Страница 8 из 86
Марори осмотрелась. Она здесь чужая или это место ей чужое? А эта женщина на полу – кто она? Марори смотрела – и отказывалась верить, что это сухое злое лицо, обагренное засохшей кровью, принадлежит той женщине, которая читала ей сказки на ночь.
Словно в бреду, она медленно поднялась к себе, взяла телефон и даже набрала номер неотложки. Оставалось нажать на вызов, но в голове вертелось: «Беги, если сможешь. Они пришли за тобой». Те двое – они не грабители? Они действительно пришли за ней? И ради этого убили двух невинных женщин, одной из которых едва исполнилось восемнадцать? Марори будто и сама раскололась на множество копий себя, и каждая из ипостасей твердила свое: мать просто бредила перед смертью, их дом ограбили, наверняка, то существо – какой-то опасный одержимый из Норсгейта. Взойдет солнце – и все станет на свои места. В дом придут люди в форме, родных запакуют в пластиковые мешки, а санитары вынесут их прочь. Другая же часть ипостасей требовала уносить ноги подальше от этого места. Потому что те двое переговаривались между собой, и они действительно кого-то искали. И, может быть, Клару убили только потому, что приняли ее за младшую из Милсов.
Бежать? Куда? К кому? Отец и прочая взрослая родня давно в могилах, Дарэк по уши зарылся в медицину и ничего дальше препарирования не желает видеть. Да они никогда и близки-то не были.
Но зачем кому-то понадобилось ее искать? Кому она, малолетняя соплячка, нужна? У нее даже прогулов в школе никогда не было, что уж говорить о вещах, за которые запросто могут перерезать горло?
«Беги, – продолжал подначивать внутренний голос, – беги, пока они не вернулись».
Куда?!
На полу, под грудой вываленных книг, мелькнул корешок учебника по астрономии. Марори с минуту смотрела на него, соображала. А потом забрала полученное из Дра’Мора извещение. Если она будет зачислена, то получит крышу над головой, какую-никакую еду, и будет находиться в относительной безопасности. Дра’Мор располагался в Мараабаре, территории проклятокровных, куда путь простым смертным и небеснорожденным заказан, если только у них нет на то специально заверенного разрешения. Там можно переждать какое-то время. Пока не станет ясно, что делать дальше.
«И что ты будет делать, когда приедешь? Прикинешься, что ничего не знаешь? Что убийство произошло уже после того, как ты „уехала“»?
Марори сжала ладонями виски, заставляя себя думать в правильном направлении, не отвлекаясь на отчаяние, которое разинуло над ее головой свою громадную пасть. Если те двое действительно приходили за ней, то они будут продолжать ее искать. Ее комната была перевернута вверх дном, как и остальные в доме. Что искали убийцы – непонятно, но они не тронули ни материнские драгоценности, ни кассу в магазине. Нажива их не интересовала.
Марори не дала мысли сформироваться и окрепнуть. Проблемы нужно решать по мере их возникновения. А сейчас главное – уйти туда, где ее вряд ли скоро хватятся. И ведь одно из первых мест, где ее стоило бы искать, – Эльхайм, потому что вся ее комната была одним огромным свидетельством желания хозяйки туда попасть.
Марори собрала только самое необходимое, чтобы не обременять себя тяжелым чемоданом. Пара книг, сбережения, которые хранила зашитыми в лапу игрушечного зайца. Небольшая сумма, но все, что смогла сэкономить, отказывая себе буквально во всем. Мать придерживалась правила, что лишняя наличность развращает, и за работу в магазине платила символическую сумму. Когда Марори окончательно решила поступать в Эльхайм, то втайне от матери нашла подработку. Шесть с небольшим сотен – этого на первое время должно хватить, а там будет видно. Взять что-то из кассы или драгоценностей матери не поднялась рука. Получалось, будто она грабит собственную семью.
Но самым тяжелым оказалось выйти из дому. Для этого пришлось снова пройти через первый этаж, снова увидеть мертвые лица матери и сестры. И почувствовать приторный запах разложения. Неужели так быстро? Часа не прошло, но смерть уже начала свою зловонную трансформацию.
