Страница 6 из 10
Они в конечном итоге, и формируют те самые спайки, которые потом легко «ловятся» на рентгене. Что получается в итоге? Избавившись от одной напасти в виде вторжения инородных белковых структур, мы, в лучшем случае, заселили себя другими. И «вырастили» энное количество спаек. А это вовсе не безобидные «веревочки», как определил один наш пациент. Поскольку лимфатические протоки формировались «по потребности организма», то расположение их в точности повторяет ход основных, магистральных протоков, и зачастую случается, что отграничивается, выводится из обращения целый фрагмент легочной ткани. В некоторых случаях легочная ткань срастается с плеврой (тканью, в которую они «завернуты»), и тогда может грянуть настоящая беда – это путь на саркоидоз.
«Саркоидоз хроническое заболевание неизвестной причины (!), при котором отмечается увеличение лимфатических узлов во многих частях человеческого тела, а в легких, печени и селезенке начинают развиваться небольшие мясистые узелки (гранулемы).
Обычно одновременно поражаются кожа, нервная система, глаза и слюнные железы. По своим симптомам заболевание во многом напоминает течение туберкулеза. В двух третях случаев наблюдается полное выздоровление больного с незначительными последствиями перенесенной болезни». (стр.259,т.1, Оксфорд, Большой толковый медицинский словарь», Москва,1999, изд. Вече. АСТ).
К сожалению, как видно на капиллярной диагностике, не все так радужно, как написано в столь уважаемом издании. Полное выздоровление мы не видели ни разу. Даже спустя много лет после получения саркоидоза, спаечные следы остаются, похоже, на всю жизнь. То есть, отграниченный спайками, участок легочно-плевральной ткани, в котором капилляры, не имея выходе вовне, извиваются самым причудливым образом, переполняются застойной венозной кровью.
А капиллярная диагностика наглядно показывает, что развитие онкологических заболеваний, в первую очередь, провоцируется хронической гипоксией (нехваткой кислорода в определенном участке ткани). К сожалению, данные процессы настолько мощные и застарелые, что даже капиллярная стимуляция не в состоянии порой с ними справиться.
Большая часть пациентов, даже имея диагноз «саркоидоз», при регулярном посещении нашего центра (не реже двух раз в год), годами и десятилетиями живет и чувствует себя нормально. То есть, мы не можем справиться с данными процессами, но поддержать иммунную систему, чтобы организм не вышел на более серьезные проблемы, обычно нам удается.
К сожалению, дело не ограничивается только локальным расположением вирусной инфекции в определенном участке легочной ткани. Если бы… Как видно на капиллярной диагностике, вирусная инфекция, вволю «погуляв» по легочной ткани, направляется дальше вниз. Застарелые легочные процессы, количество перенесенных ранее или не замеченных простуд, пневмоний, плевритов постепенно и формирует те самые «возрастные изменения», которые мы со временем читаем на рентгенограмме. В определенный момент «количество переходит в качество». Перенесенные ранее процессы, наконец, дают и структурные изменения тканей, в первую очередь, легких. Как правило, подавляющее большинство наших пациентов во время капиллярной диагностики, заявляют, что уж легкие-то у них точно чистые. И ссылаются на более или менее свежее обследование легких.
Если нет признаков онкологии, либо открытого туберкулезного процесса, легкие признаются достаточно хорошими. А «усиление легочного рисунка» не является прямой угрозой жизни. С этими процессами можно жить. И живем… Но как-то мы забываем, что наш организм абсолютно проницаем и для лимфотока и для распространения вирусной инфекции.
С верхушки левого легкого, она обычно распространяется на капсулу левой почки и зачастую на поджелудочную железу (она встречается как раз по дороге вниз).
Поэтому у большинства пожилых пациентов имеются нелады именно с поджелудочной железой.
А многие другие признаются: «Левая почка болит с детства».
