Никогда не спорь с судьбой

       Спустя примерно полчаса все пакеты были полны. Будь я простым человеком – понадобилось бы гораздо больше времени, но моя кровь текла сильным потоком и моментально наполняла предназначенные для неё ёмкости. Впрочем, будь я человеком – давно бы умерла от подобной кровопотери. А так, просто умяла всё, что принесла с собой – по объёму примерно пару моих обычных обедов, – но всё равно, всё ещё была голодна. Вытащив иголку и положив последний пакет к остальным в холодильник, я рванула на кухню.

       Быстро подкрепившись, я снова обратилась в гаргулью, чтобы не уснуть прямо на кухонном полу. Потом поднялась обратно в кабинет и навела там порядок. С тоской посмотрев на шкафы с книгами – как бы они скрасили мне мои тоскливые одинокие дни, – я вздохнула и отмела эту мысль. Просто взяла несколько уже явно прочитанных газет – всё же лучше, чем шишки на деревьях пересчитывать.

       А потом я поднялась туда, куда меня безумно тянуло последние полчаса. И последние несколько суток. В спальню Эдварда. В нашу с ним бывшую спальню. Как ни странно, здесь ничего не изменилось с того времени, как Эдвард унёс меня отсюда тем страшным утром. Кровать так и стояла неубранной, и даже бельё на ней не сменили. На подушке лежала моя пижамка с ягнятами. Хммм… Я её вроде бы в ванной оставляла? Ну, не важно, может и бросила на кровать машинально, не помню, голова была другим занята. Может, Эдвард вообще сюда не заходил, вот и не заметил беспорядка? Хотя нет, он же переодевался. Да и бельё обычно меняет Эсми. Так, ладно, я теряю время на предположения. Нужно спешить, Эсми может вернуться с минуты на минуту.

       Достав из-под стола свою сумку, я вынула из неё учебники, на их место сунула несколько топиков, пару джинсов, упаковку трусиков, фланелевую рубашку и футболку Эдварда, вытащенную из корзины с грязным бельём. Обувь решила не брать – не видела в этом смысла. В боковой кармашек отправилась расчёска, зубная щётка, мыло и начатый рулон туалетной бумаги – пока мне всего однажды пришлось воспользоваться папоротником, и замена показалась мне не самой удачной. Вихрем промчавшись по гостиной, я собрала всякие газеты и журналы, лежавшие по углам и тумбочкам, потом не удержалась и прихватила несколько шоколадных батончиков. С трудом застегнув сумку, я выбежала на балкон и уже собралась улетать, но в последний момент притормозила и снова кинулась в комнату Эдварда.

       Плюшевые игрушки, надаренные мне, сидели рядком на полке. Пробежав по ним взглядом, я схватила маленького жёлтого слонёнка. Этот малыш был мне особо дорог, поскольку именно его Эдвард приобрёл не для того, чтобы подчеркнуть мой юный возраст, а просто чтобы сделать мне приятное. Слонёнок напоминал мне о том чудесном дне, когда наши отношения наконец-то прояснились. Именно тогда Эдвард открыл, наконец, свои чувства ко мне, именно в тот день мы стали парой. На секунду прижав игрушку к щеке, я перебросила ремень сумки через голову и вылетела прямо из окна комнаты Эдварда.