Страница 100 из 276
– Да, в Зимбабве. Это такая страна на юге Африки. Мои родители организуют там больницу для местных жителей. «Врачи без границ», слышали о такой организации?
Сомневаюсь, что слышали, но обе усиленно закивали. Надеюсь, пересказывая мои слова остальным, они не переврут название.
– А почему ты осталась здесь, а не уехала с родителями?
– А почему ты теперь живёшь у Калленов? – вопросы прозвучали одновременно.
– Мне же нужно продолжать учёбу, а там нет школ. По крайней мере – с нужной программой, – ответив на вопрос Сьюзан, я повернулась к Линде. – А доктор Каллен был коллегой и другом моего отца, когда его семья жила на Аляске. И, когда встал вопрос, с кем меня оставить, доктор и его жена предложили мне пожить у них. Я хорошо знаю эту семью, и мне всегда нравилось общаться с их детьми, поэтому я сразу же согласилась.
Девушки переглянулись.
– Ой, но Каллены же такие странные! Ни с кем не общаются, всегда только вместе.
Господи, как дети малые! Что на уме – то и на языке. Эти глупышки вообще понимают, перед кем они критикуют Калленов? С чего вдруг такие откровенности?
– Да они нормальные. Просто новичкам проще держаться вместе, вот и всё. – А что я должна была ответить? «Радуйтесь, что Каллены вас сторонятся»? Когда же они отстанут? Всё, что хотела, я им уже сказала, так что никакого желания продолжать этот разговор у меня не было. Тем более что Эдвард уже ждал меня в коридоре. Я сразу почувствовала его приближение, даже несколько десятков школьников не могли перебить его прекрасный запах. А перемена становилась всё короче.
В этот момент Линда была довольно бесцеремонно отодвинута в сторону, и на её месте возник плечистый темноволосый парень. Его можно было бы счесть даже симпатичным, если бы не близко посаженные глаза и выражение высокомерия на лице.
– Привет, красотка! Я – Питер. Приходи сегодня на тренировку – посмотришь, как я бросаю мячи!
Господи, вот только самовлюблённого спортсмена с интеллектом устрицы мне в поклонники и не хватало! От Сьюзен и Линды в мою сторону сразу же потянуло арктическим холодом. О, да тут самые настоящие страсти кипят. Успокойтесь, девочки и не изобретайте для меня казни египетские – на ваше «добро» я покушаться не собираюсь.
– Извини, Питер, но у меня на сегодня другие планы. – А так же на завтра, послезавтра, и вообще, на всю оставшуюся вечность!
– Питер, а мы обязательно придём посмотреть на тебя.
– Да-да, обязательно! – перебивая друг друга, защебетали блондинки.
Дверь открылась, и в практически опустевший класс вошел Эдвард. Подойдя к моей парте с той стороны, где до этого сидела Мэгги, он молча взял со стола мою сумку, забросил на плечо рядом со своей и протянул мне свободную руку.
– Энжи, мы опаздываем на тригонометрию. Прошу нас извинить, – последняя фраза предназначалась стоящей возле меня троице. Больше в классе уже никого не осталось.
Ухватившись за его руку, как за спасательный круг, я выбралась из-за парты, стараясь как можно более неуклюже протиснуться мимо стула Мэгги. Когда я оказалась рядом с ним, Эдвард демонстративно приобнял меня за плечи, бросив на Питера взгляд, который иначе как «Моя! Руки прочь!» истолковать было невозможно. Мачо местного разлива тут же сдулся, сразу поняв, что с этим соперником он находится в разных весовых категориях, и пытаться соревноваться бессмысленно. Блондинки просто молча хлопали нам вслед глазами – кажется, они были шокированы. Их проблемы. Когда мы вышли в коридор, я тихонько шепнула Эдварду: