Страница 51 из 97
Своим браком на Лайме Аннилит, Тудджерри поднимал невероятно высоко собственный авторитет и мог влиять, хотя и довольно опосредованно, на имперские религиозные организации, которые до сего момента были в основном в подчинении Кельрики, с её штабом трибунала имперской инквизиции и Ромлеи, где находился главный первосвященник церкви Солнца и проводились наиболее значимые религиозные мистерии.
Первые два года всё было просто отлично: Тудджерри вкладывал огромные собственные средства в массовые шествия верующих, во главе с Лаймой, по всем основным городам Уммланда и соседних провинций, и бесплатные раздачи пищи.
Строились десятки новых храмов и восстанавливались старые. Значимость Уммланда, как третьего религиозного центра империи, потихоньку увеличивалась и позволяла потеснить инквизиторскую Кельрику и "солнцеликую" Ромлею, на землях которых чудеса происходили ещё в достопамятные времена - добавляя плюсов в копилку местного наследника императора, что бы тот мог занять трон деда прямым его назначением.
Однако... Однако в начале третьего года совместной жизни богача и "святой", планы Тудджерри и всё данное предприятие постиг жесточайший крах.
Многие, истинно верующие знатные люди, не поверили в святость "дщери Светила" и отправляли всё более людей на слежку за ней и её слугами, как супруг не старался, но оградить полностью жену от агентов: инквизиции, престола Солнцеликого, Избирателей, императора и многих высших аристократов - не смог даже и он.
Случился скандал: приглашённые к известному мастеру празднеств, князю Гассаксу, супруги были разведены по разным помещениям - Тудджерри решал вопросы новых многомиллионных займов империи от его банка и его младших партнёров по Уммланду, а вот Лайма...
Лайма была просто очарована запахами кухни князя Гассакса и позволила уговорить себя, своей старой доверенной служанке, как выяснилось позже, на суде, по совместительству агенту Великого инквизитора Корсо: съесть "ма-а-а-ленький кусочек торта и запить бокалом чудесного выдержанного тридцатилетнего вина".
Пока "дщерь Солнца" баловалась в одиночестве, в крохотном закрытом павильоне в огромном княжеском парке , принесёнными служанкой-агентом вкусностями и запивала всё это кубками вина, сама служанка, в великой спешке, сообщила Великому инквизитору Корсо, бывшему также в то время, по просьбе императора, в гостях у ненавистного ему Гассакса - что сейчас происходит в павильоне и где можно застать, прямо на месте преступления, Лайму Аннилит.
И Корсо немедля воззвал к Хорхе, главе храма "Карающего Жара" и самому императору, требуя сейчас же тайно посетить павильон и посмотреть на деяния той "Что не отведала ни крошки и ни капли - от самого своего появления на родительский свет..."
Император, князь Гассакс, вице-король Уммланда Лиутпранд, Тудджерри, Избиратель глава храма "Карающего Жара" Хорхе, Великий инквизитор Корсо и Избиратель глава храма "Утреннего рассвета"Виллиам - скрытно проследовали куда их вела старая служанка Лаймы, и через тайные отверстия, что во множестве знал в своём павильоне князь Гассакс, наблюдали все стадии опьянения "голодающей святой": от нетрезвых разговоров со смешками с самой собой и неприличных танцев - до подпускания ветра и швыряния фруктами в окна...
Потом Лайма задрала юбки и сходила "по-большому" на деревянную лопату, которую тут же сама выбросила из двери далеко в кусты роз, после чего оправила одежды и закрывшись в павильоне, завалилась дальше спать на удобном широком диване, расположенном среди лимонов в кадках.
Свидетелей было много и Тудджерри стоял побагровевший, совершенно не зная что и сказать. Корсо и Хорхе требовали немедленного допроса и переаттестации всех жрецов и священников Уммланда: "Раз те допускают объявлять в своих землях святой - греховодницу бесстыжую!".
