Страница 71 из 91
А когда я родилась, мама и папа так боялись, что я буду чувствовать себя здесь как дома, и воспитали меня так, что я стала… ну… Сьюзан. Какое имя подходит внучке Смерти? Внучка Смерти должна иметь высокие скулы, прямые волосы и имя с массой В и КС.
И тут она опять набрела на ту штуку, которую он сделал для нее. Совершенно самостоятельно. От начала и до конца.
Качели. Обычные качели.
В пустыне между Клатчем и Хершебой царил почти испепеляющий жар.
Воздух вдруг заколебался и что-то хлопнуло. На песчаной дюне материализовался Альберт. На горизонте виднелся форт из необожженного кирпича.
– Клатчский Иностранный Легион, – пробормотал он. Песок начал неостановимо заполнять его башмаки.
Альберт, с сидящим у него на плече Смертью Крыс, потащился к форту. Он постучал в дверь, в которой торчало несколько стрел. Через некоторое время в ней открылся небольшой глазок.
– Чего тебе надо, неффенди? – спросил голос из-за двери.
Альберт показал карточку.
– Видели вы кого-нибудь, кто был бы похож на этого типа? – спросил он в ответ.
Настала тишина.
– Тогда скажем по-другому: не встречался ли вам незнакомец, не желающий говорить о своем прошлом?
– Это же Клатчский Иностранный Легион, неффенди. Люди здесь не говорят о своем прошлом. Они вступают, чтобы… чтобы…
Когда пауза слишком затянулась, до Альберта дошло, что надо бы подбодрить беседу.
– Чтобы забыть?
– Точно. Забыть. Да.
– Ну так были ли в последние время новобранцы, которые казались, скажем так, странными?
– Очень даже может быть, – ответил голос медленно. – Не могу припомнить.
Глазок захлопнулся.
Альберт постучался еще раз. Глазок открылся.
– Да, в чем дело?
– Вы уверены, что не можете припомнить?
– Припомнить что?
Альберт глубоко вдохнул.
– Немедленно позовите вышестоящего офицера!
Глазок закрылся. Глазок открылся.
– Прошу прощения. Оказалось, что это я и есть вышестоящий офицер. Вы не д-рег и не хершебец, случайно?
– Так вы не знаете?
– Я… почти уверен, что видел такого. Однажды. Он был, понимаете ли… голова как… эта штука, понимаете?… С дырками… в таких еще сушат салат… э-э-э…
Раздались звуки отодвигаемых засовов и дверь раскрылась, обнаружив прихожую.
Вероятный офицер оказался сержантом, насколько Альберт разбирался в клатчских званиях. У него был вид человека, который, в числе прочего, забыл хорошенько выспаться. Если, конечно, он помнил, как это делают.
Кроме него в форте оказалось несколько клатчских солдат, сидящих или едва стоящих на ногах. Некоторые были перевязаны. Кроме того, здесь было гораздо больше солдат, сваленых в кучу на утоптанном песке, которым уже никогда не понадобится ночной сон.
– Что здесь произошло? – спросил Альберт таким властным тоном, что сержант неожиданно для себя отдал честь.
– Нас атаковали д-реги, сэр, – доложил он, слегка покачиваясь. – Их были сотни! Они превосходили нас в… э-э-э… какое число идет после девяти? Их было столько на одного.
– Десять.
– Десять на одного, сэр.
– И тем не менее вы уцелели, – заметил Альберт.
– А! – сказал сержант. – Да. Э-э-э… Да. Тут-то как раз и неясность. Э-э-э… Капрал! Вот ты. Нет, не ты, следующий. Тот, у которого две лычки.
– Я? – спросил маленький толстый солдат.
– Да. Расскажи ему, что произошло.
– О. Есть. Э-э-э… Ну, ублюдки осыпали нас стрелами, так? И все выглядело так, что с нами все кончено. Потом кто-то подсказал выставлять трупы над стенами, во всем вооружении, чтобы ублюдки думали, что у нас еще полно сил…
– Не очень оригинальная идея, знаешь ли, – сказал сержант. – Это проделывали сотни раз.
– Угу, – согласился капрал смущенно. – Так они, должно быть, и подумали. И тогда… и тогда… и когда они стали скакать там внизу по дюнам… когда они почти добрались до нас, хохоча и крича что-то вроде «Опять эти бородатые фокусы!» – кто-то крикнул «Огонь!» и они выполнили приказ.
– Мертвецы?
– Я присоединился к Легиону, чтобы… ну, знаете, когда ваше сознание… – начал капрал.
– Чтобы забыть? – подсказал Альберт.
– Точно. Забыть. И я в этом преуспел. Но вряд ли мне удасться забыть моего старого дружка Толкача Малика, который бьется с врагами, весь утыканный стрелами, – сказал капрал. – Нескоро, во всяком случае. Но я попытаюсь.
Альберт посмотрел на стены. Они были пусты.
– После всего этого кто-то построил их в колонну, и они удалились маршем, – сказал капрал. – Я ходил за ними посмотреть, что к чему, и обнаружил только могилы. Должно быть, они похоронили друг друга.
– Скажите, – спросил Альберт. – Кто этот «кто-то», которого вы постоянно упоминаете?
Солдаты переглянулись.
– Мы как раз об этом говорили, – сказал сержант. – Пытались вспомнить. Когда все это началось он сидел в… Яме.
– Такой длинный? – спросил Альберт.
– Должно быть длинный, должно быть, – кивнул капрал. – Голос у него определенно был длинный, – он был озадачен словами, которые произнес его собственный рот.
– На что он был похож?
– Ну, он был… с этим… и вроде как… более или менее…
– Не был ли он… громким и глубоким?
Капрал с облегчением улыбнулся.
– Это он, – сказал он. – Круглый… Белый… Брюква?… Смоква?… Не могу вспомнить точно, как его звали.
– Я знаю, что когда он выходил в… – начал сержант и в раздражении защелкал пальцами. – …та штука, которую открывают и закрывают. Из дерева сделана. С петлями и засовами. Спасибо. Ворота. Точно… ворота. Когда он выходил в ворота, он сказал… что он сказал, капрал?
– Он сказал «КАЖДУЮ МЕЛКУЮ ДЕТАЛЬ», сэр.
Альберт окинул форт взглядом.
– Так значит, он ушел.
– Кто?
– Тот человек, о котором вы мне рассказывали.
– О. Да. Э-э-э… Есть у вас какие-то соображения, кто это мог быть, неффенди? Я хочу сказать, это было удивительно… эти разговоры о морали…
– Эспри де кости? – спросил Альберт, который временами бывал отвратителен. – Я полагаю, он не сказал, куда направляется?
– Кто не сказал?
– Забудь, – сказал Альберт.
Он бросил последний взгляд на форт. Вероятно, для истории мира не было никакой разницы – устоит он или нет, исчезнет ли пунктирная линия с карты сегодня или в любой другой день. Но как Хозяин пытается помочь…