Страница 42 из 57
– Местного.
– Показывай.
Труп оказался неподалеку, через дом. Разведчики случайно наткнулись. На запах заглянули в подъезд, а там он. Труп на жаре раздуло. Лицо посинело, что опознать в нем местного можно было только по странному наряду из костяных пластин из жуков-мутантов. Зеленые мухи вились над трупом роем, ползали по лицу, по открытым мутным глазам, по подсохшей черной луже крови. От трупа несло так, что стоять рядом с ним было невозможно. Только Сивуч стоял и все смотрел и смотрел на труп, словно не чувствовал запаха вовсе.
– Барчан! – позвал он.
– Здесь, – отозвался Барчан, стоящий у подъезда.
– Раздевай его.
– Кого?
– Труп раздевай. Пойдешь в его вещах впереди разведчиков. Если на местных нарвешься, они тебя за своего примут. И нас предупредить успеешь.
– Да..я? – опешил Барчан, – Да не налезет на меня его одежка?
– А мне кажется, в самый раз будет, товарищ прапорщик. Или нет?
Как не был ошарашен приказом Виталий, но слово "прапорщик" мимо его ушей не пролетело.
– Так точно, как раз будет.
– Хорошо, – кивнул полковник, пряча улыбку, – десять минут на переодевание.
– Полк! Всем десять минут на отдых и прочие нужды. Кому нужно, пополните запас воды!
Крикнул Сивуч, обращаясь к бойцам. Бойцы расселись в тени под стеной дома и вяло переговаривались между собой. Когда через некоторое время из подъезда вышел Барчан, его лицо было все в испарине. Пару раз его стошнило, и рвотные крики были слышны далеко.
– Подошло по размеру? – спросил Сивуч, внимательно рассматривая одеяние нового прапорщика.
– Подошло…,- чуть слышно прошептал Барчан, мученическим голосом. Каска покойного на его вихрастой голове не держалась, то и дело норовила сползти то на затылок, то на глаза. Видимо потому, что завязать ее на подбородке, он в спешке забыл.
– Ты смотри, как похож! – усмехнулся Шубенок.
– Ага, – подмигнул Мельченко, – и цвет лица как у покойного, фиг отличишь.
Бойцы дружно заржали.
– Что происходит? Я задался себе этим вопросом, блуждая по пустой каменной норе. Здесь я, несомненно, был. Память услужливо подсказывала мне, что эти коридоры я видел. Когда? Тогда, когда жил здесь. Это мой дом. Все казалось знакомым и одновременно чужим. Где-то наверху, на первом ярусе обосновалось много-много существ. Они спали. Вернее пребывали в стадии наименьшей жизнедеятельности. Может быть они звали меня? Но нет, однозначно не они. Не чувствовал я от них зова. А других живых существ, зовущих меня я не ощущал. Поэтому, блуждал по каменному лабиринту, принюхиваясь и прислушиваясь. Судя по запаху, некое живое существо тут изредка бывало. Может, это оно и звало меня? Может, я опоздал? И его больше нет? Оно ушло? Смутное ощущение близости того, к кому я стремился, заставило меня открывать двери и проверять каждую комнату, каждый закоулок.
За разговорами прошла ночь. Немного вздремнули. Я на столе, Андрей на стульях. Хаймович не ложился вовсе. Когда я продрал глаза, Хаймович все так же сидел носом к монитору и что-то читал. Только бы он его носом не проткнул, Буратино наш престарелый, подумал я, поглядывая на деда.
– Какие новости?- спросил я зевая.
– В город вошли враги, и поступила команда атаковать, – перевел дед с письменного на устный.
– Ну, слава Богу! Хоть теперь двери откроются?
– Это вряд ли…Кто-то посторонний сюда попал.
– Кто посторонний? – спросил Андрей, – Кого ОН считает посторонним, меня или Максима?
– Скорее всего, того, кто свалился в шахту лифта после вас,- ответил Хаймович, отстранено смотря на Андрея. Мы с ним не договаривались, но я для себя решил, как только Андрей поведет себя странно или откровенно враждебно, кончаю его тут же. Во избежание, как сказал бы тот же дед.
