Страница 6 из 47
— Марта значит… — задумчиво повторила я. — Значит так, Марта, я не Ваша Светлость, а госпожа Ведьма, мэм, фрау, синьора, мисс да как угодно, хоть сэр! Но не Ваша Светлость, поняла?
— Да, госпожа Ведьма-мэм-фрау-синьора-мисс-да-как-угодно-хоть-сэр-но-не-Ваша-Светлость! — отрапортовала горничная и склонилась в очередном реверансе. — Поняла!
Мда. Не получилось.
Я спустила ноги с кровати, сразу же утопая чуть ли не по колено в шерстяном ковре. Огромненные покои, предоставленные мне, были под завязку упиханы корзинками и вазами с цветами. Очень негармонично подобранными цветами, запахи которых перемежались в нечто невыносимое. Как только не проснулась от такого?
— Тоже певец?
Марта кивнула и набрала воздуха, явно намереваясь снова выдохнуть всю комбинацию на одном дыхании.
— Марта, будешь звать меня просто госпожой Ведьмой, — прервала её я и поморщилась. Принц завыл ещё протяжней, умоляя меня подойти к окну. Избавиться от Его Высочества представлялось всё тяжелее. — Будешь докладывать мне, всё, что услышишь.
Я расставила руки в стороны, позволяя себя одеть.
— И я хочу знать все сплетни!
Марта кивнула, продолжая своё занятие. На меня были натянуты: сорочка до колен, а под неё самые длинные панталоны, что я когда-либо видела, корсет, пояс, веревочки какие-то, шнурочки, и, наконец, роскошное оранжевое платье с тесным лифом, рукавами-буфами и широкой юбкой. Расшитое драгоценными камнями и, разумеется, от того очень тяжёлое. Но красота — требует жертв.
Управлялась Марта очень быстро. Мои черные волосы были расчесаны и подобраны наверх в красивую прическу. Сверху надето то, что, как подсказал мне неудачный опыт повышения культурного образования, называлось фероньеркой. Такое украшение вроде колье, только на лоб. К сожалению, больше двух встреч клуба анонимных искусствоведов я не перенесла, а потому смогла определить своё платье лишь как Ренессанс. Может, ранний. Я всё отчаянно пыталась определить время, в котором пребывал Дарем.
Кстати, за ночь я прибавила ещё год. Итого: неутешительные восемнадцать.
— Госпожа Ведьма, вы прекра-а-асны! — в очередной раз выдал Принц.
Глаза Марты серым сверкнули в зеркале.
— Марта? А у нас случайно нет лишней вазы? — заговорщически поинтересовалась я.
— Есть, госпожа Ведьма, — послушно согласилась та.
А глазки так и светятся ехидством. Нет, она мне решительно нравилась всё больше и больше. Так. Это мне показалось, или у неё по клыкам скользнул змеиный язык!?
— Поделиться ею с Его Высочеством? — прошипела Марта и грозно прищурилась.
Ну змеиный и змеиный. Пускай. Зато поняла меня с полуслова.
— Ага, — довольно оскалилась я.
— Сейчас сделаю, госпожа Ведьма.
И Марта выудила из моей надгробной композиции местной флоры самую большую и явно самую тяжелую вазу. Она её еле в руках удерживала. Показала мне. Теперь я лыбилась ещё шире. Марта пробралась к окну, поставила вазу на пол и открыла окно, из-за чего комнату накрыло песней.
— Подарок Его Высочеству от госпожи Ведьмы! — объявила Марта покруче вчерашнего индюка в красном.
Принцу на голову произошло явление вазы. Не ожидала я, что она прямо на него скинет, поэтому подскочила к окну. А то не бывать мне Королевой, если с пасынком что случится. Но нет, как выяснилось, волновалась я зря. Принц был в шлеме, и теперь из забрала торчали цветочки, а из лат просачивалась вода.
Мы с Мартой рассмеялись.
— Молодец, — похвалила я горничную. — Давай пять. — Протянула к ней ладонь, забывая об эпохе. Вздохнула под удивленно-напряженным взглядом, чья хозяйка соображала, что же ей велено делать. — Прикладываешь свою руку, — пояснила я и взяла её за запястье. — Вот так.
Запоздало вспоминая местные обычаи, и что ведьм тут трогать не положено, осознала, что натворила. Но нет, Марта сияет поярче той самой улетевшей в Его Высочество вазы.
