Невеста Алдуина

— Тхар? — неуверенно позвала его, не зная, что ожидать. Голова парня медленно повернулась в мою сторону. Зрачки его были огромны. Я смотрела в пустоту, которая постепенно затягивала меня. На его лице появился оскал, предупреждая, что лучше к нему сейчас не подходить. Он меня убьет. За спиной раскрыла свою пасть огромная пропасть отчаяния, в которую я медленно падала.

— Тхар, мы должны двигаться дальше.

Он выглядел сам нехорошо: кое-где виднелись раны, а кожа рук была расплавлена, обнажая мясо. Но при этом он оставался красивым и сейчас его состояние было крайне опасным. Я потрогала место, куда меня ранили. Рана чуть зажила, но не восстановилась совсем. Одно неловкое движение могло открыть её.

Тхар резко встал, а затем оказался передо мной так быстро, что я не уловила самого движения. Он повалил меня на землю, прижав к снегу. Его массивное тело возвышалось надо мной. В глазах стоял тот же колодец, маня в свою бесконечную пустоту. Я испугалась. Мое сердце бешено колотилось. А что если он убьет меня? Что если его клыки сомкнутся на моей шее? Я не могла сопротивляться, так как инкуб был мне нужен, без него я не смогу идти дальше.

Парень издал тихий рык и высунув язык, слизал мне с лица кровь. Я поморщилась от неприятного ощущения, ведь его язык был шершавым, словно у кошки.

— Порой забава причиняет боль,

Порой тяжёлый труд даёт отраду.

Подчас и унижение возвышает,

А скромный путь приводит к славной цели, — прошептал он, осторожно поцеловав меня в губы. Не скажу, что его поцелуй был мне противен, скорее наоборот. На губах стыл вкус убитой жертвы и это разжигало во мне молодого охотника — тот самый силуэт насилия и олицетворение вечной жажды.

Его клыки защекотали мою шею, а затем нежно сомкнул их на шеи, разорвав кожу. Я чувствовала острые иглы у себя в шее. Он убивал меня? Тхар оторвался и стал слизывать капельки крови с новоиспеченных ран. Его рука поползла вниз по моему телу и дойдя до низа, остановилась. Я смотрела неотрывно в глубокую пустоту его глаз. Там внутри ничего разумного не было. Лишь необузданная жажда. Я почувствовала, как он пытается снять с меня низ. Я мгновенно уперлась руками в грудь Тхара, пытаясь с себя его скинуть. Он недовольно зарычал и снова открыв рот, потянулся к моей шее. Надо было что-то делать, иначе он просто убьет меня. Я, осмелившись и набравшись сил, одарила темного эльдара звонкой пощечиной. Он с недоумением посмотрел на меня, а затем я увидела, как его глаза приходят в привычное состояние. Я медленно узнавала в нем прежнего Тхара. Когда зрачки пришли в норму, парень резко поднялся и шатаясь, отошел от меня.

— Прости, Лилит, я не должен был. Жажда насилия — неотъемлемая часть нас, но мы стараемся её контролировать. Иногда это очень тяжело. Я дал клятву, что не причиню тебе вреда, а вместо этого чуть не убил и не изнасиловал, — он остановился около обмороженного трупа и посмотрел с сожалением на меня. — Я очень сожалею, Лилит. Я не должен был отдаваться насилию... Я ведь мог совсем сделать тебе больно. Очень больно.

Сейчас Тхар выглядел виноватым. Он потупил глаза и щелкал зубами от того, что чуть не совершил.

Я медленно села на снег, чувствуя, что моя одежда немного промокла. Тхар действительно меня мог просто взять и убить, но что-то внутри меня отзывалось на его сущность насилия. Что-то такое же как он.

— Я понимаю, Тхар. Но что-то во мне отзывается на твои действия и одобряет их.

Он с изумлением поднял голову. Мои слова оживили его и он, подойдя, подал мне руку.

— Мать передала тебе часть того, что цельно сидит во мне. И в ней тоже.

Я приняла помощь инкуба и поднялась. Неужели у них вся раса такая? А что если этому наваждению не подчинятся?

— Твоя раса уникальна. Хотелось бы узнать о ней поподробнее, — я ощупала шею, трогая небольшие ранки. Из них по прежнему сочилась кровь. Тхар постарался.

