Страница 8 из 10
Звуколёты американцев бомбили русский Берлин россыпью мощных авиабомб. Дома складывались как карточные домики, когда приходили в действия на нижних этажах распыляющие огонь начинки авиабомб. Этот чертовски завораживающий огонь находил почитателей и среди русских, стоявших среди сирены и ошмётков порушенных зданий, взирающих на это адское зрелище. Лейтенант прислонился спиной к дорожному светофору, поднял голову и долго пытался увидеть вечернее небо. Зачем оно тебе, милый друг? Небо шептало ему бессвязные слова, но Анатолий всё-же пытался разобрать их смысл, их тайну.
Весна и война мало имеют общего, но этим днём, на 174-ый день войны они срослись как два близнеца. Огромной силы и мощи удар отбросил лейтенанта от стены. Один из ботинков, плохо зашнурованный отлетел метров на двадцать. Анатолий схватился за голову, заголосил по-рязански и этот вопль раненного человека стены приняли на себя. Пустая улица наполнилась дымом. Стёкла, разлетевшиеся вдребезги, отражались еле пробивавшимся светом луны.
Странные мысли заполонили лейтенанта. Сев на колени, он стал рассматривать свои руки. Кровь кровоточила в ногтях, вены вздулись и были похожи на полноводные реки на космическом снимке. Раз, два, три. Раз, два, три. Сердце невероятно странно прорывалось тройными ударами поочерёдно. И когда лейтенант захотел встать на ноги и направится в бомбоубежище, до которого оставалось 50-70 метров, адский взрыв ударил его в грудь.
Наполненные руки раскинулись на асфальте дороги. Лейтенант пытался дышать, но переломанные рёбра впивались в лёгкие и вызывали ужасно пронзительную боль. Дверь рядом расположенного ломбарда осторожно открылась, из неё вышел сухонький старичок, в пенсне и палочкой в правой руке. Старик направился в сторону лежащего на пузе лейтенанта, маска которого разорвалась и валялась в луже. Приподняв раненного, хозяин ломбарда вгляделся в черты незнакомца. Это лицо поразило его свой знакомостью. Старик вынул газету из кармана, развернул её и фотография президента России Виктора Сорокина выдавила из глаз слезу.
Бывало ли у тебя, мой читатель, чувство некоторого озарения среди суеты и обыденности? Ты скажешь, что это привилегия поэтов и любителей красоты. Ты будешь как всегда прав, но только если не вступишь в дальнейший диспут. Это самое озарение охватило и того старика, когда он увидел что этот лейтенант и русский президент Сорокин - одно лицо. Но как такое возможно? Мир полон загадок, но часто он подвержен логике, но какая логика в нахождении президента, место пребывания которого - Москва, Кремль, охраняемого тысячами опытных и неслучайных спецслужб, здесь, почти в центре Европы. И всё же Сорокин лежал на руках старика и тихо умирал. Взрывы утихли, уходили в прошлое. Помощь, подошедшая на радость окруживших это место трагедии, была уже лишней.
Весна могла бы принести более подходящую весть людям всей России и жителям отвоёванных у американцев территорий. Но это весть была горька словно листок полыни. Глубоко вошедшая боль в тело России не могла сломить силы её войск, однако, с этого дня сбылись наихудшие предсказания: русская армия начала отступать. Через неделю отдан назад Берлин, потом Прага, а через месяц и Варшава. Русский медведь уходил обратно в свою берлогу. Вашингтон ликовал, скалился как бездушный волк, почуявший море крови.
Глава девятая
- Держите ракетку чуть с большим наклоном, - делился своим опытом теннисиста брат Тимофей, говоря своему собрату Иосифу чуть заговорщически приглушённым голосом - Чувствуйте направление ветра и не подворачивайте ногу, а не то вывихните суставы! - Сказав это, Тимофей мощно рубанул по канареечно-жёлтому мячу и отскочил к сетке. Жадно вздохнув, он ещё раз принял мяч и поставил точку в этом сете редчайшим мастерским забросов в правый угол передней разметки.
