Страница 33 из 51
За этим мог последовать полный государственный крах, но пути Господни воистину неисповедимы. За этим последовал золотой век русской монархии. Это настоящее чудо. Без малого век дворцовых переворотов, когда монархия превратилась уже в пародию, и вдруг — словно буря стихла — целый век внятного самодержавия. Ни каких больше баб на троне, ни каких дворцовых переворотов, у царя всегда есть наследник, вполне здоровый, и к моменту наследования он всегда в зрелых летах. Александр I, Николай I, Александр II, Александр III, Николай II — череда замечательных русских монархов, кстати, очень непохожих друг на друга, всегда стремящихся исправить недостатки предыдущего царствования, делать всё по–другому, и это замечательно, потому что в этом и есть развитие.
К XIX веку Бог словно простил Россию за её грех. Словно русские святые у престола Божьего отмолили Россию. Наша страна долго не могла прийти в себя от впрыснутых ей западных ядов, а тут она как будто окончательно их переварила. Многое западное на Руси приобрело уже черты национальные, перестало быть чужим, перестало нас разлагать.
И православие начало понемногу возрождаться. Наша древняя вера начала возвращать себе древние, то есть истинные черты. В России появились преподобный Серафим Саровский и оптинские старцы — прямые духовные наследники преподобного Сергия. Духовная связь времен была восстановлена.
Что же произошло с не очень–то благополучного воцарения Александра I? Государь, взошедший на трон благодаря цареубийству, да к тому же ещё государь–республиканец, положил начало золотому веку русской монархии. Александр I — один из самых загадочных русских царей. Явно не желавший смерти отца и напрямую не причастный к его убийству, он столь же явно всё своё царствование страдал от того, что косвенно, невольно всё же оказался причастен к цареубийству. А, страдая, русский человек молится. Осознавая свой грех — кается. Во многом пребывая в плену республиканских иллюзий, этот царь сохранил православную душу.
Легенда о том, что Александр I не умер, а в образе старца Федора Кузьмича ушёл в народ, чтобы разделить страдания народа и замолить свои грехи — это, может быть, ключ к пониманию духовной сути его царствования. Не знаем, насколько эта легенда соответствует действительности и не станем гадать, но раз уж эта легенда появилась, значит народ понимал духовную суть этого государя именно так — глубоко православно. Может быть, Александр — Федор Кузьмич, человек покаянного настроя, отмолил Россию? В любом случае — не он один. Видимо, на Руси было не мало Кузьмичей, отмоливших свою страну. Кажется, при этом государе было восстановлено мистическое, молитвенное единство царя и народа. Во всяком случае народ, поверив в «Федора Кузьмича», поверил в своё молитвенное единство с царем, а это само по себе уже не мало.
И вот опять всё полетело вверх тормашками. В феврале 1917 года? Нет, когда у царя родились четыре дочери подряд, а пятый ребенок — мальчик — нежизнеспособный. Пятеро детей и ни одного реального наследника. Николай II был хорошим царем. Он вполне осознавал своё предназначение и вполне ему соответствовал. Он царствовал. Россия в его царствование развивалась и экономически, и духовно. Тогда русские словно вновь открыли православие, очищая его от позднейших наслоений, как древнюю бесценную икону. И саму иконопись открыли тогда же, и вдруг начали строить храмы в византийском стиле. Вот когда русская православная мысль развивалась в гармонии с развитием русской тяжелой промышленности. Тогда же созрели до того, чтобы освободить Церковь из государственного рабства — избрать патриарха.