Мой утренний туалет продолжился уже без музыкального сопровождения. Марта раскладывала передо мной драгоценности, целыми шкатулками, а мне оставалось лишь тыкать пальцем.
Не знаю почему, но колье выбрать я так и не смогла. И это не то, и то не это. Зато кстати вспомнился бабушкин кулон, идеально легший в открытый вырез.
А вот косметики мне так и не дали. На мою просьбу Марта удивленно сбегала за белилами. Белила были самые что не наесть, эм, белые. Краска для губ тоже не внушала доверия своей яркостью, но ещё больше составом.
И вот я, почти при полном параде, гордо прошествовала в тронный зал, где, как сообщили, был Король. Вскинув подбородок вверх, придерживая подол платья, я прошла внутрь под громогласное объявление моего прибытия.
Его Величество расположился на массивном деревянном троне в конце зала. Откуда-то, где чисто теоретически должны были начинаться потолки, свисали позолоченные, а, может, и золотые, люстры. Уж очень много золота было на один тронный зал. Вместе с тёмным деревом и красными стенами смотрелось всё очень красиво. А главноедорого.
Стоило Королю меня увидеть, как он вскочил с трона и поспешил меня встречать. Споткнулся на ступеньке, которые вели к трону, и был пойман вчерашним толстым советником, но уже в синем. Боялся со стенами слиться что ли? Но, благо на Короле доспехов не было, бородатый советник Его Величество удержал. Даже поставил на ноги и отряхнул. Привычно так. Похоже, Король тут каждый день летает.
— Госпожа Ведьма, как же я рад вас видеть! — воскликнул Король и поспешил ко мне с распростертыми объятиями. — Как же я рад вас приветствовать! — продолжал распинаться он. — Доброго вам утра, госпожа Ведьма!
Обнять себя я не дала, перехватив и пожав его руку. Королевская особа сильно удивилась, но спорить не стала и уже через мгновение активно трясла мою бедную ладошку.
— Ваше Величество. — Ноль реакции. — Ваше Величество! — уже настойчивей повторила я.
— Да, госпожа Ведьма? — наивно-добродушно улыбнулся он, продолжая трясти мою руку.
— Ваше Величество, вы мне сейчас руку оторвете! — Сама вырвала у него свою ладонь. — И утро у меня задалось отнюдь не доброе, меня имели наглость разбудить.
— Кто посмел!? — возмутился Король и оглядел тронный зал, как будто надеясь там найти виновника. — Вы, Лорин, — это мужчине в чёрном у трона, его я сначала и не заметила, — или вы, Трефорд? — это уже толстяку.
— Ваш сын, — хмыкнула я.
Король застыл с открытым ртом и глупым выражением лица.
— А… так… же… Влюбился мальчик! — быстро нашёлся он. — Да-да, как увидел, так сразу влюбился, говорит, папа, не могу без неё, и я его отлично понимаю вы…
Бла-бла-бла. Сашуня — корона. Эх, меня и так вообще всё устраивает, но как звучать будет! Ваше Величество госпожа Ведьма.
— Ваше Величество! — прервала я Короля. Поманила его к себе ладонью и зашептала, — Ваше Величество, дело в том, — бородатый советник не спускал с нас глаз, отчаянно подслушивая, и я понизила голос. Вот второй мне нравился намного больше, стоит себе к тени трона и стоит. — Дело в том, что, понимаете, ваш сын, может, и храбрый и поёт хорошо, и баллады играет, да не нравится мне он. Не подходит мне он, понимаете? Тут со мной такая странная история со мной приключилась, но, несмотря на то, как я сейчас выгляжу, я гожусь ему в матушки.
Его Величество удивленно на меня уставился и заморгал.
— Ваше Величество, — медленно и вкрадчиво повторила я. — Я. Гожусь. Вашему. Сыну. В ма-туш-ки.
Даже приподнялась немого на носках, чтобы оказаться прямо на уровне его глаз.
— Намёк понят?
Король вытаращил глаза и окинул меня оценивающим взглядом. В голубых глазах отразилась какая-то деятельность. Наконец, мужчина просиял. Советник в синем разве что шею не успел свернуть, пытаясь заглянуть через Короля, загораживавшего меня от него спиной.
— Намёк понят, — подтвердило Его Величество Король Дарема.
И вот именно этот самый момент выбрало Его Высочество, чтобы вбежать в зал. Через вторую дверь, ту что сбоку от трона.
— Папа, я…