Страница 6 из 73
*
====== глава 5 ======
- ...таким образом, в результате этой операции СКООН по освобождению заложников, обезврежено тридцать восемь боевиков, четверых взяли живыми, остальные уничтожены в ходе штурма. Двадцать четыре заложника освобождено, из них с ранениями и травмами различной степени тяжести пятеро. Троих спасти не удалось – были убиты еще до штурма, – рапортовал, сверяясь с планшетом, невзрачный мужчина, стоя напротив дубового письменного стола.
- Вот как... – хмурился другой стольже невзрачный мужчина, барабаня по этому столу пальцами. – Проворонили! Под собственным носом проворонили! Дожили! Райотдел полиции террористами захвачен!!! Я еще понимаю – больница, понимаю – школа, институт какой-нибудь, мэрия наконец! Но полиция!!!! Ни в какие ворота не лезет! Всех работников захваченного отдела, независимо от того, где они были на момент захвата, на переподготовку с последующей переаттестацией! Не сдавших – вон из органов! С волчьим билетом!
- Слушаюсь, – кивнул мужчина, стоящий напротив стола, делая пометку в своем планшете.
- Есть еще что добавить? – уже спокойнее спросил мужчина, сидящий за столом.
- Мелочь, – пожал плечами второй мужчина.
- Что за мелочь?
- В операции, в составе СКООН, принимал участие “объект-13”, – доложил мужчина, стоящий перед столом.
- Тринадцатый? – удивился первый мужчина. Морщины на его лбу разгладились. Он убрал руки со стола и откинулся на спинку своего кресла, готовясь слушать. – Рассказывайте.
- По вашему указанию, три месяца назад, в Кадетское Училище, в котором проходит обучение “объект-13”, был переведен Серпуховский Контртеррористический Отряд Особого Назначения Службы Имперской Безопасности, чтобы “расшевелить притворюшку”. Цель была достигнута: “притворюшка” “расшевелился”. Наше предположение подтвердилось: нарушения сна у “объекта-13″ никуда не делись. Просто он научился их качественно скрывать.
- На операцию-то он как попал?
- Все прошедшее с момента перевода подразделения время, “объект-13″ тренировался вместе с основным штурмовым составом СКООН. С “ветеранами”.
- А как же распорядок дня Училища? Кадетский Корпус, это не детдом, там с этим строго, не забалуешь.
- Сперва только по вечерам, после занятий, в личное время. Затем Коршунов организовал ему индивидуальную подготовку на тренажёрах в ночное время. Потом начал проводить совместные ночные тренировки ветеранов с мальчишкой. Насколько я понял, их заело, что какой-то шкет показывает результаты лучше них. Постепенно в глазах СКООНовцев, “объект-13″ стал “своим”. А тут и Коршунов снова подсуетился, и теперь у паренька официальные занятия “индивидуальной подготовкой” по четыре часа в дневное время, каждый день. Те предметы, что он из-за этого пропускает – сдает экстерном. Ну и ночь, естественно...
- Предсказуемо, – отметил мужчина в кресле. – Примерно такого результата мы и ожидали, перекидывая отряд именно туда. Но как он на боевую операцию попал?
- Сигнал пришел внезапно, – пожал плечами мужчина, стоящий напротив стола. – Трое бойцов СКООН были не боеспособны, находясь в госпитале. Решать надо было быстро: Коршунов принял решение привлечь “объект-13″ вместо хотя бы одного из отсутствующих парней.
- Что ж, – вздохнул мужчина в кресле. – Моральная сторона дела – это не по нашей части. Если Коршун решился дать ребенку в руки оружие и отправить его в бой, то останется это на его совести... Как проявил себя в деле Тринадцатый?
- Положительно. Действовал четко, команды выполнял точно, вперед не лез, в герои не рвался, товарищей прикрывал.
- Убитые на его счету есть?
- Пятеро. Прямой огневой контакт. Умудрился отреагировать первым, чем спас двоих бойцов своей тройки. Четыре секунды: пять выстрелов – пять целей. Наповал.
- Неплохо-неплохо, – постучал пальцами по подлокотнику мужчина. – Значит так: награждать не будем. Лишнее это. Оформить “объект-13″ как нештатного сотрудника СИБ. Выплатить положенные оклад и боевые по должности бойца, место которого он занял на операции. Продолжение обучения санкционирую. Но через Начальника Училища не проводить. Оформить легенду-прикрытие: конкурс, там какой-нибудь, участие, поездки, гонорары, сертификаты, официальные письма в Училище, грамоты, кубки... Ну, не мне вас учить. Привлекать Тринадцатого к боевым операциям СКООН разрешаю. С соответствующей оплатой.
- Начинаем вербовку?
- Нет, – покачал головой мужчина в кресле. – Только подготавливаем почву и материал. Хочет мальчик учиться – пусть учится. Боец уровня штурмовика-ветерана с внешностью мальчика-зайчика, готовый участвовать в наших операциях, уже окупает затраты на его обучение. Но всерьез вербовать, пока не разберемся как следует с тем, что же заложили в пацана в этой трижды проклятой Л-51… Понаблюдаем, пока. Пусть идет, как идет. Но предусмотрите возможность повышения сложности подготовки в дальнейшем. Как для него, так и для всего СКООН. Есть мысль... И это не моя мысль, – многозначительно посмотрел на собеседника мужчина в кресле. – Создать некое небольшое, универсальное, мобильное, сверхбоеспособное подразделение для выполнеения особо сложных задач в любой обстановке. Повторяю – В ЛЮБОЙ. Глупость, конечно, но не нам решать. Ничего еще не точно, но вариант со СКООНом пока один из основных.
