Страница 22 из 105
Самым важным для нас здесь является то, что неистовство эроса включено в совокупность признаков метафизического измерения. Платон различает четыре вида позитивного "неистовства", не относящегося к человеческой патологии. Он вменяет их четырем божествам: любовная μανια у него увязана с Афродитой[142] и Эротом[143] (эросом), профетическая[144] — с Аполлоном, μανιαинициаций — с Дионисом[145], а поэтическая — с музами[146]'.
Марсилио Фичино[147]' говорил, что это как раз "те образы фурора, на которые вдохновил нас Бог, возвышая человека над его человеческим, земным содержанием; и они же обращают человека в бога". Не будем здесь говорить о "поэтическом неистовстве", отметим только, что сейчас поэзия стала делом субъективно-профаническим, но когда-то поэт был пророком, а сама поэзия — carmen[148]. Во всех остальных случаях даже сейчас μανια — это некая опьяненность, выводящая за пределы индивидуального переживания. У влюбленного, как и у посвященного, видение превышает ограниченность времени и самого субъекта[149]. Но почему-то ни Платон, ни его комментаторы не упоминали о неминуемом развитии анагогической[150], то есть ведущей ввысь μανια, которое происходит уже обычно под знаком Марса. Это странно вдвойне, ибо в древности героическое часто было связано с инициатическим[151]'. Вспомним о священном безумии Коривантов и Куретов[152] с их особой техникой, включавшей в себя танец.
В то же время совершенно очевидно, что Платон признавал существование некоего древа, ветвью которого является эрос пола. Одушевленная опьяненность первоматерии от имени бога или гения, подобно прививке высшей жизни, освобождает "пленницу". И тогда, подчиняясь исключительно метафизике андрогината, материя приобретает высшую возможность — τελετη[153] — эквивалент мистерийных инициаций. Весьма знаменательно, что слово "οργια" ("оргия", культ "оргии"), которое сегодня ассоциируется с половой распущенностью, возникло как обозначение состояния восторженной, воодушевленной экзальтации, которая в античных мистериях служила отправной, исходной точкой всякой инициации и имела эпитеты "священная", "сакральная". Но если эротическая μανια, родственная другим сверхчувственным переживаниям, о которых говорит Платон, локализуется, становится вожделением, а впоследствии лишь плотским, тогда она из "обуславливающей" становится "обусловленной", причем обусловленной биологически, исключительно телесным низом, деградирует и завершается синкопой[154] чистого "удовольствия". Это и есть "похоть Венеры".
Но даже здесь есть разные степени падения: "удовольствие" может оставаться экстатическим, если "магнетический" аспект любви, при флюидном слиянии двух существ, достаточно интенсивен. Когда эта интенсивность слабеет, в частности в результате привычки, "удовольствие" оказывается уже просто связанным с известными зонами и прежде всего с гениталиями. В особенности это свойственно мужчинам. Наконец, оно просто отделяется от всякого глубокого переживания. Вообще, "похоть" это действительно синкопа или коллапс состояния μανια. Последняя в своей сверхчувственности воли к абсолютному бытию всегда противоположна уничтожению эроса, замыкающему его в круге физического поколения. Это и есть у Платона вторая "теория любви", представленная Диотимой.
Не будет лишним еще раз подчеркнуть разделение Платоном видов "неистовства" — в дальнейшем это поможет нам развить наши идеи подробнее. Μανια, властно вмешиваясь в жизнь человека, либо полностью подчиняет себе его индивидуальный менталитет (в индийской терминологии — manas[155]), либо вообще упраздняет его. Эта могущественная сила может быть онтологически высшей или низшей в отношении индивидуальности. В последнем случае неистовство становится животно-регрессивным. На очень тонкой, едва различимой пограничной линии находится, в частности, половая магия.
