Снегирь и волк

Цветень (апрель – Прим. авт.) был временем Стаха Карнеро. Чёрный не стал звать Полину к себе, а сам приехал в Галинган. Они сидели на скамейке, наблюдая за пришвартовывающимися кораблями. Судоходный сезон совсем недавно открылся, и на пристани было полно зевак, глазеющих то на большие корабли, то на крохотные судёнышки.

- На Земле сейчас тоже весна. Скоро май… то есть тревень – и каникулы! – вдруг заметила женщина.

- Каникулы? – переспросил оборотень, жуя что-то.

- Поверь, никто так не радуется каникулам, как учителя.

И Полина как-то притихла. Чёрный заглянул ей в лицо:

- Ты чего?

- Лёша…

Мужчина вздохнул, хорошо зная, как Полина тоскует по сыну.

- Мы этим летом собирались на море съездить. Деньги копили. Лёша так мечтал об этой поездке…

 

Когда Стах Карнеро позвонил ему, Ян насторожился:

- Чего тебе?

- Давай поменяемся месяцами!

- То есть?

- Ты мне уступишь тревень, а потом изок и страдник (июнь и июль – Прим. авт.) – твои.

- Зачем?

- Надо.

Грис отказался чисто из вредности:

- Нет.

- Да пойми ты, я Полинку порадовать хочу.

Ян и так исходил от ревности, а тут Стах со своим “порадовать”!

- А я не хочу?! Радуй в своё время.

- Потом будет поздно, - брякнул Карнеро.

Серый заинтересовался:

- Стах, что ты удумал? Колись, или натравлю Гаруальда.

- Сука ты, серый! Я ж правда для Полины стараюсь.