- Принял, – кивнул мужчина, стоящий напротив стола, делая пометки в своем планшете.
- Что с выжившим охранником из “Хипноса”?
- Нашли. Действительно, во время штурма, лежал в госпитале. Сейчас он переведен на охрану Новотверского Института Энергетики на планете Урал-3.
- Что ж, отправте аккуратного оперативника к нему. Пусть побеседует, распросит. Вежливо и без нажима. Понятно, что охранник знает о проекте чуть больше, чем ничего. Но меня в первую очередь интересуют личные впечатления, как о происходившем вообще, так и о Тринадцатом в частности.
- Сделаем, – кивнул второй мужчина, ставя очередную пометку.
- Вижу,вопросы есть?
- Да, есть. Не жирновато ли будет мальчишке?
- В каком смысле?
- Он подменял не рядового бойца, а командира дюжины. Старшего лейтенанта элитного подразделения. Даже всего одна боевая операция по его должности – очень не маленькая сумма. Простому рабочему на заводе, за такую три месяца работать надо. Не наделает малец глупостей?
- Справился?
- Справился.
- Значит заработал. А глупости... Вот и понаблюдаем, каких глупостей от него стоит ждать. Стоит ли вообще с ним работать.
- Звание присваивать?
- Нет. Нештатный гражданский специалист. Точка.
- Вопросов больше нет. Разрешите исполнять?
- Исполняйте.
*
====== глава 6 ======
Леня смотрел на врученные ему капитаном Коршуновым деньги в своих руках. Много денег. Целых семь сотен полновесных рублей. При зарплате рабочего на заводе в двести и стоимости буханки хлеба в пять копеек, это действительно очень большие деньги. Флаер, конечно, не купишь (нормальный флаер, какую-нибудь бэушную жестянку – легко), а вот легкий спидер, не из самых дорогих, вполне можно потянуть. Леня таких денег в жизни не видел, не то, что в руках держать. До этого дня. А тут – на тебе, “получите, распишитесь”. Получил. Расписался. А потом подошел еще некий “серый” человек. Представился Петровым Петром Петровичем из Службы Имперской Безопасности. Сразу же взял подписку о неразглашении. Объяснил, что ни в какой “операции” Леонид не участвовал, со СКООНом не ездил, а было все совсем-совсем по-другому. Всего-навсего поездка на музыкальный конкурс исполнителей-скрипачей в Нерезиновске, где он, Леонид Васильевич Жестянкин, занял почетное седьмое место. Сценический костюм, грамоты, скрипка, сувениры для однокашников, счета из гостиниц и проездные документы прилагаются. От таких новостей Леня слегка подзавис. Скрипка и то, чем он занимался в компании с Коршуновскими парнями в его голове как-то совсем не складывались. Тут же, пока Жестянкин осмысливал происходящее, Петров Петр Петрович заполнил с Лениных слов форму на допуск к секретным сведениям. Дождался электронного подтверждения. Затем начал объяснять. Точнее ставить в известность, что он, Жестянкин Леонид Леонидович, теперь является нештатным гражданским специалистом, которого, с его согласия, могут отныне привлекать к силовым операциям СИБ в составе СКООН. Позывной “Кашим”. И оплату будет получать в полном объеме по той штатной должности, на которой будет привлечён к работе. А еще намекнул, что возможно, и не только в составе СКООН, если только он будет готов к этому. Еще добавил, что оформляться все это будет, как участие в подобных этому, конкурсах. А оплата оформляться как призовые деньги. “Серый” человек ушел, а деньги в руках остались. И Леонид смотрел на них, соображая, как же теперь быть и на что их потратить. Ведь деньги же надо тратить? Или не надо? Неделя пролетела быстро. Однокашники, хоть и удивились музыкальным талантам мальчика, но темой тем это не стало. Посудачили немного, да и успокоились. Сам же он, в тренажерном зале подготовки СКООНА, стал выделять по паре часов в ночь на занятия с выданной ему скрипкой. Даже что-то получаться стало. Не на седьмое место в региональном конкурсе, конечно, но удовольствие от процесса мальчик получать начал. А большего ему и не требовалось. Неделя пролетела быстро. Пришли выходные, а с ними увольнение в город. И деньги в кармане. Куда пойти? На что потратить? У ближайшего лотка купил себе самое дорогое мороженное. Две штуки. И ушло всего шесть рублей. Из семисот. Печаль-беда. Съел их и больше не хочется. Совсем. Вообще о еде не думается. Сходил в кино на рубль. Помотался в парке на аттракционах рублей на шестнадцать, пока не надоело. В конце увала зашел в магазин электроники и купил себе самый дорогой ноутбук, какой у них был в наличии. Вышло пятьсот семьдесят рублей. Собственно на этом день и закончился. Остальные деньги положил в свой шкафчик в раздевалке тренажерного зала СКООН. А меньше чем, через неделю Петров Петр Петрович позвонил и предложил поучаствовать в “новом престижном конкурсе исполнителей”. Леонид думал не долго, прежде чем дать согласие. А еще через пару недель еще один “новый конкурс”...