Своего рода иллюстрацией к изложенному являются теории уже цитированного нами Людвига Клагеса, который отчетливо отделял стихийное неистовство эротического события от его психофизического аспекта. Все "не-физическое" и экстатическое, по Клагесу, существует отдельно. "Это не дух человека освобождается в экстазе, — утверждает Клагес, — но душа, и освобождает она не тело, но дух."[156]' Хотя для этого автора дух и не совсем дух, а в сущности синоним "ментала", очевидно, что "душа", о которой он говорит, соответствует низшим пластам (почти бессознательным, соседствующим с биосом[157]) человеческого бытия, в большей своей части характеризующимся господством женского, смутно-ночного, yin (Инь), а не принципом yang (Ян) — мужским и светлым. Следовательно, экстаз, рассматриваемый Клагесом, можно, собственно, назвать теллурическим[158], может быть, даже демоническим.
Итак, существует разветвленная феноменология видов μανια и эроса, важность которой невозможно преуменьшить. При этом надо понять, что ни негативно-демонический, ни Божественный аспект эроса одинаково не имеют никакого отношения к брутальному импульсу, к чистой животности. Этнологи, так же, как и историки религии, как и современные психологи, — не знают почти ничего об этих важнейших тонких различиях.
15. "Биологизация" и падение Эроса
В "Пире" Платона Диотима появляется, на первый взгляд, только для того, чтобы спорить с Аристофаном. Она утверждает, что смысл любви вовсе не в поиске своей половины и жажде единства. Нет, это обладание добром, "жажда блага и счастья"[159]'. Но, по существу, спор Диотимы с Аристофаном вызван своего рода разночтением. В эллинистической концепции "добро" — не моральная, а онтологическая категория, оно тождественно бытию, тому, что есть, то есть всему наиболее полному и совершенному. А ведь миф об андрогине, хотя и в сказочной форме, но как раз на это и намекает. Далее, Диотима утверждает, что пылкая заботливость и напряженность стремящегося к этой цели, приобретает специфический любовный облик. "Дело в том, Сократ, что все люди беременны, как телесно, так и духовно, и когда они достигают известного возраста, наша природа требует разрешения от бремени. Разрешиться же она может только в прекрасном, но не в безобразном. Соитие мужчины и женщины есть такое разрешение. И это дело Божественное, ибо зачатие и рождение суть проявления бессмертного начала в существе смертном[160]'.
142
Афродита (др. — греч. Aφροδιτη, в древности истолковывалось как производное от αφρος — "пена") — в греческой мифологии богиня красоты и любви, включавшаяся в число двенадцати великих олимпийских богов. Она также богиня плодородия, вечной весны и жизни. Она — богиня браков и даже родов, а также "детопитательница". Любовной власти Афродиты подчинялись боги и люди. Неподвластны ей были только Афина, Артемида и Гестия. Была безжалостна к тем, кто отвергает любовь. Жена Гефеста и позднее Ареса. (см. Вики) (прим. верст. fb2)
143
Эрот (Эрос, др. — греч. Eρως, также Эрос, у римлян Амур, лат. Amor и Купидон, лат. Cupido) — божество любви в древнегреческой мифологии, безотлучный спутник и помощник Афродиты, олицетворение любовного влечения, обеспечивающего продолжение жизни на Земле. Эрот — мировое божество, соединяющее богов в брачные пары, считался порождением Хаоса (тёмной ночи) и светлого дня или Неба и Земли. Он господствует как над внешней природой, так и над нравственным миром людей и богов, управляя их сердцем и волей. По отношению к явлениям природы он является благодетельным богом весны, оплодотворяющим землю и вызывающим к бытию новую жизнь. Его представляли красивым мальчиком, с крыльями, в более древнее время — с цветком и лирой, позднее со стрелами любви или пылающим факелом. (см. Вики) (прим. верст. fb2)
144
ПРОФЕТИЧЕСКИЙ — относящийся к пророчествам (прим. верст. fb2)
145
Аполлон (др. — греч. Απόλλων), по прозвищу Феб (др. — греч. Φοῖβος) Фебос или Фойбос — «лучезарный, сияющий») — в древнегреческой мифологии златокудрый сребролукий бог света (отсюда его прозвище Феб, солнечный свет символизируется его золотыми стрелами), покровитель искусств, предводитель и покровитель муз (за что его называли Мусагет (Μουσηγέτης) предсказатель будущего, бог-врачеватель, покровитель переселенцев и основывающихся древнегреческих колоний, также очищал людей, совершивших убийство. Один из наиболее почитаемых богов. Олицетворяет Солнце (а его сестра-близнец Артемида — Луну).
