Страница 13 из 57
– Ты мне лучше ответь,…судя по всему, ты не последний в своем племени человек? Так вот, если договоримся, покажу я тебе тот институт.
– Договоримся, – ответил он, приблизив лицо к костру, отчего стали видны все морщинки, которые разбежались по его лицу. Сивуч улыбался.
Сегодня днем мне впервые пришла мысль взять пищу с собой. Попался довольно большой экземпляр, который съесть за раз мне было не под силу. Обычно в таких случаях оставлял его на месте, а на следующий день, выходя на охоту, доедал. Но это было раньше. Далеко от норы в те времена не уходил. А сейчас.. Когда я не знал, что попадется завтра и попадется ли? Питаться же тем, что сновала в песке, было напрасной тратой сил. Больше проголодаешься, пока поймаешь. Мало было пищи, словно все попрятались…Но не попрятались, это точно. Я знал, чувствовал, когда добыча есть, но прячется. Не было ее. Все ушли, перекочевали на новые места, туда, где еды много, но там наступает холод. Чтобы поохотиться там до холодов и вернуться назад. В тепло. Так сложилось давно, очень давно…Порою мне кажется, что так было всегда. Но это не правда. Я помню те времена, когда многих из этих существ еще не было. Но были другие. Они ходили на задних конечностях, но не имели панцирей и хороших клыков. Видимо поэтому все вымерли…
– Ша! Сивуч! – резким рывком я опрокинул его на землю.
Из камыша вылез змей. Его морда, размером с телефонную будку уставилась на нас. Раздвоенный язык нервно дрожал, колыхая воздух. Принюхивался гад. Сивуч обижено уткнулся подбородком в землю рядом со мной. Упрямо тиская потной рукой свой тесак, который он именовал шашкой.
– Ну что же ты Максим? Стреляй!
Легко сказать стреляй. О том, что у меня осталось пять патронов в рожке, я полковнику не докладывал. Но прикидывая размер змеюки, сомневался, что если даже все пять пробьют эту плоскую башку, гад умрет сразу, и не успеет нас проглотить.
– Тихо! Лежи и не шевелись…Может пронесет, если он нас не учует.
– Стреляй! Почему не стреляешь?
– У тебя рюкзак патронов есть с собой? Нет? Вот и помолчи.
– О! Черт! У тебя патронов, что ли нет совсем?
– Не так чтобы совсем, но если не замолчишь, станет на один меньше..
Меж тем змеюка повела головой, словно раздумывая или отгоняя комаров. Хотя комары для нее… Гадюка нас впечатлила. Первый позывом, конечно, было стрелять в нее, зажмурив глаза, пока патроны не кончаться. А потом открыть и с облегчением узнать, что этот кошмар закончился. Но когда сдержать первый позыв получилось, сейчас мне отчаянно хотелось просочиться в землю, пусть хоть до ее центра, но только чтобы подальше. Но тут за головой змея что-то суматошно за хрюкало. И змей, не раздумывая, нырнул туда. Отчаянно и оглушительно зашумел сминаемый под телом змея камыш, затем мягко хлюпнуло по воде.
– Ви-и-и-и! – заголосило в той стороне.
Не сговариваясь с Сивучем, мы одновременно подскочили, вглядываясь за камыши. Свиное стадо наперегонки пустилось на утек. Видеть мы ничего не видели, но хотелось разглядеть. В той стороне шуршало и шумело сильно. И вдруг визг раздался сильнее. Потом стих. И через какое-то мгновение на видимом отсюда пригорке с чахлой березкой пробежал кабан, только, что боком ствол березки не задел. А мы стояли, открыв рты.
– Ты видел? – толкнул меня в бок полковник.
– Не слепой.
– И как он прошел?
– А шут его знает. Но если эта аномалия пропускает только свиньей, придется учиться хрюкать.
– Ты лучше хвост начинай отращивать, – улыбнулся Сивуч.