Но Господь самым очевидным образом отнял благословение у династии Романовых. Правление этой династии было прервано не революцией, а Богом. После «мужского» XIX века ни кого в России уже и мысль не посещала, что на русском троне может сидеть женщина, а у царя были только девочки и больной мальчик. Не кому было продолжить династию. А ведь рождение детей, мальчиков или девочек, это то, что целиком зависит от Бога, то в чем наша воля совершенно не участвует. Если бы Бог тогда благословил династию Романовых, он дал бы наследника. Представьте, что вместо первой дочки у царя родился бы сын. В 1917 году ему было бы 22 года. Возраст более, чем достаточный для того, чтобы венчаться на царство. При самом тяжелом стечении обстоятельств было бы кому передать власть. И великая княжна Ольга Николаевна, если бы Бог благословил, могла бы уже принести царю крепких здоровых внуков. Это тоже был бы вариант. У царя могли быть братья, готовые подхватить корону. Но их не было. Великий князь Михаил, в пользу которого государь отрекся, был единственным сколько–нибудь реальным претендентом на трон, но он даже не попытался принять корону, которую передал ему государь.
Надо ослепнуть, чтобы не видеть, что Бог лишил Романовых благословения. Почему? Как всегда — не известно. Но как всегда — причины тому духовные. Век XVIII, век духовных искажений, когда русская монархия превратилась в недостойный фарс, бесследно не прошел. Болезни, оказавшиеся законсервированными на целый век, все же проснулись и убили нашу монархию. Может быть, одна из причин вырождения дома Романовых — германизация русской монархии.
И вот сегодня, когда начинают поговаривать о реставрации русской монархии, рассматривая в качестве основного варианта Романовых, а точнее — Гогенцоллернов, это выглядит как очередной дешевый фарс. Попытаться возвести на русский трон господина Гогенцоллерна только потому, что он имеет гомеопатические дозы романовской крови, можно только с одной целью — дискредитировать идею реставрации монархии. И сами–то Романовы давно и окончательно утратили права на трон, а Гогенцоллерны и ни когда их не имели. Да неужели ещё не наелись германскими принцами и принцессами за XVIII–XIX века? Неужели ни кто не помнит, как это выглядело?
Если же серьезно относиться к вопросу реставрации монархии в России, то вопрос этот надо для начала решить в принципе, ни о каких династиях вообще не вспоминая. Разговор о восстановлении трона не может быть разговором о вручении короны конкретным лицам. Надо говорить о созыве Земского собора и не пытаться преопределять его решения. И по мне так на соборе германо–романовские претенденты должны стоять в самой последней строчке.
Русская монархия, если таковой суждено состояться, должна стать монархией прежде всего русской. А для этого нужна новая династия. И чтобы обрести эту династию, надо не пасьянсы раскладывать, а Богу молиться. Русский народ может вымолить царя у Бога. И тогда вдруг появиться законный претендент на трон, и мы не усомнимся в том, что он законный, потому что Бог явно на него укажет. И вряд ли это будет тот человек, которого подберут политики.
Если мы действительно хотим царя, а не коронованного президента, то должны понимать, что дарование царя может стать только плодом молитвенного напряжения, а ни как не плодом политических интриг. Чтобы Бог даровал России царя, русский народ должен искать Божьего, а не своего. А пока Россия царя не заслужила, поэтому и лезут нам в голову всякие гогенцоллерны.
С чего начинается Родина?
Вы можете объяснить мне, что такое Родина? Если человек защищает Родину, он что защищает? Если человек предал Родину, он что предал?
Годами я задавал эти вопросы всем, кому только мог, и вовсе не для того, чтобы уличить собеседника в непонимании простых вещей, а потом раскрыть своё глубокое понимание. Нет, я и сам не мог понять, что такое Родина с того самого момента, как только задумался об этом. А если честно, то и теперь не понимаю.
Причина этого затруднения, казалось бы, ясна. Нет ничего сложнее, чем объяснить простые вещи. Попробуйте дать точное определение общеизвестному понятию, и у вас тут же возникнут проблемы. Что такое небо? Что такое человек? Что такое культура? Однако, скажу, что моего умственного ресурса всегда хватало на объяснение таких вещей. Ни когда не мучился с формулировкой больше двух минут. А вот что касается «Родины», то мне и многих лет не хватило на то, чтобы выразить, что это такое. И ни один их моих собеседников не дал мне сколько–нибудь удовлетворительного ответа. И ни одна умная книжка не помогла.