Аction 4

Он продолжал смотреть на незнакомую женщину, у которой не знал даже имени. Спросить? Она обидится. Сочтёт невнимательным. Охранник предположит неисправность системы или ... Неважно, что в его "голове" зародится. Главное, свои сомнения он передаст хозяевам конкурса. Его обман раскроют! Он не успеет смыться. Вопрос времени. - Брюс взъерошил волосы. -Прекрати каркать. У женщины милое приветливое лицо. Она не заметила подмену! Значит, улыбается мне, не тому...в отключке? Ей нравлюсь я, а не тот механизм!

Он готов был шагнуть, но не решив куда, остановился. Сомнения не оставляли его. Смогут ли жалость и сострадание возбудить его мужество в полную силу? Пока его "саксофон" съёжился до маленького кулачка. Он не чувствует силу, которая заставила бы его запеть. Мягкая улыбка украсила лицо женщины. Она уловила растерянность и сомнение мужчины. Заметила невольный шаг подальше от коляски. И то, что её избранник в конце концов остался на месте! Улыбка женщины стала шире. Она превратила её в молоденькую девушку. Что-то нерастраченное открывалось в ней от предвкушения...

-Джастин,- Брюс с трудом вспомнил, что это имя любовника ╧9, а значит, в этот миг - его имя. Об этом говорила Крис, так назвала его женщина из первого сеанса. Обычно он слышал "номер 9", когда обращались к нему охранники. Иногда добавляли номер сеанса. Кроме них никто с ним не заговаривал....

-Да, мэм, я к вашим услугам. - С запозданием ответил Брюс. - Позвольте помочь вам. - Он протянул к коляске руку. - Женщина снова одарила его улыбкой.

-Пожалуйста, помогите мне встать. - Брюс бросился к женщине. Помог подняться и тут же подхватил на руки, прижал к своей обнажённой груди и поцеловал лёгким прикосновением к алым губам. - Сладким девичьим губкам. - Подумал он.

-Спасибо. Вы - очень добрый и щедрый, не только сильный и красивый. Я могу стоять и недолго ходить.

Сердце Брюса громко ударило по рёбрам. Оно прогнало прочь все сомнения! Слова женщины относились к нему, не к тому... под кроватью! Брюс направился к любовному ложу. Бросил взгляд на дверь. Через окно её верха следили глаза охранника. Его так и подмывало показать язык или кулак...Но руки были заняты, а язык нашёл приятнее занятие: лизнул мочку ушка женщины. Розовая раковинка изящная, как творение Фаберже, трогательная, точно девичье ушко, сломала барьер сомнения и неуверенности. Женщина вздрогнула и прижалась губами к его рту.

Брюс посадил женщину на постель, сам встал возле её ног на колени. Глаза, как горячий шоколад, тёмные и обжигающие, ласкали его, разглядывая как чудо.

-Я рада, что встретила вас, Джастин. Я не всегда была такая... Но как стала, муж перестал ночевать дома.

Сердце Брюса "перевернулось в груди" и на миг остановилось. Он не хотел знать её историю. Горя на земле много. Он ничем не может помочь. Будь он роботом, выслушал бы исповедь, не переживая и не взваливая на себя обязанность помощи. А после с улыбкой занялся привычным сексом по программе. Он в который раз повторил себе:

-Я - не робот! Когда мне кто-то рассказывает о своём горе, я стараюсь помочь. И очень расстраиваюсь, когда не могу это сделать. Я не в силах изменить судьбу женщины. Мне плохо из-за это. Лучше не слышать её исповедь. - Он улыбнулся. Глаза в окне исчезли. Охранник покинул свой пост.

-Джастин, я не требую от вас интим. - Лукавая улыбка ещё больше омолодила лицо. - Я воспользовалась случаем почувствовать рядом здорового и доброго мужчину. Полюбоваться им, коснуться рукой его груди, рук, лица, надеясь, что часть его силы перейдёт ко мне. - Она взглянула Брюсу в глаза и погладила, ласково касаясь маленькой гладкой ладонью его щеки. Потом её пальцы коснулись его губ, ладонь передвинулась на шею, осторожно задела кадык, спустилась пальцем в ложбинку между ключицами, не остановилась, лишь снова взглянула ему в глаза, проверяя, как он принимает её ласку.

Брюс сначала напрягся, но ладонь женщины, особенно пальцы, были волшебными. Каждое прикосновение точно развязывало узел, скрутивший его тело и чувства. Он начал расслабляться, таять, как рожок мороженного в горячих ладонях. Он не мог отвести глаза от её лица. Улыбка не сходила с её губ ни на секунду. Ладонь женщины спустилась на его грудь, чуть отклонилась и задела левый сосок. Брюс закрыл глаза и глубоко втянул в себя воздух. Он почувствовал шевеление своей плоти.