– Я не очень понимаю, Хаймович как он свой-чужой распознает, и находясь в машине мухами командует?
– Думаешь, я это понимаю? Скорее всего, по всему бункеру полно датчиков и камер слежения. Не может быть, чтобы такой засекреченный объект тщательно не охранялся. Другой вопрос, что из них работает, а что повреждено. Мне не так много удалось узнать за этот месяц, что я здесь нахожусь.
– Так что вы для него делаете? – встрял Сивуч.
– Лампочки закручиваю, – улыбнулся дед, – Дело в том, что для управления людьми, ему постоянно нужно некие символы своего могущества демонстрировать. И желательно чтобы это был человек не из племени, никому не известный, и не посвященный в технические детали "чудес". Но имеющий определенный знания, как эти чудеса организовать. То, что знания нашего Хаймовича почти бездонны мне было известно очень давно, поэтому я даже вопросом не задавался, чем он может для ИР быть полезным.
– Не очень понятно, зачем вы на него работаете, если собираетесь уничтожить, – недовольно пробурчал Сивуч.
– Есть такая поговорка, молодой человек. Держи друга рядом, а врага еще ближе. Чтобы знать, как его уничтожить, нужно знать чем, – сказал Хаймович, поворачиваясь к плану подземелья.
– И так, на плане хорошо видно как размещены подсобные помещения и собственно э-э-э-электростанция. Вот здесь у нас серверная, – палец с заусеницей ткнулся в квадратик, – это и будет самое уязвимое место. Тут у него любовь с интересом, тут у него лежбище…Все это конечно замечательно, но как попасть на несуществующий этаж, если лифт опускается только до пятого? Можете мне поверить, пятый этаж я исследовал досконально. Никаких лестниц ведущих вниз, никаких закрытых кабинетов, которые бы можно было принять за скрытые кабинки лифта. Существуют еще какие-то документы, где вход указан? У полковника Андрея есть соображения? Сивуч отрицательно замотал головой, словно отгоняя соображения, чтоб не дай Бог не появились.
– А как ты собирался туда попасть? – спросил я. Может это и предвзято, но не доверяю я Сивучам.
– Я думал главное просто всё:здание найти, и в подвал попасть.
Ну, что тут скажешь? Святая простота. В нашей жизни просто можно только пулю схлопотать.
– Все, с меня хватит, буду дверь ломать, – заявил я, слезая со стола. Три патрона, три патрона, – засела мысль в голове как слова песни, – три патрона, это много или мало? Застрелится много, а на замок сломать может и не хватить.
– О! Господи! Максим ты опять собрался пальбу устроить? – взмолился Хаймович, приготовив пальцы, заткнуть уши.
– И что ты будешь делать выйдя? Мы же все равно не знаем выхода на шестой этаж? Пока есть время надо подумать, и решить это здесь спокойно, не торопясь. Благо и документы под рукой.
– Кстати о документах, – обронил я, – ненужной бумажки не найдется? Хаймович открыл ящик стола в поисках бумажки. Только Сивуч как всегда не врубился.
– Ты хочешь поджечь дверь? Она же железная?
– Если она падла сейчас не сдастся, я здесь навалю, и дышать вместе будем!
– Стреляй Максим! Стреляй! – махнул рукой Хаймович, благословив открытие дверей.
Пусто. Ничего живого. Я досконально обследовал второй этаж, и ничего не нашел кроме множества останков двуногих. И пришел к выводу, что сюда они приходят умирать. Спустился на третий, но ничего интересного не обнаружил. Все двери были почему-то закрыты, а коридоры пусты. Спустился еще ниже. И опять-таки никого и ничего. Бродя по пустым и холодным коридорам, поймал себя на мысли, что уже видел их. Чувствовал этот запах. Где-то на нижнем уровне что-то громко хлопнуло, заявив о себе. Там кто-то есть, решил я и устремился к отвесной норе, чтобы спуститься ниже.
– Там!
– Они идут!
– Жуки идут!
– А сзади люди!