«Нет, этого не может быть. Все это только игры воображения. Нет никакого запаха.»
Марори вышла через черный ход, но дверь за собой закрывать не стала. Рядом стоял заполненный контейнер с мусором. Бросила в него подожженный спичечный коробок. Самое большее через пять минут он будет дымить так, что соседи вызовут пожарный расчет. А тот, когда хозяева не откроют, выломает дверь. Остальное сделает государственная машина, которая не дает сбоев.
Нахлобучив пониже капюшон, благо на улице невесть откуда собралась гроза, она запросто слилась со спешащими по делам горожанами. На утренний поезд опоздала, потому пришлось час с лишним околачиваться на вокзале, шарахаясь от собственной тени. За это время Марори успела купить новую сим-карту в телефон, потому что старую из соображений безопасности выбросила в урну еще по дороге. Так она, по крайней мере, выиграет немного времени. По-хорошему бы купить новый телефон, только вот денег и так кот наплакал.
«Шпионские игры какие-то».
В голове не укладывалось, что она в лучших традициях гангстерского боевика заметает следы, будто в самом деле виновата во всем случившемся этой ночью. Убийство скоро обнаружат. Делу будет дан ход. Брата найти проще простого, а ее должны объявить в розыск. Марори только сейчас поняла, что этим побегом оказала себе же медвежью услугу: а что, если ее посчитают причастной?
В поезд она зашла на трясущихся от страха ногах.
Вот и все, пути назад нет. Только что она разменяла свою жизнь на неизвестность.
Глава третья
Если меня спросят, я солгу. Я дрожу от страха перед правдой. Если мне поверят, я в безопасности.
В Мараабар[1], точнее в его преддверие – Врата Райзер, поезд прибыл в девять утра. Врата являлись самой древней частью города, созданной Светлыми и Темными задолго до того, как противостояние их отпрысков едва не погубило мир. Тяжело представить, но именно здесь, в ничем не примечательном городишке на окраине мира, находилось сердце Равновесия. Именно здесь, в окруженной горами долине, две сотни лет назад десять небеснорожденных и десять проклятокровных пожертвовали собой, чтобы создать Равновесие.
Врата Райзер представляли собой громадную, необозримо величественную арку из черного хрусталя, чья верхняя часть скрывалась за облака. Марори никогда раньше не приходилось видеть врата вживую, только на фотографиях и открытках по случаю Дня всех святых. Размеры арки превышали все мыслимые и немыслимые границы воображения. Издали хрусталь казался полупрозрачным, но чем ближе девушка подходила, тем явственнее проявлялась его истинная природа. В острых, как бритва, гранях, появлялись и исчезали рунические символы стихий Нижнего мира и лики его прошлых и нынешних Владык. Этакий пьедестал сосредоточения всего присущего проклятокровным. Когда на Марори сверху вниз воззрилась оскаленная демонесса в короне из костей, по спине девушки пополз ужас. Много раз она видела все это на фотографиях, в репортажах по телевизору и была уверена, что готова ко всему. Однако тьма буквально сочилась из стеклянного заточения и пугала своим незримым могуществом.
Как за спасательную соломинку, Марори ухватилась за ручку своего чемодана, выскребла из закромов души остатки уверенности и продолжила путь. У подножия арки располагались кубические сооружения из того же темного хрусталя, но куда менее впечатляющие и куда более прозрачные. Внутри суетились мужчины и женщины, одетые в темную униформу обслуживающего персонала. Марори несколько раз прошла взад и вперед, прежде чем нашла нужную дверь. Табличка на ней гласила: «Прием абитуриентов». Сквозь прозрачные панели виднелось скудное убранство кабинета: простая, без изысков мебель, пара компьютеров, кондиционер. За одним из столов сидела женщина неопределенного возраста, с загнутыми назад толстыми рогами. Любопытство Марори не осталось незамеченным: женщина оторвалась от своего занятия, подняла глаза и без интереса окинула девушку взглядом. Марори отпрянула от стекла, мысленно поругала себя за трусость и напомнила, что мосты назад сожжены.
1
Мараабар – место, где живут проклятокровные, огромный город с пригородами.