Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 16

Сегодня до поисков, к счастью, не дошло. Потерявшиеся туристы сидели в беседке, несчастные даже на вид. Точнее, сидел тихо-мирно только муж – ничем особо не приметный мужичок лет пятидесяти, смирный и заранее на все согласный. Жена его, наоборот, на месте усидеть не могла, металась, как тигрица, в тесном квадрате беседки, время от времени порывалась выскочить наружу, но в последний момент останавливалась – видимо, дождь гасил порывы.

Увидев Дениса, она энергично замахала обеими руками, привлекая внимание.

Обалдевший инструктор аж задохнулся от возмущения, увидев это. Недавнюю радость от мысли, что не придется теперь возвращаться на маршрут и бродить там неизвестно сколько, сожалея об отсутствии в кармане свистка, разом заглушила злость на эту курицу, которая, несмотря на сто раз озвученное контрольное время, умудрилась все-таки опоздать, а теперь еще и руками призывно машет. Ну сейчас он ей покажет, что собой представляет инструктор в гневе! Она узнает, почем фунт лиха и заодно где раки зимуют! Он ей сейчас…

– Послушайте! Это ни в какие ворота не лезет! Где все? Сколько можно ждать? – туристка, не выдержав, бросилась навстречу Денису, решительно уперев руки в боки. – Договаривались ведь, что все соберутся вовремя! Что за наплевательское отношение вообще?

Совершенно ошалевший парень не сразу понял, о чем вообще речь. Стоял и молча смотрел на возмущенную «курицу».

– Что вы молчите вообще? – спросила та, словно не замечая его смущения. – У вас всегда такая безобразная организация, что ли? Все настроение испортили. Я приехала сюда положительные эмоции получать, а вместо этого должна зависеть от чужой необязательности.

– Оля, успокойся, – попросил из беседки муж, но как-то вяло.

– Почему я должна успокаиваться вообще? Какие-то посторонние люди плевать хотели на мои интересы, а я должна молчать?

– Ольга Павловна! – гаркнул пришедший в себя Денис. – Вы где были? Сбор был назначен к семи.

– Ну, так мы и пришли к семи. Что вы на меня орете вообще? Вы лучше на остальных орите, которые не потрудились собраться вовремя.

Денис сунул ей под нос руку с часами и замолчал, как ему казалось, выразительно.

Судя по до сих пор возмущенному лицу туристки, никакой выразительности у него не получилось. Пришлось пояснять:

– Уже почти восемь. Вся группа час как собралась. Только вас нет. Где вы ходите, Ольга Павловна?

Ольга замолчала и растерянно оглянулась на мужа. Весь праведный гнев как рукой сняло: теперь перед Денисом стояла не вырвавшаяся из клетки тигрица, а робкая овца, просительно заглядывающая в глаза.

– Как – восемь? Вадим, ты слышишь?! – обернулась она за поддержкой к мужу. – Оказывается, уже почти восемь часов! А мне ведь даже в голову не пришло, что уже так поздно. Да еще тучи эти. Я ведь думала, что из-за туч темно, а времени еще мало.

– Часы у вас есть? – Денис решил не давать ей опомниться и давил вопросами без остановки. – Вы на них когда последний раз смотрели? При чем тут тучи? Вы, Ольга Павловна, что, знатный следопыт и краевед? Кто вам сказал, что вы умеете время по тучкам определять, а?

Она смешалась окончательно и проблеяла чуть слышно:

– У меня нет часов, я в телефоне время смотрю.

– Ну и что ваш телефон вам показывает?

– Ничего. У него батарейка села. Нечаянно. Я вроде заряжала позавчера. А сегодня водопад фотографировала, а он и сел окончательно.

– Кто сел? Водопад?





– Да аккумулятор же! Что вы придуриваетесь вообще?

Они оба замолчали разом и уставились друг на друга. Взгляды не обещали ни одному, ни другой ничего хорошего.

– А где все? – снова подал голос тихий муж.