Император дал одобрение на расследование инквизиции, однако же потребовав что бы и имперские прокураторы на равных его проводили.
Влияние Уммланда, среди верующих, после этого случая - резко упало: местные священники прошли чистку трибуналом инквизиции и комиссиями жрецов Солнцеликого, и почти все они были заменены людьми из Кельрики и Ромлеи.
Вице-короля Лиутпранда и главного банкира империи Тудджерри - обвиняли что они всё и сами прекрастно знали, и специально поддерживали эту мистическую ересь, заставляя простецов ей доверять: чуть ли не называли в открытую ересиархами, опасаясь лишь гнева императора.
Лиутпранд, пять лет после этого грандиознейшего скандала не появлялся при дворе деда, а Тудджерри вынужден был передать часть своих замков и торговых кораблей религиозным властям Кельрики и Ромлеи, подписав с ними мир, на условиях выплаты фактической контрибуции.
Избиратель Князь Гассакс, в имении которого всё разоблачение "святой Лаймы" и произошло, и до этого бывший большим другом Тудджери и Лиутпранда и занимавший у них регулярно деньги на свои "шалости" - оказался в ссоре с уммландцами и сильно умерил свои аппетиты, даже поговаривали что приболел и слёг...
Группа условных "имперцев" в иерархии державы - проиграла группе условных "жрецов", и самому императору пришлось пойти на уступки и ужесточение некоторых положений вероисповедания в его государстве, чему ранее он всячески противился.
Инквизиторы оказались в наибольшем выигрыше и всячески начинали всё новые процессы против обычных жрецов и имперской знати, надеясь воспользоваться столь важной победой для закрепления своего нового статуса "службы над всеми".
Закончилось это правда частыми ссылками самих "чёрных" инквизиторов и запретом массовых казней на кострах, но первые годы после суда "дщери Светила" - именно инквизиторы и их сторонники особенно подняли головы и стали пытаться всюду наводить свои порядки, и казалось их победа вообще в империи, скора и неизбежна.
Тудджерри лично привёз Лайму на суд в тележке с запряжённым мулом и всячески поддерживал обвинения жрецов и инквизиторов против неё.
Выяснилось, значительно позже, как это узнал Дезидерий - что банкир договорился с тогдашним Солнцеликим о признании недействительности их с Лаймой брака, на основании её предложенных подложных сведений при заключении союза и получив за огромную взятку документы из Ромлеи что брака никакого и не было, по крайней мере законного, раз нарушена процедура в него вступления - с чистой совестью присутствовал на казни на костре бывшей супруги, что ненадолго возвысив его - чуть было не утянула, вместе с собой, на пламенный эшафот...
Прямо перед казнью на костре, местные инквизиторы вырезали женщине язык и её, связанную и в полуобморочном состоянии, тащили через город в тележке запряжённой мулом.
Инквизиторов, сделавших "отрезание" - вскоре выгнали из трибунала, по слухам: за то что приняв взятку от Тудджерри - не дали Лайме Аннилит, хотя бы на костре, обвинить в чём новом супруга, чем она ранее многократно грозилась, всё время пребывания в заключении, видимо в надежде что муж её спасёт из застенков инквизиции.
Великий инквизитор Корсо посчитал что его подопечные не столько пытались "образумить обезумевшую грешницу", сколько мешали ей показать на своих соучастников и соответственно - вовсю мешали следствию.
Попытка создать некий альянс, большого капитала и святости Веры, в очередной раз провалилась с огромным скандалом, так и не дав успокоения людям обладавшим огромными состояниями, что они попадут в число помощников на небе, для пылающего ежедневно святого Светила...
Слушая рассказ своих агентов, Дезидерий вспомнил некоторые моменты этого дела, о которых он узнал совсем недавно, когда сам занял пост главного имперского министра: император, подстрекаемый Великим инквизитором Корсо и тогдашним Солнцеликим Митавией - дважды думал арестовать и казнить Тудджерри.