Страница 18 из 18
Николай сел в следующий автобус, идущий к автовокзалу. В пустынном и неуютном зале автовокзала он целый час сидел и ждал автобуса на Воронеж.
Глава 5
В Воронеже жили многие его родственники, но он решил заехать к дяде Пете, маминому брату. До поезда оставалось много времени, и его нужно было как-то скоротать, а дядя Петя жил на улице Цурюпы рядом с Чернавским мостом, а это недалеко от железнодорожного вокзала. Дядя был военным, майором юстиции, и служил в воинской части, расположенной прямо у дома, где он и проживал. Жил он, не бедствуя, со своей женой Валентиной. Детей у них не было, и сложилось так, что с детства Николай был их любимым племянником. Когда случалось, что он к ним приезжал, то тетя Валя первым делом отправляла его в ванную, чтоб, как она говорила, смыть «рябчевскую грязь». А Николаю эта процедура безумно нравилась. В деревне не было такой шикарной ванны, там предлагался либо тазик, либо корыто, поэтому он лежал и расслаблялся в той ванне по часу.
Одно из окон двухкомнатной квартиры дяди выходило на территорию части, в которой он служил, и Николай открывал иногда окно и угощал солдат-постовых конфетами, которые в доме дяди Пети всегда лежали в хрустальной вазе, установленной в центре круглого стола. Узнав об этом, дядя Петя очень сильно отругал его и еще пригрозил, что накажет постового за то, что он, находясь в карауле, нарушил устав внутренней службы. Николаю было тогда очень страшно, что из-за него накажут ни в чем не виноватого солдата, и он слезно просил дядю этого не делать. Теперь Николай все понимал и улыбнулся, вспомнив тех солдат-нарушителей. Ему самому в армии иногда так хотелось сладкого, что выделялась слюна при одной лишь мысли о чем-то вкусненьком, ведь возможность купить сладости была не всегда.
Николай позвонил в дверь дяди Петиной квартиры, но никто не поспешил ему ее открыть. Написал записку, которую засунул в щель возле ручки, и, оставив свою ношу у той же двери, решил пойти на КПП и попросить дежурного позвать майора Асеева. Только он вышел из подъезда, как увидел свою тетку, не спеша идущую в его сторону с авоськой в руках. Он пошел к ней навстречу, широко улыбаясь, и даже помахал рукой, но она шла себе спокойным шагом и совершенно не реагировала на его знаки внимания, пока он не подошел к ней вплотную и не сказал:
– Здравствуйте, тетя Валя!
– Ой-ой, Коля! Здравствуй, дорогой! – как человек после сна, заворковала она. – Прямо не узнала. Думаю, кто это машет и мне ли! Так как ты, отслужил? Ой-ёй, какая радость!
Она свободной рукой обняла его и поцеловала.
– Вот сон в руку, – продолжала она радостно, – видела аиста во сне, вот и гость в дом! Давно ли ждешь? Был ли дома?
– Совсем не ждал, только приехал из дома. Дайте вашу авоську, понесу, – говорил Николай, улыбаясь и в душе радуясь такому искреннему и теплому приему. – Как вы здесь, держитесь? Как здоровье ваше? Как дядя?
– Слава богу, все нормально! Ну астма у меня как была, так и осталась, летом бывает так, что прям задыхаюсь, хоть в гроб ложись, – пожаловалась она на свой недуг, – а так и у меня, и у Петра все хорошо! Живем – хлеб жуем!
Николай уже в который раз за последнее время начал рассказывать о себе и своих намерениях. Но самое интересное произошло, когда они вошли в квартиру и сняли верхнюю одежду – тетя сказала:
– Ты пока раздевайся, я пойду воду включу и принесу полотенце, тебе нужно смыть рябчевскую грязь.
Они оба рассмеялись…
Поезд прибывал в Москву в половине шестого. На этот раз Николаю не удалось выспаться: ехал в плацкарте, попались больно разговорчивые попутчики в его секции. Он старался уснуть, но они своими разговорами не позволяли это сделать. А когда те успокоились, то сон у Николая окончательно пропал, и он до самого подъема пролежал в полудреме и с мыслями, которые его еще занимали во время поездки домой…
Выйдя из вагона, не спеша направился к метро. Знал, что оно еще закрыто, поэтому и не торопился. Но когда он подошел ко входу, оказалось, что в метро уже можно было спуститься. Спустившись в подземку и дождавшись первую электричку, он отметил про себя, что даже в такой ранний час Москва не спит. В вагонах не так уж много людей было, но ритм жизни с каждой минутой ускорялся. Это особо чувствовалось на переходах между станциями. Николай со своей тяжелой сумкой прижимался ближе к стенке, так как не мог идти в ногу с общим потоком спешащих людей. И все равно чувствовал неловкость, когда кто-то старался его обогнать. Добравшись до «Авиамоторной» и выйдя на поверхность, он решил одну остановку до основного здания института проехать на трамвае, а уж до общежития опять пришлось руки обрывать. Войдя в вестибюль общежития, он никого не обнаружил на вахте. Через какое-то время с улицы вошла полная женщина лет сорока пяти и, властно посмотрев на Николая, спросила его:
– Вы к кому?
– Здравствуйте, я на заселение, к коменданту, – сказал Николай.
– Направление с деканата есть? – спросила она и, увидев утвердительный кивок и снизив тональность, добавила: – Идемте со мной.
Они поднимались на второй этаж, а к ним навстречу спускалась уже знакомая ему вахтерша.
– Здравствуйте, Галина Михайловна! – почтительно, пропела вахтерша, и, бросив взгляд на Николая, добавила: – А это тот парень, который в субботу приходил, я вам говорила.
– Здравствуйте, Дарья Ивановна! Спасибо, разберемся. Как у вас вахта прошла, без происшествий?
– Можно сказать, что хорошо, – произнесла вахтерша таким тоном, будто размышляла, говорить ли о пустяках, которые случаются в студенческих общежитиях ежедневно, и, решив, добавила: – Гостей с триста двенадцатой пришлось только выгонять.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.