Страница 54 из 57
С сердцем плохо, подумал Хаймович, когда пространство перед ним на миг дрогнуло и потекло. Раз, и все прекратилось так же мгновенно, как и началось. Где-то далеко завыла сирена. Началось! Моисей Хаймович посмотрел на зверя, сидящего перед ним, бросил взгляд на двери, позади зверя, и прикинул, что прыгать так же как Максим, он, к сожалению не умеет. Чтобы вот так, одним махом, через тушу полтонны весом и полтора метра в холке перепрыгнуть и щучкой в двери, а там…А там тварь его догонит в коридоре, поскольку на свои способности в беге Хаймович смотрел скептически и иллюзий не питал. Вот если бы дверь чем-то закрыть? Был маленький шанс, что дверь ОНО сразу не откроет, по той простой причине, что дверь открывалась на себя, и ручку нажать зверь не догадается. А что в принципе он теряет? Смерть. Играть с ней в перегонки занятие глупое. Не так, так эдак. А вот сорвать интерфейс и не дать этому "богу из машины" выбраться, смерть более достойная, чем от питающейся твоим мозгом, личинки. Нужно решаться, решил про себя Хаймович, и силовым усилием успокоил разбушевавшееся сердце, неистово бившееся в груди. Подождем следующего сбоя программы.
Я мчался по лестнице как заполошный, перескакивая и перепрыгивая через две или три ступеньки. Вот, он, третий этаж, вернее уровень. Здесь куда? Хоть бы кто дорогу подсказал? И я на секунду остановился в нерешительности. Уровень самый, что ни на есть гигантский, и коридоры извилистые как женская логика. Тут можно часами бродить. Какой же я все-таки непроходимый тупица! А внутренний взор мне на что? Закрыл глаза, и начал шарить по комнатам, выискивая нечто теплое и живое. Есть! И совсем рядом. Маленькое и неопределенно большое. Стоп! Это что же такое получается? Маленькое и большое? Может, эта тварь с ИР объединилась? И так странно выглядит? Неужели я опоздал? Не раздумывая, сворачиваю на лево и бегу. Поворот прямо. И перед моими глазами кошка. Что за нафиг? Откуда в подземелье кошка? Ба! Да это же наш Душман! Кот Хаймовича, старый как сам Хаймович и верный как…Как…Друг наш, можно сказать. Привет, дружище! Хватаю Душмана на руки, хоть он такого беспардонного отношения жутко не любит. Но не бросать же его здесь? Опять прикрываю веки. И вижу, теперь уже четко вижу два красных теплых шара. Один поменьше и поярче, другой побольше и потусклее. Хаймович и аморф где-то рядом. А вот Душман мне тоже двойным показался, словно два существа в нем?
Ах, да! "Ангел ночи"! Как я мог забыть. Это же Мухина микстура, которую мы все пили, сделала его когда-то таким странным. Некая энергетическая сущность в нем образовалась, как сказал Хаймович. Я этого второго назвал бы призраком с острыми когтями, а весь город его знал как "Ангела ночи". Только Роза моя сказала, что кот слишком долго прожил, и в нем выросла душа. Это она, конечно не подумавши, брякнула, про раны на моей спине забыла. А ведь он меня не исцарапать хотел, а по-дружески выручил, любя можно сказать лапой приложился…
Это идея! Пока я бодрой рысцой трусил, лавируя по извилистым закоулкам, такая вот идея меня посетила. Как сказал бы один древний грек, выскакивая из ванны: Эврика! Кипятка ему в ванну, что ли плеснули…Не помню. Хаймович давно рассказывал. Знаю только, что если бы мне кипятка плеснули. Я бы сказал совсем другие слова, всем понятные. Проняло бы их до самой сраки! Но то древний…Они люди странные были. Что их достоинство не умаляет ни в коей мере.
А вот и комната. Здесь, они за этой дверью. Рву дверь за ручку на себя. Не фига! Закрыто! Вот пля, она же внутрь открывается..И тут меня накрыло. Вернее, мир потек как парафин от свечки. Дверь на моих глазах покрылась коростой ржавчины, изогнулась, и казалось, готова была сложиться пополам, обсыпаться ржавчиной, и превратиться в труху. И тут она возвращается к прежнему облику, распахивается и меня сбивает с ног Хаймович. А следом за Хаймовичем выдвигается морда размером с тумбочку. И клацает зубами. Извини Душман, выручай наших.
И я как гранату бросаю на эту морду кота. У Душмана хвост трубой, шерсть дыбом, когти…ну обычные кошачьи когти. Но, тем не менее, они вцепляются в морду твари. Хоть какую-то задержку по времени мы получили.