Обнявшись, братья влиятельного тайного общества уселись на раскладные стулья, вытирая пот полотенцами, принесёнными девочкой лет 17-ти, в лёгкой полупрозрачной тунике. Жаркое бангкокское небо пылало как раскалённая сковорода, ослепительно лазоревое небо радовало каждые неравнодушные очи, понимающие, что в этом месте и в этот час всё самое прекрасное предоставлено в твоё распоряжение: земля, райская и обнажённая, небо, женственнее которого уже не сыщешь и пряный густой воздух, опьяняющий всякий организм своим очарованием.
- Мир тесен, но он такой не от масштабов своих и человеческих, а от идеального представления в глазах этих самых людей: мы, двуногие и прямоходящие любим размах, жаждем простора для своих мозгов и рук, чтобы создавать себе рабов, слуг и прочей челяди. - Терпеливо объяснял брату Тимофею жизнь его старший собрат, отвечая на вопрос: в чём смысл жизни. Тимофей впадал в философские рассуждения каждые полчаса, что не соответствовало легенде: каждый мужчина каждые полчаса думает о сексе с женщиной. - Вот ты говоришь: в чём жизнь имеет смысл. Она имеет все основания этот смысл не иметь, но ведь будем его придумывать, ломать копья об его гранит бессмыслия. - Брат Иосиф входил в раж. - Мы с тобой думаем как этот мир подчинить себе, дать ему такой аркан, от которого он стал не только послушнее, но долговечнее. Эта сеть у нас работает 3 года, но мало результата. Пойдём, хлебнём тоника, в горле пересохло...
В сиреневом шатре стоял столик, а на нём возвышались пирамидой бокалы с пенящейся жидкостью. Брат Иосиф набрал в рот капсул с витаминами и закинул в рот. Пытаясь быстро запить, он поперхнулся, и глаза старого ценителя эзотерики чуть не вышли с орбит. Он часто делал что-то невпопад, списывая всё это на поэтичность своей натуры. На самом деле, постоянно о чём- то размышляя, брат Иосиф забывал где он находиться и по какому поводу. Ну, типично русский писатель из глубинки!
Оба брата легли на столы для массажа, и каждый предоставил своё тело в распоряжение двум японкам, бесшумно вошедшим в шатёр на цыпочках, с неизменными улыбками на лицах без морщин, хотя они были и не молоды. Розовые тела членов тайного общества быстро были приведены в наилучшую форму под опытные действия натруженных, но не грубых пальцев. Когда-то эти японки массажировали рыхлое тело жены американского президента Максвилла, но теперь они пошли на повышения, которое вылилось в шикарные особняки и достойные счета в Bank of America.
Одевшись в смокинги, двое братьев сели в роскошный лимузин и отправили в место, о нахождении которого знали в мире лишь восемь человек, самых неслучайных и самых влиятельных. Эти люди если и не правили всем миром, но уж дёргали самые важные верёвочки. Они готовили приход Антихриста, погружали Землю в хаос, но в хаос предсказуемый и управляемый. Они многое взяли у своих предшественников, дополнили это крупным искусственным разумом, вбирая своими руками самое сердце мировой политики, мирового бизнеса и мировой культуры. Мир изменился давно, но кто об этом знает, не боясь умереть раньше срока?
В этом тайном месте была тишина, хотя там беспрерывно шла работа. Как такое возможно? Искусственный разум научился так служить человеку, чтобы приносить ему полно удовлетворение. Белые зеркальные экраны на потолке вбирали в себя все неблагозвучные звуки, и операторы, управляющие мощными ПК, также мало уставали, как устают верблюды в адской пустыне. Работа по управлению миром раскинула свои паутины глубоко и основательно, так что хищные улыбки Тимофея и Иосифа были к месту. Весь мир был сосредоточен в этом бункере на окраине Бангкока и этот мир приносит в их тайные банковские закрома уйму денег. Так много, что нет столько нигде кроме них!
- После партии в теннис деньги имеют особо привлекательный запах! - восторженно произнёс брат Тимофей. - Смерть русского президента обошлась нам безумно дорого, но раздел России толкнёт мир в ту пропасть, в которой его ждёт сам Хозяин Тьмы. Подтолкни человека и он рухнет вместе со свои городом, страной и всем миром вкупе. Ужасно непрактично, хотя и привлекательно с финансовой точки зрения. Не так ли, брат Иосиф?