Не давая Ольге Павловне возможности снова завести песню про чужую безответственность и необязательность, Денис вкратце обрисовал им ситуацию. При этом он постарался не заострять внимания на том, что причины, по которым лодки нет до сих пор, ему неизвестны. Подумал, что скажет об этом, если туристы сами спросят. А если не спросят, то зачем лишний раз волновать? Тем более что Ольга, до которой наконец дошло, что задерживают всех именно они двое, окончательно сникла и безропотно пошла, куда повели. Даже на скалах была паинькой – наступала, куда велели, и, главное, всю дорогу молчала. Муж Вадим следовал за ней тихой тенью, тоже не доставляя никаких хлопот. Денис даже забывал о нем пару раз, спохватываясь и запоздало проверяя, как там ведет себя не очень молодой и спортивный дядечка.

В избушке уже стоял дым коромыслом. В прямом смысле – «гаврики» пытались растопить печку. Натолкали в нее толстых поленьев и теперь совали туда подожженные кусочки бересты. Береста, хорошо горевшая в руках, моментально тухла в забитой под завязку топке. Занимался этой ерундой Юрий – отец малолетнего балбеса Кости. Самого тинейджера поблизости не наблюдалось, а вот благородный отец семейства стоял на коленях перед железной печуркой и дул в ее нутро, смешно раздувая щеки. Жена и студентка топтались рядом, светили мобильниками. Больше в избушке никого не было.

– А где все? – снова спросил тихий муж Ольги Павловны.

Интересно, он другие слова знает? До сих пор Денис слышал от него только две фразы: «Оля, успокойся» и эту вот «А где все?». Причем не исключено, что второй фразой дядечкин лексикон обогатился именно сегодня. А в обычной жизни ему, видно, и одной безнадежной просьбы успокоиться вполне хватает. Даже жалко стало мужика. Неужели такая бессловесность – обязательное условие долгой семейной жизни? Мрачная картина вырисовывается. Может, не у всех так? Хотя Юрий этот тоже не особенно много болтает, как успел заметить Денис. Даже замечания сыночку своему старается не делать лишний раз, предоставляет это мамаше. Нет, что-то в семейной жизни неправильно все же. Денис озадаченно почесал затылок и повторил вслед за затюканным Вадимом:

– А где все?

Юрий поднял раскрасневшееся от долгого дутья лицо со слезящимися от дыма глазами и молча пожал плечами.

– Все на улице, – пояснила девчонка-студентка. – Димка с Артемом дрова рубят вроде. А остальные не знаю где. Гуляют, наверно. Чего тут сидеть в темноте? И дождь вроде потише стал.

Уже легче. Хоть какая-то ясность. «Остальные» – это Колян с Серегой, аспирант Иван и малолетний балбес Костя. Больше всего беспокоит как раз последний. Братья далеко не уйдут, у них еще пиво не кончилось и настроение лирическое. Иван взрослый и вполне разумный человек. А вот неугомонный подросток, изо всех сил старающийся делать все назло окружающим, – серьезная проблема. Что если он надумает рвануть вверх, к перевалу? Там уже нахоженных троп нет, там тайга – парню в смешных штанах там делать нечего в одиночку.

Денис открыл дверь, на пороге обернулся. В темноте горел огонек на тонкой полоске бересты в руках у Юрия, да виднелись два голубоватых мобильных экранчика – туристки до сих пор светили вокруг при помощи телефонов. В очередной раз обругав себя мысленно, парень прошел в дальний угол, снял с вбитого в потолок и загнутого крючком гвоздя-двухсотки плотный полотняный мешок. Высыпал содержимое на стол, нашел на ощупь огарок свечки. Да и не огарок даже – нормальный такой кусок, сантиметров десять. Поджег, протянул стоявшей ближе всех мамаше. Та глядела на горящую свечку, как на маленькое чудо. Застыла изваянием: в одной руке – свечка, в другой – до сих пор светящийся мобильник.

– Вас как зовут? – спросил Денис почему-то шепотом.

– Ирина, – прошептала она, не сводя завороженного взгляда со свечи.

Как ребенок у новогодней елки, честное слово!

– Телефонами не светите, – сказал Денис тихо, словно боялся спугнуть громким голосом. – Батарейки сядут быстро. Лучше вот свечкой. Там на столе банка металлическая, в нее можно поставить, чтобы в руках не держать.

Студентка повернула к нему такое же, как у Ирины, завороженное лицо и сообщила весело:

– Да они уже почти сели. У меня уже два раза пикало, что аккумулятор разряжен. Да и черт с ними, кому тут звонить?

– Мало ли… – пожал плечами Денис.