– Бежим!
Никогда не слышал, чтобы Хаймович так страшно орал. И чтобы так бегал, тоже никогда не видел. Есть еще порох в пороховницах! Мы несемся, не оглядываясь. Нас заносит на поворотах. Оглушительно ревет сирена. Теперь она работает на всех уровнях. Выход отсюда только один, через шахту лифта. Ту, где обосновался рой, исключаем. Значит, нам вниз на пятый уровень и оттуда на крышу. Тащу Хаймовича за собой. Впрочем, он не особо и отстает. Сбегаем по лестнице на четвертый этаж. И я резко останавливаюсь и толкаю деда. Мы падаем в коридоре четвертого уровня. Сирена стихла.
– Ты, что Максим?
– ОН же..
– П-п-п-подожди,- с трудом выговариваю я, набирая воздух в легкие.
– Приехали.
– ?
– Он пелену включил, – объясняю я, – Хорошо, что вовремя учуял. Между этажей гуляла энергетическая стена, сжигающая все живое. Погони можно было не опасаться. Но и выйти отсюда мы не могли.
Андрей Сивуч в бессильной ярости кинул кусок стекла ненавистному мутанту в спину, но мутант уже шагнул к выходу и осколок пролетел мимо, стукнулся об стену и зазвенел мелкими брызгами по полу. В глазах все двоилось и прыгало. От удара в кадык дышать было больно и тяжело, словно через плотную ткань воздух вдыхаешь. Однажды, когда подразделение выбиралось из лесного пожара. Они все смачивали тряпки водой и дышали через них, иначе было невозможно. От густого дыма забивало горло, и человек захлебывался в кашле. Вот и сейчас, дышать было трудно.
Сивуч поднялся на ноги и уже готов был, бросится на Максима, но тут произошло нечто неожиданное. Какой-то страшный вой поднялся, словно волк завыл на одной ноте. Но ни одно животное не могло тянуть вой так долго. Это что-то не живое, сообразил Сивуч. Мир перед глазами исказился, и Максим выскочил в раскрывшиеся на миг двери. Он прав, нужно уходить. Звериное чутье подсказывало Сивучу, что взрыв скоро случится. А если и не взрыв, то что-то произойдет. Что-то, что навек разрушит это подземелье. Скорее всего, тут все рухнет. Быть похороненным заживо не самая приятная смерть. И Андрей решил, что нужно выбираться. Он постоял перед дверями и выскочил, когда они опять приоткрылись. Его никто не останавливал. И незримый Бог не вещал с потолка.
Пробежав по дуге коридора, Андрей ворвался в шахту лифта и полез наверх. Ощущая на ржавых скобах, ведущих наверх какую-то влагу. Словно кто их водой побрызгал. Выбравшись же в кабинку лифта через дыру в полу, в тусклом свете дежурной лампочки, он увидел, что его руки в крови. Значит, мутант ранен. Он идет по его следу. Все верно. Так…Сейчас направо или налево? Кратчайшая дорога наверх через другой лифт. Скорее всего, туда мутант и побежал. Ничего. Он его догонит. Он убил его отца, и Андрей должен отомстить. Глаз, за глаз, зуб, за зуб, – как учит устав. Если конечно, мутант не врет…Хотя, с другой стороны, зачем ему врать? Все отцовские вещи у него, и карты, и пистолет. Пистолет, теперь покоился в кармане полковника Сивуча младшего, и здорово оттягивал карман, что штаны на одну сторону сползали. Но это ничего, главное он опять в руках Сивучей. Так же как жетон-допуск подполковника Липатова, который Сивуч сорвал с мутанта, когда они катались по полу. Жетон давал возможность вернуться и взорвать этот дом, если он сам не развалится. О том, что в нем сидит личинка, и что этого потом может уже не быть, Андрей как-то подзабыл, в связи с последними событиями. Тем более, что о своем существовании личинка не напоминала.
Марево дрожащего воздуха прошло перед глазами, и Андрей рассматривающий свои руки в крови, вдруг увидел как плоть с его рук тает, обнажая желтые кости пальцев. Дыхнуло мертвецким холодом, словно смерть заглянула через плечо. Сивуч, почувствовал как волосы встают на голове, а по телу пробежали мурашки. Сказать, что ему стало страшно, значит, ничего не сказать. Почти не разбирая дороги, он бросился бежать к спасительному выходу. Куда угодно, только вон отсюда, из этого подземелья, грозящего каждый миг стать его могилой.