Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 81 из 156

- Нравлюсь?

- Окстись, сосунок! Я тебе в мамки гожусь!

Оборотень заржал:

- Мне пятьдесят четыре года, женщина.

- Да? – огорошенно протянула волчица, уже в открытую разглядывая Никона. - А на вид лет двадцать. Ты на молодого Шварца похож. Морда кирпичом – точь-в-точь как у киборга в “Терминаторе”.

Желев подвис. Полина присела рядом:

- Актёр у нас популярный очень. Мужики фанатеют. Он такой!... Ну, такой!!! Никакой течки не надо! Понял?.. Рост – метр девяносто. Грудь – полтора метра в обхвате…

- Да ладно врать! – недоверчиво хмыкнул оборотень.

- Не вру! У меня муж его постерами все стены заклеил, после выхода второй части. Я столько раз Термика смотрела, что наизусть запомнила…

- Какого термика?..

- Терминатора, - поправила женщина. – Слушай!..

 

Виттур с Ансуром, вернувшись из города, недоуменно уставились на устроенное во дворе замка представление.

- Не понял, - Рейнгольд непроизвольно затормозил, разглядывая Полину, увлечённо рассказывающую что-то.

Желев и Каминский слушали её аки малые дети, раскрыв рот. А волчица не просто говорила, она ещё и показывала. Оборотень пригляделся, пытаясь понять что… Кто-то полз, тяжело полз… Резкий взмах рукой, словно пытался схватить кого-то впереди – Сварн аж вздрогнул и на всякий случай отодвинулся подальше.

Шеремет откровенно наслаждался, наблюдая за этим балаганом. А Виттур, наоборот, нахмурился.

 

- …Он достаёт пистолет и говорит с ухмылочкой: “Аста ла виста, бейби”! Бах!!! - и Т-1000 – вдребезги!!!

Полина вошла в раж и не сразу заметила новых то ли слушателей, то ли зрителей. Сварн и Никон честно пытались намекнуть оборотнице на появление альфы - не получилось.

- Очень интересно!

Полина обернулась:

- Да?

Рейнгольд прищурился:

- Так у нас наказание возле столба ещё не отбывали… Чтобы весело да со зрителями! Правда, Сварн?

Серый, смущённо кашлянув, смылся. А Виттур перевёл взгляд на Белого волка в ошейнике:

- А ты, Никон, уже всё переосмыслил, понял, что менталист – это большая ответственность, а не личная забава?

Парень тяжело вздохнул:

- Да, альфа.

- Ты знаешь, что должен делать?

- Да, альфа.

Рейнгольд шагнул к замку. И вдруг:

- Альфа, а ошейник? – напомнила оборотница.

Желев зло шикнул на неё. Женщина прикусила язык, но было поздно. Виттур повернулся к ним, ожидая пояснений. Полина вздохнула:

- Я подумала, раз все всё осознали, может в дом пойдём? Что мы вокруг этого столба, как кони вокруг коновязи, прыгаем?

Ансур, давясь от смеха, метнулся к дверям:

- Прости, Рейн! Я больше не могу!

Полина сжалась, предчувствуя разнос, но вожак молча пошёл за бетой. Никон недоуменно тряхнул головой: ему показалось или Виттур так быстро скрылся в доме, чтобы самому не рассмеяться? Женщина устало села на деревянный помост:

- Холодает, однако.

- Что на тебя нашло?

- А что?

Желев сел рядом:

- Альфа без необходимости не наказывает. И точно знает, когда простить. А ты лезешь куда не надо!

- Ну, спасибо! – обиделась Полина.

-Твоя защита выглядит так, как будто ты ко мне что-то чувствуешь.

- Ошалел?

Никон криво усмехнулся:

- Если самка бросается на защиту, то это или ради детёнышей, или чтобы прикрыть горло своей паре.

Полина выпрямилась, озадаченно потирая лоб:

- Что ж у вас всё не как у людей?!

- А мы и не люди, - последовал резонный ответ.

…Через два дня Никон Желев покинул замок Виттура навсегда. Теперь ему предстояло решать судьбу пятерых своих товарищей и отвечать за их жизнь.

 

Ансур пару дней ещё обижался и в качестве наказания велел волчице подготовить реферат по психологии оборотней. Полина откладывала до последнего, надеясь, что бета смилуется и отменит эту нудятину, но Шеремет упёрся. Волчица поплелась в библиотеку, которую за время пребывания в замке нашла бы с закрытыми глазами. Тем более помещение располагалась по соседству с кабинетом Рейнгольда, так что долго искать не было необходимости. Привычно прошлась вдоль стеллажей, выбирая подходящую литературу, присела на широкий подоконник, листая справочник. А потом услышала голос Виттура, вернувшегося из города, и, не задумываясь, спряталась за плотную широкую портьеру. Без напоминаний поставила ментальный щит – Шеремет мог гордиться ученицей.