Страница 35 из 86
– И… с чего мы начнем?
– Вот за это я и люблю мою цыпочку – за послушание и смирение. Для начала мы начнем держаться за руки.
Это его «для начала» могло означать что угодно, но держаться за руки – звучит как будто безопасно. Инкуб и так что ни день ее тискает и подначивает, по крайней мере, первое время ничего не изменится. А там будет видно.
– Тридцать процентов – и по рукам. – Она протянула ладонь для скрепления сделки.
Эашу в ответ сплел ее пальцы со своими, легонько сжал, и прошептал:
– А когда дойдет до самого сладкого, цыпочка, мы сорвем банк.
Она развернулась и вышла, молча прикрыв за собой дверь.
И нос к носу столкнулась с Аситаро. Тот как раз выходил из комнаты с тяжелой спортивной сумкой через плечо. Марори втянула голову в плечи и шмыгнула мимо него, надеясь остаться незамеченной. Но не тут-то было. Эльф сразу же прищучил ее окриком.
– Эй, простокровка, я до сих пор не видел твоего прошения на ловлю фэлфаэра.
После минувшей ночи последнее, о чем Марори хотелось говорить, так это о фэлфаэрах и инициации. Тем более говорить об этом с Аситаро. Тем более, когда рядом нет ни души, чтобы вмешаться в случае чего. Синяк от его удара сошел, и с тех пор Аситаро показательно ее игнорировал – видимо, втолковывания Кулгарда не прошли даром. И все же девушка боялась темного эльфа больше остальных, разве что Крэйл не уступал ему пальму первенства.
– У меня еще есть время, – отозвалась она.
– Хватит тянуть резину, простокровка. Тебя это не спасет. Если страшно – пиши заявление и проваливай. В Хаосе ты окочуришься быстрее, чем успеешь пожалеть, что не прислушалась к моему совету. Поразмысли об этом на досуге.
В ее комнате было слишком душно, чтобы задерживаться там надолго. Точнее сказать – душно было везде. Стены давили на нее и как будто только и ждали случая схлопнуться и расплющить простокровку, как муху. Переодеться – и бегом на улицу, хоть куда-нибудь, лишь бы подальше.
С Нимом они встретились по ту сторону драморских ворот. Пока шли до остановки экспресса, Марори рассказала о своих злоключениях. Когда закончила, получила от него леденец.
– Сколько у тебя их? – улыбаясь, спросила она, разворачивая обертку.
– Достаточно, чтобы угостить одну незадачливую девчонку. Слушай, Мар, давай ты вот прямо сейчас выбросишь всю дурь из головы, а? Эашу нарочно страху напустил, чтобы потом вытребовать дурацкую плату. Ты же умная девчонка, не говори, что веришь, будто каким-то студентам втемяшилось разрушить Равновесие. Ты представляешь, что бы творилось, будь хоть четверть повода так думать?
– А как же ахасы?
– У верена, что это они?
– Ага, – она обреченно кивнула, – я в трех справочниках проверяла.
После того как правда о ее семье вскрылась в кабинете Магистра, Марори решил, что нет смысла скрывать ее от Нима. Так она нашла собеседника для обсуждения своих злоключений.
– Мар, – он съездил ей шутливую пацанскую затрещину, – сегодня суббота. Давай просто отдохнем, а? Может, и не будет другого шанса, раз ты у нас теперь девушка самого Эашу.
И целый день до вечера они только тем и занимались. Сходили на чумовые аттракционы, после которых у Марори натурально полчаса тряслись колени, потому что один из тоннелей в виде драконьей головы дохнул в них самым настоящим огнем. Потом вагонетка пролетела над шинковкой из трехметровых тесаков, за спиной раздался истошный вопль, и их с Нимом окатило чем-то теплым и красным. Эльф хохотал, Марори визжала, как резаная. Потом они сходили в кино на фильм про потрошителя, где в финальных титрах было указано, что все сцены натуральные, без использования манекенов и искусственной крови. Марори вырвало в урну, стоило выйти из зала. Ним спокойно подождал, пока она закончит, а потом сказал, что «раз теперь у нее в животе стало посвободнее», то самое время плотно перекусить. Чем больше она его узнавала, тем больше удивлялась, каким нетипичным представителем своего народа он был. Вот что значит проклятая кровь. Ним любил мясо, а о вегетарианстве своих сородичей пренебрежительно отзывался «придурь», у него были стальные нервы и потребность в острых ощущениях, он был жутко неаккуратным и умудрялся испачкаться даже там, где это было в принципе невозможно. И в ее теперешнем окружении он был единственным, кто не пытался переиначить ее слова и не обзывал «простокровкой».
