Страница 4 из 4
– Уже лучше, но меня больше интересуют ваши планы на луне, и местонахождение остальных членов вашей организации.
– Я ещё раз вам повторяю, что не знаю ничего, о том вы говорите – я старался быть как можно убедительнее.
– Я вас понимаю, нелегко сдавать своих, но можете мне поверить, что вы обязательно мне все расскажите, хотите вы этого или нет, а иначе, – он жестом указал на пистолет, висевший на поясе стоявшего рядом с дверью охранника.
Главарь встал с табуретки, подошёл к стоявшему возле стены человеку в чёрной маске и, похлопав его по плечу, удалился из помещения.
Посмотрев в след ушедшему командиру, боец подошёл ко мне.
– Ты обязательно все расскажешь, – сказал он и в очередной раз ударил меня по лицу.
Перечень пыток не был слишком большой или зловещий, как это показывают в кино, но если бы я хоть что-то знал, то обязательно раскололся, и все эти сказки о нечеловеческой выносливости героев боевиков надуманное преувеличение.
Прошёл час, может быть несколько, а порой казалось, что прошли не одни сутки. Парни заметно выдохлись, отбивая мне почки и нанося удары по лицу. Моя непреклонность, похоже, начала убеждать их в том, что известно мне не так уж и много, а точнее ничего.
– Неужели вы думаете, что пытками, угрозами убийства или страшных увечий можно запугать человека, который лишился смысла жизни, от которой и так остались считанные дни? – я презрительно выплюнул на пол скопившуюся во рту кровь.
Покрутив перед моим лицом плазменным пистолетом, боец демонстративно зарядил магазин в рукоять и, взведя курок, приставил дуло к моему виску – последнее желание, мразь? – сквозь зубы процедил он.
Дыхание остановилось, мысли перемешались, – как можно понять и осознать то, что через секунду ты перестанешь существовать?
Неожиданный хлопок в дальнем конце помещения заставил меня приоткрыть глаза, человек державший пистолет непроизвольно повернулся в сторону резкого звука.
В помещение залетела свето-шумовая граната, и в ту же секунду ослепительная вспышка заставила всех людей в помещении зажмуриться. Резкий толчок в спину повалил меня на пол вместе со стулом, к которому я был, пристегнут пластиковыми браслетами.
Плазменные очереди расчертили все помещение, прямо перед моими глазами. Я увидел, как, истекая струями крови, упал охранник, секунду назад державший пистолет у моего виска. Грохот выстрелов полностью заглушил крики раненых и умирающих охранников.
Меня подняли, один точный взмах большим армейским ножом освободил руки от стягивающих пластиковых наручников.
– Ты пойдёшь с нами! – я услышал грубый, но как показалось в грохоте боя, женский голос.
В ту же секунду меня подхватили под руки и поволокли к выходу из помещения.
Коридоры комплекса были обесточены, тусклый свет аварийного освещения немного давал возможность вдеть направление движения в темноте, разрываемой вспышками выстрелов. На лицах нападавших бойцов были одеты приборы ночного видения, так что ориентироваться в темных коридорах им не составляло большого труда.
Каждое следующее помещение, попадавшееся на пути нашего отхода, зачищалось броском гранаты и очередью из плазменных винтовок. Для того чтобы не попасть в окружение, на всех ключевых перекрёстках бесконечных коридоров были выставлены контрольные точки из одного-двух человек занявших круговую оборону, немедленно отходивших сразу после нашего прохода.
Действия бойцов были поистине профессиональными, это я понял по их невозмутимым лицам и отточенным до автоматизма движениям. Прикрывавшая отход группа из двух бойцов закидывала дымовыми грантами ведущих преследования охранников комплекса.
Несколько трассирующих лучей проскользнули прямо возле моей головы и ударили в спину бегущего впереди бойца, ни бронежилет, ни одетая поверх него разгрузка не спасли от разрывного снаряда, он упал замертво.
Ответный огонь охраны комплекса усиливался пропорционально прибывающим с каждой секундой новым охранникам, оглушающе гремела серена боевой тревоги.