-Спасибо, Джастин. Вы не чувствуете отвращения. - Тот хохотнул про себя. -Совсем наоборот, дорогая...- Ответил и поцеловал её свободную руку. Ладонь замерла, но тут же двинулась вниз. Остановилась на краю набедренной повязки. Тело Брюса вышло из-под контроля. Оно сработало по своему изначальному закону, вопреки рассуждениям и логике, подчиняясь только зову плоти и желаниям женщины. Ласковая мягкая ладонь, точно неожиданный подарок, возбудила до предела!

Брюс не понял, как взял её руку и прижал к разбухшей повязке. Женщина широко открыла глаза.

-Вам не противно? - прошептала она тихо. - Я очень хочу вас...Вы можете с ин... ...,- последние слова она проговорила шёпотом, замолчав на слове "инвалидом".

-Не только могу, дорогая! Я жажду, как спасительный глоток воды в пустыне! Простите за банальность...- Раздался счастливый женский смех. Он наполнил комнату радостью. Брюс приник к губам женщины. Поцелуй из поощрительного перешёл в жаркий соблазн двух душ, нежданно- негаданно нашедших друг друга.

-Я хочу вас, как одинокий голодный волк в зимнем лесу... Я жажду познать вас, отдать вам всё, чем владею и могу поделиться...

Он быстро и ловко снял её одежду. То, что открылось, восхитило его. Стройное, немного худощавое, светлокожее тело в классических пропорциях Афродиты! Покатые плечи, тонкая шея, два шара упругих с маленькими розовыми сосками груди, тонкая талия, округлые бёдра, переходящие в стройные похудевшие от недуга ноги и аккуратные ступни с тоненькими пальцами!

Брюс, казалось, онемел. Стоял и любовался. Его повязка разбухла. Хорошо, что не снял её. Некоторые женщин при виде его оружия немеют... Внезапное движение растущего органа пугает их. Брюс только сейчас понял, его копьё действует, как у робота: автоматически возбуждается, увеличивается и бросается в работу...Он с трудом прогнал смех, который женщина приняла бы на свой счёт. Он наклонился и проговорил:

-Вы прекрасны! Ваш муж слепой! - и тут же понял, что сказал совсем не то, что надо.

Женщина опечалилась.

-Прошу вас, ни слова о муже. Я хочу любить вас, если вы...

Брюс отбросил все предосторожности. Сдёрнул повязку и лёг рядом. Она отдалась самозабвенно. Трепет её тела возбуждал его с небывалой силой. Он почувствовал себя счастливым удачником! Он познал самого себя в минуты счастья...

Брюс долго вспоминал эту чудную женщину. Она подарила ему минуты блаженства. Он впервые познал полное удовлетворение счастливого мужчины! Каким мог гордиться и славиться редкий мужик! Он видел её счастливые глаза. Она расплакалась, расставаясь с ним. Брюс не узнавал себя. Не мог понять, что случилось с ним? Изменилось не только его поведение. Он чувствовал, что изменился весь мир вокруг. Он закрывал глаза и видел не темноту, а розовый свет солнца. Он не хотел расставаться с ней, растягивал соитие, как мог, возбуждая её раз за разом, сдерживая своё окончание. Ему открылось, что значит любить, беречь и дорожить кем-то...

Не он давал, она отдавала ему свою ласку, понимание его мужественности и желания, созданных ради любви к женщине. Не он изо всей силы "вбивал" в её лоно, доказывая, что он- мачо, единственный на свете мужик, который снизошёл до неё...Её нежность и мягкая податливость заставили его "меч" сражаться до последнего вздоха. Он не хотел с ней расставаться, с чего бы это? И неожиданно понял: это - не бред одинокого сердца, это проснувшаяся фантазия молодых желаний, которая умерла 15 лет назад!

-Ты, слишком красив, парень, чтобы быть верным! Прощай, я не люблю тебя! - сказала та, которая была единственной! Неповторимой! Он возненавидел своё лицо, тело и всех женщин, которые цепенели, точно перед ними Давид, созданный руками Микеланджело. Он не упускал случая, брал любую, когда хотел, где было удобно, в любое время. И вдруг в постели с калекой размяк...Панцирь непробиваемого жёсткого пренебрежения к женщинам треснул. Тепло рук и жар тела женщины отогрело его охлаждённое сердце. Оно, словно родилось заново.