Страница 4 из 21
Таким образом, пришлось считать по таблицам прошлого века, которые точнее советских. Рост Пушкина, что указан его братом Львом, 164,5 сантиметра «с небольшим», а записанный Чернецовым – 166,7. Рост, который указал для полиции сам Александр Сергеевич, 160 сантиметров. На деле Пушкин был ниже, чем указал Лев, на 4,5 сантиметра и ниже по сравнению с чернецовской меркой на 6,7 сантиметра. Хочется сделать нашего Пушкина повыше; не потому ли пушкинистика игнорирует Хохлова?
Читатель вправе поморщиться и сказать: «Ну, ладно! Великий Пушкин был длиной тела 160 сантиметров. Какое, черт побери, отношение имеет это к стихам, прозе да и вообще ко всему, связанному с поэтом? Что нам за дело до его роста?»
Хочется сразу ответить: никакого! Рост у поэта был маленький, но не карликовый, особенно если учесть, что люди тогда были пониже ростом. Однако по сложившейся за два века традиции в Пушкине нам важно абсолютно все, включая рецепт на лекарство, которым он лечил гонорею. И его рост требовал уточнения, чтобы занять свое маленькое место в биографии большого поэта.
Тут можно бы остановиться, а все ж добавлю: Пушкин почему-то сказал, что маленький рост – «самый глупый». Над этими двумя словами я задумался и потому морочу вам голову.
«Самый глупый рост»?
На что обращаете вы внимание прежде всего, встречая незнакомого человека? Вероятно, сперва на то, что сразу бросится в глаза (беру наугад): корона на голове, борода до пояса, сигара во рту, яркий бант на шее, голубой цвет волос, чрезмерное декольте, костыли. Рост отметите сперва, если только перед вами коротышка или великан. Пушкин воспринимал людей иначе. Для него, с его необычайным даром метких характеристик, рост любого человека был первой и, значит, главнейшей приметой. Именно рост в описании героя для инженера человеческих душ Пушкина – прежде всего! И еще: внимание поэта занимал в основном рост мужчин. Рост женщин он указывал реже, но обязательно отмечал, если женщина высокого роста. Типажи его легко сортируются на три группы: среднего роста, высокого и маленького.
Герои среднего (он иногда писал середнего) роста. В «Записках бригадира Моро-де-Бразе», когда тот встречает нового человека, Пушкин замечает: «Он был среднего роста, сложен удивительно стройно…». «История Пугачева» – о Пугачеве: «Незнакомец был росту среднего, широкоплеч и худощав», а несколькими страницами позже, видимо, забыв, что про рост уже сказано, повторяет: «Он был сорока лет от роду, росту среднего, смугл и худощав…». В «Капитанской дочке», писавшейся одновременно с исследованием о Пугачеве, повторяется уже знакомое: «Он был лет сорока, росту среднего, худощав и широкоплеч».
Вот Белкин, под именем которого сперва скрылся Пушкин, публикуя сборник повестей: «Иван Петрович был росту среднего…». Исправник составляет приметы Дубровского: «От роду 23 года, роста середнего…». В «Борисе Годунове»: «А росту он (Гришка. – Ю.Д.) среднего, лоб имеет плешивый…». И даже пародийное обобщение всех жителей: «Обитатели Горюхина большей частию росту середнего…».
У высоких людей Пушкин отмечает рост обязательно. О генерале: «Я увидел мужчину росту высокого…». «Впереди стоял комендант, старик бодрый и высокого росту…»; наперсник Пугачева – «был высокого росту…». Художник в «Египетских ночах»: «Он был высокого росту…». О Кирджали: «Он был высокого росту…». В «Дубровском» – об отце: «Вошел, насилу передвигая ноги, старик высокого роста…». О «Железной маске»: «Некто, высокого росту…». В «Арапе Петра Великого», о царе: «В углу человек высокого росту…»; сам арап, предок, которым поэт гордился: «Красивый молодой человек высокого росту» (что, кажется, неправда).
