» Отец произнес бы над ней унизительную речь в наказание за нахальство, а потом запер бы в комнате за то, что кокетничала с мужчиной. И, надо заметить, был бы совершенно прав. Но Джудит не собиралась портить романтическое приключение мыслями об отце.
– Куда вы направляетесь? – поинтересовался мистер Бедард. – Только, умоляю, не говорите, что вас должен встретить муж или возлюбленный.
– Ни то пи другое, – снова рассмеялась Джудит. Она чувствовала себя беззаботной. Глупо было, по ее мнению, тратить драгоценное время и энергию па беспочвенные страхи. – Я одинока, и мне это нравится. Лгунья, самая настоящая лгунья!
– У меня камень с души свалился, – заверил се всадник. – Кто же в таком случае ожидает вас? Ваша семья?
Джудит незаметно скривилась. Ей не хотелось думать о конце путешествия. Хорошо еше, что любое приключение длится недолго и никогда не бывает до конца реальным, и сейчас она могла говорить и делать все, что в голову взбредет. У Джудит было такое чувство, будто она стала героиней собственного сна.
– У меня нет семьи, – ответила она. – Во всяком случае, я никому не принадлежу. Я актриса и еду в Йорк для исполнения новой роли, главной в спектакле.
Бедный отец! У него бы случился апоплексический удар, если бы он услышал такое из уст своей дочери. Но, если честно, минуту назад Джудит впервые вслух сказала о своей самой сокровенной мечте.
– Вы актриса? – тихим, хриплым голосом переспросил Бедард. – Я должен был догадаться, как только увидел вас. Такая блестящая красота, как у вас, выгодно бы смотрелась на любой сцене. Почему я никогда не видел вас в Лондоне? Может, потому, что редко бываю в театре? Пора мне менять свои привычки.
– Ах, Лондон, – чуть ли не зевнула Джудит. – Я люблю играть, мистер Бедард, а не просто наслаждаться всеобщим почитанием. Мне нравится исполнять те роли, которые я сама для себя выбрала, поэтому предпочитаю провинциальные театры. Уверена, мое имя известно в большинстве из них.
Джудит вдруг поняла, что до сих пор говорит тем же тоном, что и в момент знакомства. И он, вот удивительно, поверил ее словам. Это было видно из его слов и прикованного к ней взгляда – веселого, одобрительного, понимающего. Брануэлл, когда он впервые отправился в университет вступил, так сказать, во взрослую жизнь, как-то раз в отсутствие отца поведал сестрам о том, что лондонские актрисы в основном зарабатывают на жизнь тем, что являются любовницами богатых титулованных джентльменов.
Джудит подумала, что вступила па опасную дорожку. Правда, это продлится всего час, пока они проедут эти несчастные три мили.
– Хотел бы я увидеть вас на сцене, – сказал мистер Бедард, крепче обнимая ее.
Он поцеловал ее. В губы. Поцелуй был недолгим – неудобно целоваться, сидя на лошади, когда та скачет по неровной дороге.
Но Джудит, которую ни разу до этого не целовали, короткие мгновения показались вечностью. Его губы были раскрыты, и Джудит ощутила их горячую влагу на своих губах. На одну секунду или даже на долю секунды, пока она не успела испугаться или разозлиться, Джудит среагировала на поцелуй каждой клеточкой своего тела. Он вызвал в ней целую бурю эмоций, затопил все ее существо. Грудь девушки напряглась, низ живота свело судорогой, отразившейся сладкой болью где-то между бедер.
– О Боже! – выдохнула она, когда все закончилось. Но прежде чем успела выразить свое возмущение по поводу такой невиданной наглости, вспомнила, что для этого мужчины она – Клер Кемпбелл, известная провинциальная актриса. А уж актриса-то, если и не была любовницей богатого джентльмена, должна бы знать кое-что о жизни. Заглянув в глаза своему спутнику, она мечтательно улыбнулась.
А почему бы и нет, дерзко подумала она. Почему бы не попробовать претворить в жизнь фантазию на короткое время и не посмотреть, к: чему это приведет? Скорее всего, первый поцелуй окажется и последним.
В ответ мистер Бедард окинул ее ленивым насмешливым взглядом.
– Действительно, Боже мой, – заметил он.
Глава 2
Что, черт возьми, он делает? Как он мог позволить себе настолько втянуться в этот поцелуй, когда при каждом шаге Буцефал рисковал оступиться, сломать ногу и тем самым обеспечить обоим всадникам не слишком мягкое приземление в грязь? Рэнналф мысленно покачал головой.
Она была актрисой и, по ее словам, предпочитала играть настоящие роли, а не срывать аплодисменты в модных лондонских театрах. И в то же время он не мог оторвать взгляд от рассыпавшихся в художественном беспорядке волос, которые, если глаза его не обманывали, от природы были очень необычного цвета. Кроме того, она явно была не против, чтобы эти теплые, соблазнительные локоны касались его щеки. И румянец на щеках тоже был естественным. Иногда она опускала обрамленные темными ресницами веки и слегка прикрывала свои прекрасные зеленые глаза. При этом в ее взгляде явственно читалось приглашение, если только он вообще что-нибудь понимал в женщинах. А голос этой женщины продолжал ласкать его, словно бархатная ткань.
Что за игру он затеял? Конечно, для него это – простое развлечение. Иначе зачем было называться вымышленным именем? Почему бы не воспользоваться неожиданно представившейся возможностью, тем более что впереди маячили несколько недель в обществе бабушки, когда придется вести себя как подобает. В отношении женщин Рэнналф отличался повышенным аппетитом и не смог отказаться от столь явного намека на близость. Но как можно целоваться, сидя верхом на лошади? На такой опасной дороге?