Дионис (др. — греч. Διόνυσος, Διώνυσος, микен. di-wo-nu-so-jo, лат. Dionysus), Вакхос, Бахус (др. — греч. Βάκχος, лат. Bacchus) — в древнегреческой мифологии младший из олимпийцев, бог растительности, виноградарства, виноделия, производительных сил природы, вдохновения и религиозного экстаза. Упомянут в «Одиссее» (XXIV 74).
До открытия Микенской культуры позднейшие исследователи полагали, что Дионис пришёл в Грецию из варварских земель, поскольку его экстатический культ с неистовыми танцами, захватывающей музыкой и неумеренным пьянством казался исследователям чуждым ясному уму и трезвому темпераменту эллинов. Однако ахейские надписи свидетельствуют, что греки знали Диониса ещё до Троянской войны. В Пилосе один из месяцев назывался di-wo-nu-so-jo me-no (месяц Диониса).
В римской мифологии ему соответствует Либер (лат. Liber).
(см. Вики) (прим. верст. fb2)
146
Федр. Ibid, 265, b.
147
Sopra lo Amore. VII, 13,14.
148
carmen (исп. — букв.) —
песня, напев, стихотворение, стихи, поэма,
изречение оракула, пророчество, прорицание. (прим. верст. fb2)
149
Об Эросе (Эроте) в целом Платон (Пир, 202 е, 203 а) говорит, как и о других гениях: "Благодаря им возникли всякие прорицания, жреческое искусство и вообще все, что относится к жертвоприношениям, таинствам, заклинаниям, пророчеству и чародейству".
150
АНАГОГИЧЕСКИЙ — (от
греч
an
вверх
и
agein
веду) —
озвышающий
озвышенный,
возносящий
дух:
таинственный;
151
См. об этом Evola. Rivolta contro il mondo modemo. cit., I, § 19.
152
Кориванты и Куреты —
греческой
мифологии
демонические
существа
составляющие
окружение
Великой
матери
богов
Реи
Кибелы
и
младенца
Зевса
на
Крите
Заглушали
его
плач
ударами
копий
о
щиты
тимпанами
экстатическими
криками
и
плясками. (см. Вики) (прим. верст. fb2)
153
τελετη (др. гр.) —
обряд,
праздник
посвящения
посвящение
в
таинства,
мистерии. (прим. верст. fb2)
154
СИНКÓПА (др. — греч. — обрубание, отсечение): 1)
внезапное
ослабление
изнеможение
обморок, приступ кратковременной утраты сознания;
муз
музыкального
ударения
с
сильной
ударяемой
доли
такта
на
слабую
155
МАНАС
санскр
manas
от
корня
man
думать
в
индийской
философии
обозначение
психической
способности
координации
и
синтезирования
деятельности
моторных
и
сенсорных
органов
индрий
манас
также
отвечает
за
то
чтобы
чувственные
данные
поступали
к
субъекту
познания
см
Атман
Пуруша
в
определенной
последовательности
и
чтобы
психомоторые
желания
последнего
без
промедления
передавались
соответствующим
исполняющим
органам
Манас
часто
выступает
как
ядро
психической
индивидуальности
определяющий
специфический
способ
познания
и
действия
личности
Распространенный
перевод
манаса
как
ума
англ
mind
может
ввести
в
заблуждение
поскольку
санскритский
термин
обозначает
не
активную
познавательную
способность
как
ум
в
европейской
традиции
а
бессознательный
инструмент
деятельность
которого
направляется
сознательной
душой
156
Vom kosmogonishen Eros. cit, р. 63.
157
БИОС — (устар.; греч. bios жизнь) — относящийся к явлениям жизни, витальности. (прим. верст. fb2)
158
ТЕЛЛУРИЧЕСКИЙ — (от лат. tellus земля) —
Земной
к
земле
как
к
небесному
телу
относящийся
из
силы
земли
исходящий
(Словарь
иностранных
слов
вошедших
в
состав
русского
языка
Чудинов
А
Н
1910
159
Пир. 205 d — 206 а.
160
Ibid 206 b.