Рост длинного мужчины иногда подчеркивается Пушкиным с несколько ироническим сравнением: «Был он ростом как цесарский рекрут». Или: «Князь, мужчина лет сорока пяти, ростом выше Преображенского флигельмана». Этого князя Казбека в «Путешествии в Арзрум» Пушкин чуть ниже называет «великаном»: «Великан тянул из него (бурдюка. – Ю.Д.) чихирь и сделал мне несколько вопросов, на которые отвечал я с почтением, подобаемым его званию и росту». Вот мысль Пушкина: высокий рост уважителен. В последние годы жизни поэт стал почтительно относиться к высоченной фигуре Петра I. А если речь идет о длинной женщине, то, по Пушкину, высота ей в плюс, часть красоты. Пример из «Домика в Коломне»:
Коль скоро зашла речь о великане, то тут понятие роста расширяется. Не просто длина тела – тридцать три богатыря, «все красавцы удалые, великаны молодые», но и величие ума: Гете назван Пушкиным «великаном романтической поэзии», Вольтер – «великан сей эпохи».
Теперь о пушкинских типах маленького роста. Слово «маленький» поэт употребил 109 раз, но лишь несколько раз – говоря о росте. Подчас он предпочитал писать более мягко: «малого» роста или «небольшого». Отмечу, кстати, что применительно к росту Пушкин избегал слов: «короткий», «коротенький», «коротышка», «махонький», «мелкорослый», – предпочитая (например, о Швабрине): «Вошел молодой офицер невысокого роста…». А главное, маленький рост людей у Пушкина часто компенсируется их отвагой, силой, лихостью или, иногда, страданием. В Одессе в мае или июне 1824 года Пушкин, разъяренный стремлением графа Воронцова избавиться от беспокойного служащего, сочиняет на него эпиграмму:
Смысл прозрачен: опальному поэту кажется, что он одолеет высокого генерал-губернатора, у которого он, маленький, служит мелким чиновником.
Давид Будри, который учил Пушкина в лицее французской словесности, был родным братом Марата. Помнил это Пушкин всю жизнь и записал в конце своих дней: «Будри сказывал, что брат его был необыкновенно силен, несмотря на свою худощавость и малый рост». Гришка Отрепьев в «Борисе Годунове» – «ростом он мал», но оказывается проворнее разыскавших его в корчме приставов: маленький Гришка вынимает кинжал, все перед ним расступаются, и он бросается в окно. Отец Нащокина, пишет Пушкин, «принадлежит к замечательнейшим лицам Екатерининского века. Он был малого роста, сильного сложения, горд и вспыльчив до крайности». А арапка Мария, его камердинерша, «была высокого роста и зла до крайности». Маленький человек – обезображенный пытками башкирец в «Капитанской дочке», у которого отрезаны нос, уши и язык, страдает. Тут Пушкин сперва обращает наше внимание на уродство башкирца и затем сообщает: «Он был малого росту, тощ и сгорблен».
И еще один пример. Пушкин сватался к Анне Олениной, но она ему отказала. В отместку в «Евгении Онегине» появились следующие строки:
Эти строки остались в черновике, что, конечно, разумно.
Но оторвемся от литературных опытов. Кажется, что горлану-главарю à 1а Маяковский, то есть вовлеченному в большую политику писателю, рост важнее, чем прочим смертным. Какое значение имел рост для самого Пушкина? Можно ли говорить применительно к нему о чувстве неполноценности?
Комплекс маленького роста
Мне скажут: российские психоаналитики не в силах охватить личность такого объема. Фрейдистам на Западе легче, поскольку с Пушкиным лично они не связаны, но я и не фрейдист вовсе. Ссылаться на его самооценку («я неумен и некрасив»), то есть серьезно анализировать то, что сказано с юмором, тоже неправомочно. Впервые встречавшие его удивлялись: «С любопытством смотрел я на эту небольшую худенькую фигуру и не верил, как он мог быть забиякой…», – это свидетельство Ивана Лажечникова[24].
24
Б.Л. Модзалевский. Пушкин. Л., 1929, с.108.