Утро принесло новости. Во-первых, песчаная буря кончилась, ветер стих. На улицу можно было выйти без боязни задохнуться пылью. И хоть солнце светило так же яростно и немилосердно, словно старалось людей хорошенько прожарить. Но отсутствие бури радовало. А вторая новость, сидела посередине улицы перед входом в дом, и ждала, когда на нее обратят внимание. Внимание обратили. Поначалу приняли пришедшего, за очередную неведомую тварь. Поскольку был он весь в черной блестящей на солнце скорлупе, наподобие той, что носят жуки переростки. Панцирь был и на груди, и на руках, и на ногах. И даже закрывал голову ввиде каски с завязочками под подбородком. Жук -жуком, только в тени под каской блестели белки глаз. Человек сидел на песке, подтянув скрещенные ноги к себе, и ничем не выдавал свое нетерпение или беспокойство. Казалось ему все равно, заметят ли его, или нет. И он никуда не торопился. Не ерзал на месте, не крутил головой. Одним словом памятником самому себе прикинулся. Постовых так и подмывало пустить в непрошенного гостя стрелу, и посмотреть, как он среагирует, но как люди дисциплинированные без приказа стрелять они не решились, а поставили в известность начальство. То бишь Андрюху. Андрей воспринял новость с воодушевлением, словно она несла решение всех проблем. Хотя проблем только прибавляла. Скорее всего, это те нелюди, гнездо которых они и пришли уничтожить. Хорошо сами появились. Теперь бы проследить где живут, и дело в шляпе. Причем тут шляпа(что это головной убор Андрей знал) Андрей понятие не имел, но повелась такая поговорка с древности, значит не зря. Вот эта хрень на голове наверное и есть шляпа, подумал он рассматривая незнакомца.
– Ты кто? – крикнул он, хотя до сидевшего на земле было метров двадцать, – Зачем пришел?
– Я посланник, – молвил пришедший негромко, но отчетливо. – Пришел узнать, зачем пришли в наш город люди леса?
– И кто тебя послал?
– Это не важно. Важно то, для чего вы здесь? Если вы пришли с миром, то просите и будите приняты. Если с войной, то будите уничтожены.
– Куда приняты? – влез бес спроса часовой Пермяков, выставленный на пост с утра, но толком еще не проснувшийся. За что тут же получил подзатыльник от Опраксина. Незнакомец вопрос проигнорировал и продолжил:
– На раздумья вам дается…, – посланник что-то прикинул про себя,- два дня. Я приду за ответом.
С этими словами он поднялся. Песок скользнул по панцирям поножей и упал на землю. Черный, блестящий на солнце силуэт стал неспешно удаляться.
– Нелюдь? – спросил Пермяков у Андрея, нерешительно держа лук за тетиву. Андрей отрицательно покачал головой, хотя опознал в незнакомце нелюдь сразу. Но стрелять ему в спину не стоило.
– Не сейчас Сергей, – отвел он руку бойца в сторону, -Не сейчас…Кочур Повернулся он ко второму часовому.
– Проследите за ним с Пермяковым, до…Словом до жилища. Только аккуратно, что бы он не заметил. Нам нужно знать. Где они и сколько их. Задача ясна?
– Так точно.
– Вперед бойцы.
И те исчезли за углом дома напротив, куда недавно свернул незнакомец. Проводив их взглядом, Андрей заприметил, что фляжка у Пермякова болтается на боку слишком легко. Будем надеяться, что у Кочура, она полная. Ладно. Он повернулся к помощнику.
– Опраксин, поставь новых часовых.
– Так! Подразделение! Что за шум? – рявкнул Андрей, перекрывая привычный гул разбуженных людей. – Взвод Курбана меняется местами со взводом Трисеева. Трисеевские капают, Курбанские выносят. Чтоб к обеду до воды докапали!
– Разреши вопрос командир? – спросил Курбан. – А если воды не будет?
– Воду кто искал? Трисеев? Лозой проверял? Вот и будет копать до центра земли, пока воду не найдет, лозаходец хренов.
Бойцы заржали. Настроение у Андрея было приподнятое. Даже если воды не будет, думал он про себя, главное разведка вернется и расскажет, где обитают нелюди. Потом воду взять у врагов, покойникам она ни к чему.
Я бежал, разбрызгивая черную,мутную воду по сторонам. Периодически утопая в тягучем иле болота. Сивуч видимо забыл о своей ране и бежал опережая меня,да так шустро,что брызги из под его ног постоянно попадали мне в лицо. Соленый пот смешивался с грязными брызгами и заливал глаза. Утирать его некогда. Плевать! Главное успеть!