Страница 13 из 55
- Мм…
- Я за сегодня разберусь со всеми этими мелкими делами, а с завтрашнего дня мы как следует повеселимся на празднике. Поэтому – только сегодня – потерпи, пожалуйста.
Глядя на то, как Хоро со своим ранимым выражением лица стоит у кровати, Лоуренс невольно избрал тон, каким уговаривают маленькую девочку.
Лоуренсу казалось, что он понимает чувства Хоро.
Именно из-за того, что Лоуренс не хотел в одиночку посещать праздник, проводившийся в Кумерсоне в одно время с зимней ярмаркой, он и приезжал сюда всякий раз летом.
Чем больше он ходил взад-вперед через толпу, настолько густую, что люди все время задевали друг за друга, тем глубже становилось его чувство одиночества.
Это чувство было сродни тому, какое испытывал человек, который должен один возвращаться на постоялый двор, тогда как все наслаждаются роскошной трапезой в иностранном отделении торговой гильдии.
Ему очень хотелось взять Хоро с собой, но дело, которым он собирался заняться, требовало ее отсутствия.
Ведь он собирался с помощью Ги Бартоза познакомиться с местным летописцем. Управляющий иностранным отделением, похоже, тоже знал этого летописца, поэтому Лоуренс, когда забирал письма, кое-что разузнал. Как он и рассчитывал, летописец, по словам служащих гильдии, не только хранил бумаги об истории Проании, но также собрал языческие легенды о землях к северу от Проании и переписал их в книги.
Если Хоро окажется там и узнает о древней легенде про Йойтсу, это будет плохо. Если верить легенде, которую Лоуренс когда-то слышал, Йойтсу был разрушен медведем-демоном. Так что едва ли Лоуренсу стоило надеяться, что он сейчас узнает о великом процветании Йойтсу.
Конечно, он прекрасно понимал, что не сможет скрывать это от Хоро вечно; но по крайней мере он сможет найти более подходящий момент, чтобы сказать ей об этом. Ведь эта тема такая деликатная.
Между Лоуренсом и Хоро повисло молчание.
- Да. Как бы это получше сказать… не стоит мне все время мешаться, когда ты делаешь свою работу. Кроме того, я не хочу, чтобы мою руку снова отбросили.
Унылый тон, каким Хоро произнесла эти слова, несомненно, был частью ее игры.
При воспоминании о том, как в Рубинхейгене он ненарочно отбил в сторону руку Хоро, у Лоуренса до сих пор ныло в груди. Проницательная волчица, конечно же, об этом прекрасно знала и упомянула тот эпизод специально. Поскольку Лоуренс не поддался на ее просьбу, она таким образом мстила.
- Я куплю тебе что-нибудь на обратном пути, просто потерпи пока, - сказал Лоуренс.
- …Ты снова пытаешься меня купить подарками.
Глаза Хоро смотрели обвиняюще, но хвост уже метался в предвкушении.
- Тогда, может быть, ты предпочтешь веселую беседу?
- Пфф. Все, что ты говоришь, – грубое, кислое и неприятное на слух. Лучше уж ничего не говори.
Вопреки своим ядовитым словам Хоро улыбнулась и перестала дуться. Лоуренс покачал в воздухе руками, показывая, что сдается.
- В общем, я поброжу тут неподалеку одна.
- Прости, - повторил Лоуренс.
Тут Хоро, словно припомнив что-то, сказала:
- Да, кстати, когда ты вернешься, если увидишь, что в комнате двое, тебе, конечно, будет немного неудобно, но не мог бы ты не входить некоторое время?
Какое-то мгновение Лоуренс не понимал, что Хоро имела в виду, но потом сообразил: она намекает на то, что, гуляя по улице, может подцепить себе ухажера.
У Хоро был такой упрямый характер – в общем-то, совсем нетрудно было вообразить, как она делает что-то подобное.
Лоуренс никак не мог понять, как ему следует реагировать на эти слова.
Рассердиться? Рассмеяться? Нет, лучше всего просто не обращать внимания. Едва Лоуренс пришел к такому решению, Хоро весело рассмеялась.
- У тебя сейчас было такое милое лицо… теперь мне совсем нетрудно будет провести остаток дня одной.
Увидев, как Хоро радостно смеется, Лоуренс мог лишь вздохнуть.