– Я не знаю, что делать с фэлфаэром, – призналась Марори по пути домой.
Они купили по внушительному куску хорошо прожаренного мяса неизвестного зверя и трескали вкуснятину прямо на ходу, снимая куски с металлического шампура.
– То есть я знаю, в теории, но очевидно же, что мне с этим никак не справиться.
Марори не стала говорить, что весь последний месяц только и делала, что оттягивала неизбежное. Надеялась на какое-то авось, на исключение, которое сделает Магистр, на какие-то поблажки, на сопровождающих или любые другие условия, которые бы облегчали задачу. Но время шло, ничего не менялось, и откладывать больше нельзя.
– Отнеси заявку в понедельник – и всего делов, – спокойно, с набитым ртом сказал Ним.
Она хмыкнула. Если бы не их дружба, решила бы, что эльф никогда и не вникал в ее слова, иначе не говорил бы о смертельно опасных вещах так, будто речь идет о ловле блох.
– Я не смогу, – она повертела в руках на треть съеденный шашлык и отдала его Ниму. Эльф как раз разделался со своими и жадно впился зубами в новую порцию. – У меня нет оружия, – Марори принялась загибать пальцы, – а даже если бы и было – я не умею с ним обращаться. У меня нет опыта, я простокровка, и мое время в Хаосе ограничено максимум десятью минутами. У меня слабый дух: даже если произойдет невероятное и я все-таки поймаю фэлфаэра, мне ни за что его не удержать.
– Ты продержалась три недели.
– Но я не ходила в Хаос.
– Послала к черту шанатара.
– Не помню, чтобы он покушался на мою жизнь, так что это не считается.
Рот Нима был занят едой. Только разделавшись с ней и при этом продолжая выглядеть голодным, эльф вдруг выдал:
– Тогда еще раз попроси о помощи. Во второй раз это может сработать.
– Вряд ли.
– Вряд ли – это страусиная позиция, Мар. У тебя под носом пятерка хорошо натасканных головорезов. Этих ребят два года учили кромсать и убивать. Дополнительные занятия – то, что тебе сейчас нужно.
Эльф нес чушь, конечно, но очень логичную. И как ни пыталась Марори отмахнуться от его предложения, оно все глубже проникало в ее сознание. А ведь правда, от нее кусок не отвалится. А вдруг сработает? Ничего другого не остается.
– Ты знала, что Шаэдис – Мастер резни?
Светлые помогите, тут сплошь и рядом названия такие, что волосы дыбом встают.
– Что еще за Мастер резни?
– Чемпион кубка Резни, лучший среди лучших.
– Ты как будто говорил, что лучший Аситаро.
– В этом году – да. Потому что шанатар сидел в «сухой». Аситаро на каждом углу кичится своим статусом, задирает Шаэдиса, чтобы спровоцировать его на драку. Многие считают, что раз шанатар не принимал участия в Резне, то чемпионство Аситаро – филькина грамота. Поэтому темному позарез нужно задать Крэйлу взбучку, чтобы доказать свое превосходство.
– Шаэдис – лучший из лучших? – В голове не укладывалось, как это немощное сухое создание может быть лучшим. Он производил впечатление существа, не способного поднять ничего тяжелее собственной ноги. Да, была схватка с «чернильными пятнами», но те не ожидали нападения и вообще действовали без оглядки на возможную опасность.
– После «сушки» и отлучения он не в лучшей форме – шанатару такая диета на пользу не идет, но так было не всегда. Потому Аситаро из шкуры лезет, чтобы не упустить момент. Пока у него есть реальный шанс попытаться выстоять. Хотя, как я слышал, даже сейчас мало кто решился бы поставить против Шаэдиса. Так к чему это я? Тебе обязательно нужно заручиться его помощью.
– Предлагаешь бегать с рупором по всему Дра’Мору и умолять Крэйла снизойти до несчастной простокровки? После того как я дважды послала его к чертям? Да у меня больше шансов выйти живой из Хаоса, чем уговорить Шаэдиса помогать. Да и то при условии, что случится чудо, и я его найду.