— Я тебе потом все расскажу, но сейчас нас ждет большое дело. Там, в этих горах сидит брат Алдуина. Он нам и нужен, — он посмотрел на врата, которые думал пройти, хотя мы пока точно не поняли удастся нам это или нет.

— А может... А может мы от всего откажемся? Тхар, посмотри на себя и на меня. Мы оба изувечены! Ещё ты меня чуть не съел. Ты думаешь мы сможем одолеть божество? Да и вообще сына божества? Нам сил может не хватить. Мне кажется или мы идем на верную смерть? — меня охватила небольшая паника. Мы ранены, устали и сил у нас осталось не так много, как в самом начале. Стоит дракону сказать «Тор шуль» и я превращусь в живой факел, только сгорю намного быстрее.

Инкуб посмотрел на меня с удивлением. Уж никак не ожидал моего отступления.

— Нет пути назад, Лилит. Нет его просто. Мы уже почти у цели. Если мы сейчас повернем назад, просто бросим цель и уйдем, то чего мы стоим? Я обещал тебе помочь, а ты обещала отомстить. Обещание много значит, Лилит, особенно для меня. Уж пойми, от цели уходят только глупцы, жизнь которых ничего не стоит.

Часть

Врата были главной задачей для нас. Мы понятия не имели, как через них пройти. Тхар бросил тело одного из стариков прямо в синеватый сгусток во вратах и его отшвырнуло. Тогда мы стали осматривать врата и нашли обход. Тхар осторожно ступал по снегу, держась за камни. Естественно, я думала, что на этом наши испытания кончатся. Но все только началось. Мы обошли успешно врата и попали под удар сильного ветра, а затем нас окутал туман. Он был настолько густой, что создавалось ощущение, что нас просто обмотали серым одеялом.

— И чего они защищают своего этого учителя? Дракон ведь с удовольствием убьет любого, кто пойдет против него. Себя бы защитили, — темный эльдар с недовольством взял меня крепко за руку и повел дальше, сквозь туман. Мы были вынуждены доверять своему нюху. А мне ещё пришлось положиться на шум крови. Вытянув руки, чтобы примерно понять, что рядом находится, мы шли медленными шагами. Казалась, этот туман не двигался с места. Шум крови становил громче, указывая мне, что цель близко. В этом непроходимом тумане издавалось отчетливое шипение. Тут что-то было. Шум крови слился с новым, который стал очень высок. Пока я пыталась понять, что это за существо, рука отозвалась болью. Меня кто-то укусил.

— Это призрачный дракон, Лилит. Я узнал о них совсем недавно. В этом тумане они могут нас подвести к обрыву и столкнуть вниз. Тебе придется потерпеть их зубы. Не иди за ними и не пытайся убить, они в любой момент заставят тебя спрыгнуть с огромной высоты. Мы идем на Глотку Мира! Это тебе не с лестницы упасть.

Пришлось смириться с вердиктом моего спутника. Боль настигала меня по всему телу. Я сжала зубы, пытаясь не схватиться за меч и не кинуться на призрачных созданий. Вроде бы оно было одно, но шум крови указывал на ещё одного, только он ждал дальше. В принципе укусы были небольшими, но как они зудят и жгут! Это просто невыносимо. Туман слепил глаза, боль разрасталась по телу, а кровь мелкими каплями струилась из ран. Ноги еле-еле передвигались и я из-за всех сил держала горячую руку инкуба, чтобы не затеряться в тумане. Я разваливалась на части, как гнилой дом, я разлеталась на куски, как разбитое зеркало. Куча сравнений и никакого выхода. Внезапно шум крови стал сильнее, звонче и четче. Туман потихоньку развеялся и мы стояли в Глотке Мира! Нам осталось лишь подняться к брату Алдуина. Всего лишь подняться. Пока мои глаза привыкали к слепящему снегу, Тхар осматривался.

— Эти создания отстали. Теперь нам стоит лишь подняться, Лилит. Ты готова? — он с интересом посмотрел на меня, а я с удивлением ответила ему во взгляде. Он что, шутит?! Я вся израненная, моя одежда порвана! Сил почти нет. Готова ли я драться с сыном Аэдра? Ага, да, прям жду не дождусь встречи. Сейчас только полежу на снегу от истощения и побегу сражаться с сильнейшим врагом.

— Посмотри на меня, Тхар. Ты серьезно хочешь взять меч и пойти к этому дракону? Он же нас там положит одним хвостом. Я хочу есть, устала и ранена. Разве мы в состоянии сражаться?