Кстати, как видно на капиллярной диагностике, именно в детстве формируется большинство кист на почках. По ходу следования вирусной инфекции, естественно, увеличиваются лимфатические узлы, которые пытаются нейтрализовать это распространение.
На месте, где удается остановить такое движение, переполненные лимфоузлы остаются увеличенными достаточно продолжительное время. В детском возрасте, пока почка растет и развивается, есть шанс, что эти лимфоидные образования уйдут сами по себе. Как, правило, так оно и получается.
Но если у ребенка происходит регулярный контакт с вирусами, или он быстро растет, не успевая защитить организм от их проникновения, то по мере формирования жировой капсулы почки, в ней остаются и переполненные лимфатические узелки, формируя кисты.
К сожалению, капиллярная стимуляция в данных случаях ничем не может помочь. Сквозь плотные ткани жировой капсулы почки нам не достучаться. Остается только наблюдать, не увеличиваются ли образования.
Если динамики нет, то с такими почками, как правило, можно жить довольно спокойно, хотя почка будет регулярно побаливать. При изменении кист или при образовании других, более плотных структур, почку приходится оперировать.
Пришла на первичную диагностику одна дама, лет пятидесяти. При капиллярной диагностике обнаружился обычный набор перенесенных ранее болячек: двухсторонняя вялотекущая пневмония с осложнением на левую почку, нижнедолевой правосторонний плеврит, с осложнением на капсулу печени, диафрагмальный спазм, с незначительным опущением почек, застойные явления в протоке желчного пузыря, песок в мочеточниках, артрит тазобедренных суставов.
В принципе, ничего, чтобы непосредственно угрожало бы ее жизни или здоровью. Как известно, капиллярная диагностика происходит сразу и одномоментно. То есть, за один заход выявляются практически все процессы в данном организме. Интересно было то, что на все поставленные диагнозы, дама стойко отвечала: «Нет». Пневмонии не было, нефрита не было, песка в мочеточниках нет. И все по полной шкале.
Мы не стали с ней спорить, но спросили лишь, зачем все-таки она пришла к нам. «Провериться», – сказала она.
Обычные наши пациенты – это люди отчаявшиеся, замученные множеством диагнозов, или, при плохом самочувствии, не имеющие таковых вовсе. А тут – вполне благополучная дама, у которой более или менее все в организме в порядке. Самое удивительное случилось на втором сеансе, на который дама, несмотря на свой скептицизм, все-таки пришла.
Она вспомнила, что в прежние годы последовательно лежала в больницах и с легкими и с почками. Что в определенный период ее беспокоила печень. Но таково свойство памяти – мы не хотим помнить неприятные моменты нашей жизни и здоровья.
Проследим более детально пути распространения вирусной инфекции (см. схему), с «побочным эффектом» и формированием спаек.
Пути формирования патологии
Как известно, путей проникновения вирусной инфекции не так уж и много: «Раз-два и обчелся!». Именно «раз-два». Открытые ворота имеются только сверху (носоглотка – глотка – трахея – бронхи) и так далее.
«Нижним « путем – генитальным, вопреки обычному мнению, мы хватаем не так уж и много Чаще всего «гости» проникают из «верхних регионов».
Итак, вирусная инфекция попала в носоглотку. На удивление, оседает она не только в гайморовых пазухах, как мы обычно считаем. Она мгновенно распространяется вверх в лобные пазухи. И застревает там надолго. Вирусы комфортно размножаться, образуя сперва застойные явления, потом – воспаления.
Первые встречи с вирусами у нас происходят еще в раннем детстве. Общение в песочнице, в яслях – это не только общение на уровне так сказать, интеллекта, это еще и плодотворный обмен вирусами. Поэтому большинство мам жалуется, что до яслей или садика или школы, ребенок практически не болел, а с началом регулярного посещения любого из общественных заведений, так же регулярно стал «выпадать из процесса» – заболевал.