– За мной! – сказала женщина и исчезла и боковом ответвлении коридора, остальные бойцы, не мешкая, последовали за ней.
Пробежав несколько десятков метров, мы оказались в помещении, напоминавшем вентиляционный узел.
Меня положили на пол, остальные бойцы занялись обороной входной двери, практически не переставая вести огонь и не давая возможности охране комплекса подойти близко к нашей позиции.
Опустившись, я обратил внимание на незнакомую женщину, на долю секунды в голову пришёл образ Кристи, хотя по внешнему виду, лицу или фигуре она ничем её не напоминала, коротко стриженые волосы и не большой рост сочетались с её крепким, но всё же женственным телосложением. На вид ей было около сорока лет, её лицо ещё не утратило красоты, но было испещрено тонкими полосками морщин.
– Кто вы такие? – спросил я.
– Мы последняя линия обороны Луны, – запыхавшись, сказала женщина.
– Люди, похитившие Вас, планируют уничтожить термоплазменную станцию на Луне, после чего, от мощнейшего взрыва спутник Земли сойдёт с орбиты и столкнувшись с планетой уничтожит все живое.
– Но, но зачем им это? – меня бросило в пот от её слов.
Это радикальные террористы, они не признают законы тех или иных корпораций или лидеров народов Земли.
– Но причём тут я?
– Врачи сказали, что у меня сильнейшая лучевая болезнь и при любых раскладах мне недолго осталось!
– Вы раньше работали на корпорацию «ArmStrong» и принимали участие в проектировании этой станции, вы должны знать все слабые места комплекса, по которым может ударить враг, – глядя мне в глаза, проговорила незнакомка.
– Но ведь это было более семи лет назад! – грохот от взрыва гранаты возле дверей помещения заставил меня замолчать и упасть на живот, закрывая руками голову.
Несколько бойцов откинуло взрывом в середину помещения. Наши силы таяли с каждой секундой. Два человека, оборонявших входную дверь уже были убиты, боезапас группы подходил к концу.
Окинув взглядом, стоящие вдоль стены холодильные камеры, женщина скомандовала, и выжившие бойцы принялись заваливать входную группу.
– Будем двигаться по вентиляционным коробам, они должны вести к вытяжной камере на поверхности, – крикнула женщина и несколькими точными выстрелами выбила решётку шахты.
Заминировав самодельные баррикады, четвёрка выживших бойцов и я начали залазить в вентиляционный короб.
Силы бойцов были на исходе, тем более среди оставшихся четырёх человек трое имели те или иные ранения, так что ползти по вентиляции мне пришлось своими силами.
Теряясь во времени, мы продолжали ползти по длинным коробам, благо они были значительных размеров, скорее всего из-за того, что комплекс состоял из больших по площади помещений, скрытых на значительной глубине под землёй и требующих большого объёма циркулирующего воздуха.
Грохот взрыва где-то позади нас подстегнул ускорить и без того не медленные движения.
– Они пробили баррикаду, – сказал один боец – у нас совсем мало времени.
– Я знаю! – подтвердила женщина, достав рацию, проговорила – орёл один, орёл один это наземная группа каков ваш статус? – приём.
Шипение резко сменилось голосом человека – наземная группа, – это орёл один нахожусь в трёх минутах лету, обеспечьте безопасную зону посадки, как понял? – приём.
– Принял, – резким голосом ответила женщина.
Через минуту я увидел свет в конце, казалось бы, бесконечного тоннеля.
Наконец-то мы выбрались из короба и оказались в помещении, оборудованном большими приточно-вытяжными установками. Свет, показавшийся лучами яркого солнца, был ничем иным как освещением диодных ламп, закреплённых на стенах и потолке. За металлическими решётками сквозь тьму ночи, виднелись прожектора освещения комплекса.
Два бойца незамедлительно, открыв верхний люк и прикрепив в дополнение к коллиматорным, оптические прицелы, заняли оборону на крыше сооружения, третий занял оборону у входа в камеру.
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.