Да, эта волчица была способна рассердить кого угодно.
- Но все-таки сейчас уютнее всего быть рядом с тобой. Так что не переживай.
Лоуренс по-прежнему не мог найти что сказать.
Эта волчица действительно была способна рассердить кого угодно.
***
Полдень уже миновал, и Лоуренс, зайдя в иностранное отделение, обнаружил, что людей там стало гораздо больше, чем он видел утром.
Похоже, многие из городских торговцев Кумерсона и бродячих торговцев, что вели свои дела в Кумерсоне и его окрестностях, решили отдохнуть немного от торговых дел и поучаствовать в празднестве. Целый день эти люди пили и веселились, и весь зал был наполнен смехом.
Человек, который должен был представить Лоуренса летописцу, Ги Бартоз, пока еще не свалился без памяти от выпитого, как живописал Марк. Когда Лоуренс пришел сюда утром, он услышал, что Бартоз ушел из города по каким-то своим делам.
Расспросив владельца отделения, Лоуренс выяснил, что Бартоз пока что не вернулся. Однако если тебе предстоит встреча, пить, пожалуй, не стоит. Чем же тогда убить время?
В иностранном отделении было еще несколько торговцев с той же проблемой, но они все поддались царящей здесь атмосфере трактира и увлеченно наблюдали за карточной игрой, так что пытаться завести с ними разговор было бесполезно.
В конце концов все, что оставалось Лоуренсу, – это беседовать с владельцем отделения, который тоже пил, но не мог позволить себе опьянеть.
Пока они беседовали, входная дверь распахнулась, и внутрь вошел еще один человек.
Стул владельца отделения стоял прямо напротив входа, так что он тотчас увидел, кто появился. Можно было назвать вошедшего торговцем, но больше ему подошло бы определение «юный аристократ». Это был Амати.
- Господин Лоуренс.
Амати тоже заметил Лоуренса мгновенно; он обратился к нему сразу после того, как поприветствовал торговцев, что пили у самого входа.
- Приветствую. Спасибо, что помог найти нам постоялый двор, - ответил Лоуренс.
- Не за что. Это я должен тебя благодарить за то, что заказал так много рыбных блюд.
- Моя спутница, хоть и большая привереда, когда речь идет о еде, не уставала их нахваливать. Она сказала, что ты очень хорошо умеешь выбирать рыбу.
Лоуренс решил не говорить, что ему самому очень понравилась рыбная кухня, а сказать то же самое от имени Хоро. Результат был в точности такой, какого он и ожидал.
Амати просиял, как мальчишка – совершенно неподобающе для торговца.
- Ха-ха, я очень рад получить такую похвалу. Если вы пожелаете какую-то другую рыбу, не стесняйтесь попросить. Я завтра собираюсь покупать рыбу отменного качества.
- Моя спутница говорила, что особенно вкусен был карп, - ответил Лоуренс.
- Вот как… что ж, тогда я выберу рыбу, которая наверняка придется ей по вкусу.
Заметив, что Амати не поинтересовался у Лоуренса, какая рыба понравилась ему, Лоуренс грустно улыбнулся про себя. Амати, впрочем, вряд ли что-то заметил, подумал он.
- Ах да, господин Лоуренс, у тебя есть какие-то планы на сегодня? – спросил Амати.
- Я сейчас убиваю время в ожидании возвращения господина Бартоза.
- Вот как…
- А что?
По лицу Амати внезапно пробежала тень, и его речь стала слегка бессвязной. Впрочем, он тут же пришел в себя и вновь стал торговцем, ворочающим повозками рыбы, и решительно заговорил:
- Да. Я, в общем, думал, возможно, я мог бы показать вам обоим город. Я считаю, что то, что я встретил вас на обратном пути сюда, было провидением Господним. Кроме того, услышав рассказы бродячего торговца, я, несомненно, расширю границы моих познаний.
Хоть Амати и держался скромно, Лоуренс не сомневался, что целью его была Хоро. Если бы у Амати был такой же, как у Хоро, хвост, наверняка он бы сейчас беспрестанно и безостановочно вилял.
И тут Лоуренсу пришел в голову отличный план.
- Это так великодушно с твоей стороны – сделать нам такое предложение. Моя спутница с самого утра хотела выбраться наружу и побродить по улицам, и тут такая возможность. Однако…